Рассказать о Холдинге? Что ж, теперь в их компании только Костя не имеет допуска. Но, как и все, с самого начала их дружбы знает о том, кто такой Влад и о существовании нежити и магии в целом, а значит — почему бы и нет? К тому же, после пресс-конференции Хватова и Ионеску для представителей силовых структур секретность в отношении отдела, «Захвата» и Холдинга уже не имела принципиального значения… Ну и кроме того, Игорь, например, главное уже знает.
— И еще вот что, от Глеба, — закончил хакер. — Он проверил доставку в Белгороде, откуда груз с «Соляриса» переправляют хозяину «Форд-Фокуса». В целом она чиста. Есть один конкретный человек, который и перегружает биоматериалы курьеру — ФИО Сергутин выяснил. Соответственно, его можно потрясти, но в одиночку мы делать это не будем, полагаю?
— Если брать, то всех сразу, — покачал головой Денчик. — Оставляем, пока не реализуемся. Давай, Кость, говори!
Все помолчали, Костян, казалось, держал драматическую паузу.
— Ну? — наконец, осведомился нетерпеливый Игорь. — Ты же говорил, узнал что-то?
Костя выдохнул и потер лоб — на самом деле, готовился быть в центре внимания, а это всегда давалось рослому росгвардейцу нелегко.
— В общем это… Денчик… В прошлый раз-то ты про убийства в МВД говорил, ну… Про чинов всяких высоких… В Московской области и Ростове… Ложный след был. Во-о-от. Там… антикоррупционное дело сейчас. Большое, точно не про нас…
— Это про растаможку, что ли? — оживился Игорь.
— Да! Не сбивай, — отмахнулся Костян. — В общем, слушайте. Я про «Хиундай», короче. «Солярис». Спрашивал у своих… Во-о-от. Машина с номерами антинаркотического подразделения, да? А все еще не в стоп-листе? Почему?
Он шумно выдохнул, замолчал и обвел всех взглядом. Некоторый эффект был достигнут: компания смотрела на него, ожидая продолжения.
— Ну, ведь угнан-то давно! — уточнил он. — Узнал, что ставили его. В стоп-лист. Во-о-от. Пытались ставить, а кто-то снимает… быстро.
— То есть, у нас кто-то высокопоставленный замешан? — поморщился Ден. — Извини, как-то это…
— У нас одного высокопоставленного, помнится, только что инсульт хватил, — напомнил Влад, зная, что друг в курсе. — Так что вполне возможно!
— А нам рассказать? — заинтересовался Игорь.
— Стоп! — скомандовал Влад. — Давайте Костю послушаем, а?
Костян, уже явно напрягшийся, выдохнул и кивнул благодарно:
— Ну вот… Кто эта «шишка» — еще не знаю… Но я, блин, не это… не о том… Во-о-от. Я тут… Самостоятельно решил вот что… Мы ж Росгвардия… К камерам доступа немного, зато сами бдим… Позвонил. Поговорил. Фирма есть в Белгороде — «Терминатор, три!» Прямо так называется, в общем. Запятая и восклицательный знак. Вот. Возле офиса часто «Солярис» видели. Ну, который «призрак». Понятно?
Друзья кивнули согласно, завороженные попыткой Костяна рассказать что-то длинно. И, по возможности, внятно.
— Ну вот. Они это… Нарушают этику. Эту… предпринимательскую. Клининговая компания. Много жалоб от конкурентов. Демпинг, все такое… Во-о-от. А лицензии на… эти вот… — росгвардеец наморщил лоб. — Отходы вот эти вот…
— Класса А? — тихонько подсказал Денчик.
— Точно! Нет у них такой лицензии. Во-о-от. А из-за демпинга контракты с ними заключают, — Костян снова выдохнул. — Они и это… Работают. В больницах.
— Погоди, ты имеешь в виду, что этот «Терминатор, три!» — и есть те, кто похищает ампутационный материал?
— Я так думал, — кивнул Костян. — Раньше. А теперь точно скажу! Вот слушайте…
Узнав об этом в конце прошлой недели, росгвардеец решил — а почему бы не проведать своего сослуживца по срочной? Который живет — как удачно-то все складывалось, — в Белгороде!
— Ну, ВДВ — навсегда же! — пояснил он, расплываясь в улыбке. — Двинул, короче, на вокзал… Во-о-от. Через девять часов мы уже…
Через девять часов Костян с сослуживцем дружно пели «Расплескалась синева…» в одном белгородском скверике, по удивительному совпадению, к этому скверику выходили тылы офиса клининговой компании «Терминатор, три!».
— Ничего такого… особенного, — пояснил Костян и снова наморщил лоб. — Там, ну… забор, просто рабица. Ворота… эти, такие… распашные. Пара легковушек. Во-о-от. Контейнеры мусорные.
— Помечены как-то контейнеры? — спросил Ден. — Ну, я имею в виду, если там медицинские отходы, то…
— Никак, — покачал головой бывший десантник, а теперь росгвардеец. — Воняет только сильно. Не гниль. Просто… Воняет, короче. Чем-то. Ну, это потом… Дальше, в общем…
Дальше, примерно через час и сколько-то бутылок пива, — Костян не стал акцентировать внимания на их количестве, — у приятелей возникла острая необходимость покинуть поле зрения детворы и их бабушек, гулявших в сквере. А поскольку служба в ВДВ приучает преодолевать на выбранном пути многочисленные препятствия, сделать свое дело просто так бывшие сослуживцы не могли — препятствия были просто жизненно необходимы в этой ситуации. Души обоих друзей этих препятствий жаждали, а глаза эти самые препятствия искали… И нашли — в виде забора клининговой компании «Терминатор, три!»
— Я это… лезть не хотел. Честно. Думал, позже вернусь. Посмотрю там. Во-о-от, — признался Костян. — Но Вовчик захотел… И полез. Ну… я вместе с ним.
Когда десантники успешно завершили то, зачем полезли на огороженную территорию, Косте пришла в голову мысль:
— Была не была! Раз уж я здесь оказался…
Раз уж он здесь оказался, крышка одного из контейнеров была поднята… Потом второго… Третьего…
Костю охватил праведный гнев, который он назвал куда более прозаично — озверением, не в лучшем состоянии был его товарищ. Именно в этот момент на заднем дворе появилось двое охранников. Возможно, они пылали желанием отвести героев этой истории к начальнику СБ «Терминатора, три!», но ситуация сама собой сложилась как-то так, что это герои истории отнесли обоих охранников к начальнику СБ.
— Какого хрена у тебя в мусорках руки-ноги, а?! Отрезанные! — сбросив «добычу» на пол, прямолинейно, как всегда, осведомился росгвардеец.
Возможно, начальник СБ клининговой компании «Терминатор, три!» был грозной силой, возможно даже, был связан напрямую с таинственными и страшными заказчиками биоматериалов, но в сложившихся обстоятельствах положиться ему было не на кого, кроме самого себя, и он смог только лаконично выразиться в том смысле, что скоро за этими медицинскими отходами приедет утилизатор. А так — все в порядке, мол…
— В порядке?! — осведомился Костян, речи которого пиво и озверение придали неожиданную плавность и доходчивость. — В порядке?! Полиции это скажи! А я — Росгвардия! Сейчас как врежу тебе как следует! Мразь! И мне ничего за это не будет!
Точно так и произошло, как он обещал.
Врезав как следует начальнику СБ и уложив его для комплекта к охранникам, друзья-десантники покинули негостеприимный офис клининговой компании «Терминатор, три!», поймали такси, и приказали везти себя к ближайшему фонтану — открывать сезон.
И им ничего за это не было.
— Что, совсем-совсем ничего?! — давясь от смеха, переспросил Игорь. — Даже дома?!
— Ну… я проспался еще в поезде. Во-о-от, — серьезно ответил Костян. — Ну так… Дашка разозлилась, что я на дачу не поехал… Суббота же… И у нее выходной… Немного злая была, честно. А так… Нормально все! Эх, расплескалась синева…
Он вздохнул мечтательно.
Отсмеявшись, Влад покачал головой — вообще-то, конечно, все могло кончиться не так хорошо… Ну да ладно.
— Как думаешь, — спросил осторожный Ден. — Они не свернут деятельность, опасаясь, что их раскрыли?
— Могут принять какие-то дополнительные предосторожности, но не свернут, — поморщился Игорь. — Ты же знаешь, как в обществе в целом относятся к эскападам… гм…
Он явно подыскивал замену выражения «пьяные десантники», не желая обидеть Костю, но увидев, что все и так поняли, только махнул рукой.
— А знаете, что… — озарило вдруг Влада. — А ведь у них лаборатория прямо в офисе! Хотя бы мини-лаборатория! Смотрите… Кость, ты ведь в прошлый раз говорил, что был инцидент: гнались за «призраком», а оттуда руку ампутированную скинули, верно? Так вот, целиком ампутационный материал они перевозить за границу не могут… Или перевозят редко. Значит, в этом «Терминаторе» забирают образцы от него! Потому и выбрасывают потом!
— Точно! — Игорь хлопнул себя по лбу. — Сумка-то курьерская — она небольшая! Ну, относительно… А здесь — сразу три мусорных контейнера… Кость, сколько в них… — он поморщился, — сколько было-то?