— Это ещё зачем?
— Из-за рода деятельности. Ты у нас по сохранению информации о потерянных мирах, а они по самим потерям. Некие Ордо Некрос — с очень позитивым названием, ага? — зацикленные на сценариях конца света. Работали практически параллельно с мисуанскими экспериментаторами, не ведая, к собственному счастью, об их генетических опытах.
— Я смотрю, секретных инквизиторских образований как нурглингов нерезаных. Я их коллекционировать не планировал.
— Назвался Навис — полезай в чан, — пожал плечами биологис. — Соль в том, что эти товарищи, в отличие от оптимистичных рыболюдов, быстро ударились в фатализм и пришли к выводу, что нашу историю ничто не спасёт — а значит, нужно её менять или вовсе искать новую.
— То есть?
— То есть они взялись на разработку машин для перемещения во времени или между вселенными.
— Особо дальние миры?
— Не дальние, — покачал головой Фиделиус, — параллельные. Альтернативные. Называй как знаешь.
«Нда, понятно, отчего книга запрещена».
— Тут уже не утерпели твои собратья Вигилус, и вместо слежки за неугомонной шайкой присоединились к ней. Вернее, часть присоединилась — самым что ни на есть незаконным способом. Организация распалась и какое-то время балансировала на грани запрещения, но сумела доказать собственную важность. Факт, что оставшаяся лояльная часть, окрепшая чуть ли не века спустя, всё-таки напала на след мисуанских генетиков.
— И тогда послали меня, — догадался Доминикус.
— Верно. Отпавший же коллектив объединился с Некрос и основал некий временнóй орден.
— Ордо Хронос, не иначе? — вспомнил Урсо детские страшилки.
— Вот и ври, Дом, что хуже меня соображаешь. Именно. Эти уже дошли до сотрудничества с эльдарами. И тогда что-то у них, судя по всему, получилось — по крайней мере, дальше в обозримой Вселенной они не светились, и об их дальнейшей судьбе этот доклад умалчивает.
— И ты его утащил, я правильно понял?!
— Да, — смущённо подтвердил генетор, — А ты бы устоял перед таким знанием?
— М-м… Сомневаюсь.
— Ну вот. Видимо, книгу планировали передать сообщникам-эльдарам в Паутине, но по очевидной причине не успели.
— И кто же додумался быть ксеносным посредником?
«Паламед Урсо, которого ты подвёл под незаслуженную казнь за ложное предательство, но эта страница сгорела первой, от моей руки — такой правды, друг, тебе знать не нужно».
— Там не упоминается ни имени, ни должности. Есть только постоянные ссылки на «основное хранилище» в связи с судьбой Хронос. Больше ничего. Может, в библиотеке нашлись бы другие книги, но я еле унёс эту.
«Секретный доклад в сельской усадьбе?»
Доминикус ухватился за последнюю соломинку.
— А это точно не подделка? Кто бы стал хранить такие вещи в замшелой глухомани, даже временно?
— Вообще-то, глухомань для этих целей подходит лучше всего. И потом, их бы никто не прочитал. Эти языки не преподают. Я же могу читать всё — написанное и подразумеваемое. Это… такой бонус.
— Применял бы его на словарях! Ну зачем ты туда полез?!
— Да меня всё равно бы раскрыли. Дом, если ты правда меня не презираешь, к тебе имеется большая просьба.
Тот прекрасно понимал, что сейчас услышит, но до последнего надеялся, что ошибается.
Не ошибся.
Он дёрнулся, когда одно щупальце метнулось к оружию, но оно лишь обвило бластер, вложив его в руку хозяина.
— Ты знаешь, что бывает с еретехами и прочими отступниками Представляешь, что теперь со мной сделают?
— Распотрошат на аугментации, — через силу кивнул Урсо.
— Ага. Всё живьём выдерут, а из того, что останется, сделают сервитора. А то и что похуже.
— А бывает похуже?
— Бывает. — кивнул генетор. — Я сам не смогу. Уже пробовал — струшу. Вот они уже, кстати, — указал он на появившийся на горизонте бронированный антиграв. — Я всё равно уже сто раз пожалел и сам такого хотел. А тебе зачтётся уничтожение опасного еретика. Они смотрят.
«Пожалуйста! Я так не хочу!» — завопил про себя Урсо.
«Да какая разница, чего я хочу».
Нет иного выхода.
— Увидимся, — прошептал Доминикус.
— Надеюсь, нет. Души отступников будут поглощены.
Сколько раз впоследствии инквизитор желал, чтобы тентакль с киберкогтем всё-таки попал в цель и сразил его самого, а восемь биоманипуляторов не картинно, а на самом деле атаковали, не позволив пережить следующие кошмарные мгновения.
Но Фиделиус замахивался слишком медленно, специально давая фору.
Рефлексы сработали слишком быстро.
Раздался глухой выстрел бластера.
Аугментации безвольно повисли, падая вслед за владельцем.