Чтобы уж ни за что не ошибиться и заодно и успокоиться, оставшийся в гордом одиночестве Фиделиус вполголоса бормотал названия тринадцати произведений вааконской бесценной коллекции по ходу вытаскивания их с насиженных мест.
— «Преступление и экскоммуникация», двадцать шестой стеллаж, пятая полка…угу… «Записки молодого инквизитора», восьмая… «Книга правителя улья Бронт»…
Ага.
В камине, отчего-то вечно закрытом, что-то тихонько щёлкнуло.
«— Теперь о самом объекте. Запомни список литературы…
— Её же не предполагается прочитать в рекордные сроки на десяти языках, надеюсь?
— Было бы забавно, но нет. По нашим данным, когда возьмёшь с полок все тома строго в этом порядке, ровно на три минуты откроется тайник с нужным объектом. Как его извлечь, решишь на месте. Главное, как можно быстрее положи в мешок или контейнер с изолирующими символами, которым я тебя учил. Никакого контакта с кожей или даже одеждой. Книги, кстати, тоже отдай — пригодятся.
— Вам предыдущих мало? И откуда, позвольте узнать, те данные?
— Из головы губернатора Ваакона. А книг много не бывает».
Биологис поднял чугунную заслонку и очень-очень плавно опустил на каменный пол, не допустив ни звука. Прежде он даже сдвинуть бы её не смог и уж тем более удержать, как из-за веса металла, так и из-за температуры — но то обычными человеческими руками. Ими он в данный момент складывал на ковёр книги, чтобы не мешали.
«Ну понятно».
Изнутри камин был выложен интересным чёрным камнем. Абсолютно матовый, он вроде бы ничего такого не делал — никак не светился и не звенел, например — но от одного его зрелища закладывало уши и становилось как-то пусто в голове.
Даже в хороших учебниках избранных образовательных заведений Империума о ноктилите, изолирующем пространство от Варпа, не упоминали ни словом.
Благодаря дару и связям Фиделиус читал не только хорошие книги.
Но ещё более интересной была парящая прямо в пламени полупрозрачная сфера, переливы внутри которой явно не были отблесками пламени. Залюбовавшись на диковину, учёный мимолётно позабыл, что с ней собственно полагается делать.
Нормальная рука спалилась бы в секунду.
Механических аналогов пока не было и у него.
Диоскур поджал губы.
Недавно имплантированные щупальца Xenoincirrina Horribilis Funestus, с Горя, тоже каликсидского, в принципе, должны выдержать.
В принципе.
Проверенный дедовский корень абсоллы, дополненный, улучшеный и спрятанный под мантией, немного грел душу. Ну, в крайнем случае, ожог можно списать на химический.
Наверное.
«На месте? За три-то минуты?!
Больно будет, мать вашу слаанешитам!..
Уже за две».
И всё же сомнений в том, стоит ли полёт псайкеров, у него не возникло ни на миг: не познакомься он с заказчиком — не попал бы в ряды хранителей знания.
Зажмурившись и стиснув зубы, Фиделиус сунул щупальце в открытый огонь.
***
В конце концов совершенно разругавшись с Тиндареем, несостоявшийся гуманист обосновался в закутке заброшенной котельной. Там было тихо, темно и, если повозиться с печью, даже тепло — а теснота ни его, ни крыс не волновала. На дверь (тройную — очень удобно) юноша предусмотрительно нацепил знак биологической опасности — а всех обозначений любой угрозы
жители планеты сторонились с младых ногтей: шансов помереть и так предостаточно.
Однако однажды ночью рядом с новым жильём объявился чужак. Обычный седой бродяга-торговец по первому впечатлению, при прижавшем рассмотрении он оказался куда жилистее среднего, а товар его — хорошим и козырным даже с точки зрения приобрётшего некоторый авторитет Диоскура.
Не сумев справиться с любопытством, начинающий контрабандист-интеллектуал состроил сколь мог суровую физиономию и
молча принялся разглядывать редкую литературу, облизнувшись, к его чести, только один раз.
— Говорят, парень, ты тут самый мозговитый, — первым завёл беседу незнакомец. — Эх, жаль, жизнь такая штука несправедливая. Умный-то ты, а наверх выбиваются кто с родословной, да?
— Действительно очень досадно, но Вам-то что? — буркнул Фиделиус, только чтобы отделаться.
— Да я тоже жил как ты, — подмигнул дед, — нищим профессором. Всё никак не решался.
«На что решался? Разве есть выход?»
— Выхода всё равно нет, — больше для себя возразил молодой человек. — И я занят, у меня, э… тут важная встреча.
Встреча действительно имела место: из-за угла выскользнула одна из его крыс, сильная матёрая самка по имени Зета с фонариком-глазом и графеновыми когтями, возглавлявшая вчерашнюю аферу по передаче особо крупной партии сакры. То есть, конечно, её дешёвой имитации, но грубиянам-клиентам Фиделиус об этом не сообщал.