Последнее, что видел инквизитор Доминикус Урсо, были светящиеся неподдельным счастьем три фиолетовых глаза.
2.Фильтр
На нижних уровнях мира-улья Фенксворлд, до которых не доходили редкие лучи светила, но доходила какая-то кислотная гадость вместо дождя, юный интеррогатор, движимый одновременно тщеславием и опасением промокнуть насмерть, торопился на одну очень важную встречу.
Наконец он отсчитал нужную дверь — все они здесь, в гетто, одинаковые, — дал на лапу послушно испарившемуся охраннику и, стащив всё-таки вымокший до последнего волокна плащ, спустился в хило освещённое служебное помещение. В подпольном баре — он же клуб, он же бордель, смотря по обстоятельствам — у него было назначено свидание с магистром Департаменто Мониторум, очаровательной брюнеткой лет тридцати. Якобы.
— Доминикус, ну ты чего снова опоздал? — капризно спросила дама. — Я хотела уже уходить.
— Да там так льёт, высунешься — без носа останешься. Вот ботинки почти разъело. Перебежками добирался.
Он осторожно снял эти самые промокшие ботинки и разлил по стаканам мутную слабоалкогольную имитацию. Всё должно выглядеть, как обычно.
— Книжку-то свою принёс?
— Конечно. Надеюсь, тебе понравится, хотя там есть пара сложных моментов.
Доминикус вытащил из-за пазухи кое-как подделанную час назад работу по секвенированию генома ценных сельхозтварей, предусмотрительно завёрнутую в полиэтилен. Увы, имя своё он разболтать успел, а вот фамилию — нет, так что вместо настоящего «Урсо» на обложке значился ироничный «Крук», позаимствованный из диалекта родной планеты. Лорд-инквизитор юмор оценил.
— Ты же мне расскажешь, чем в последнее время занято твоё начальство? — протянула брюнетка, потягиваясь на старом диване. — Это так интересно. Экология — жутко занятная штука.
— Разумеется. Только давай позже, не хочу сейчас о делах.
Для неё он был мелким, но пригретым родственниками клерком Официо Агрикалте. Умолчать о настоящей работе оказалось крайне удачной затеей, не то что с именем. Впрочем, врать по долгу службы Доминикус научился уже давно, тем более тому, кто настолько наглым образом врёт тебе. Стыднее был тот факт, что все встречи с псевдо-магистром в юбке, вплоть до предыдущей, были не подставными, а вполне искренними и относящимися к сфере частной жизни Урсо. Надо же, как угораздило… Впрочем, главное, удалось вывести эту «красотку» на чистую воду. Достаточно было подслушать, какие дискуссии ведутся в любимом ею заведении между работницами и завсегдатаями после рюмки этак десятой. А элементарная проверка генетического кода самой притворщицы с помощью одной из этих рюмок — хитро украденной — показала, что милые дамы, включая и «магистра», являются людьми только внешне. Они что, думали, никому это в голову не придёт?! Хотя, и правда, до сих пор никому вроде не приходило.
«Ага, попалась!»
Вскочив с дивана в чем был, интеррогатор заломил руки недавней любовнице и не без труда содрал с её предплечья кожаную повязку, будто бы закрывавшую некрасивый шрам. Под ней, как и рассчитывалось, скрывалось клеймо недвусмысленного вида. А вот расчёт на руки как на основной источник опасности, а также на природную слабость дамы оказался ошибочным: та вывернулась и со всей силы…. укусила Урсо в правое запястье, продырявив его насквозь. То ли подлый этот жест потребовал у неё много усилий, то ли на Доминикуса боль подействовала отрезвляюще, но вместо миловидной женщины он внезапно увидел гибрида с безумными звериными глазами и с вертикально открывающимся ртом, полных острых зубов. Гибрид зло зашипел и, воспользовавшись замешательством несостоявшегося ловца, унёсся в сторону лестницы. Там его, к счастью, поджидали предусмотрительно нанятые головорезы из местных СПО. К несчастью же — они-то по-прежнему видели симпатичную мадам.
— Это магос генокрадского культа! Стрелять на поражение! — крикнул им интеррогатор и хотел было показать пример, но обнаружил, что правая рука успела онеметь и нехорошо так почернеть.