– Сколько же таких может быть, как думаешь?
– Ну, может, это единицы, может – десятки, максимум – несколько сотен, а может, даже и тысяч. И все! И с этой парой тысяч осколков счастья и работают… Отдельно. Из их крови и получают вакцину бессмертия. Ее пока исследуют, говорят, результаты очень обнадеживающие. Там вроде начинается очень сильная регенерация. Но тоже идет не всем – уже умерло несколько членов правительства. Только они были совсем уж старые-престарые. Не знаю, помогло ли кому-то из верхушки…
Улыбка постепенно сползает с ее лица: «розовая радость» перестает действовать. Патти встает.
– Это все, Мона. Больше я не знаю ничего. Я и так тебе много сказала…
Соседка, прихватив кусок пирога, идет к себе. Осталось только узнать, куда же именно летал один из руководителей программы «Бессмертие».
Приходит сообщение от Дэна: все, мне больше не нужно стоять в очередях!
Чуть погодя со мной связывается сияющий «женишок». Он получил развод.
– Ну все, Мона, я свободен, как птичка! Жаль старуху, когда-то она была очень даже ничего… Что ж, сама виновата: слишком уж прикладывалась к бутылке. Старая, вонючая, с болячками – свое уже отжила, жалко ее да ничего не поделаешь! Жертвовать собой ради этой грымзы – много чести. Я, конечно, тоже не молодой пока… – он смеется, намекая на программу «Бессмертие». – Все, теперь ждем только твоего совершеннолетия! Кстати, я уже приобрел по случаю для нас и наших будущих деток роскошную нору! Пока лечу по делам, вернусь, посмотришь, а потом слетаем в новый ресторан, отметим это событие, договорились?
Киваю.
– Хорошо. Только очень прошу, пусть это пока остается в тайне.
– Конечно, конечно, мой цветочек! Пока объявлять об этом преждевременно. Вот смотрю на тебя: как ни стараешься строить постную рожицу, но счастья в глазах не скрыть. Прекрасно выглядишь, конфетка, просто светишься изнутри! Ну пока, моя прелесть, мне уже пора бежать. Люблю тебя!
Посылаю дядюшке Гару воздушный поцелуй. Мой «жених, никогда муж» машет мне рукой и отключается.
Со мной тут же соединяется Лила. Она уже побывала в гостях у Ральфа, познакомилась с его другом Рико. Похоже, они ее прощупывают. Крючок закинут. Тут важно не переиграть и не вспугнуть потенциальную жертву.
И наконец, на связи Дэн. Отчитываюсь о проделанной работе и о планах. Шеф одобряет. Потом сажусь в кресло, надеваю шлем и заполняю голову бесполезными знаниями… Перед сном включаю «стены». И вот она, радость: с сегодняшнего дня официально начались бесплатные прививки «вакциной бессмертия». Показали огромные очереди: люди вместе с детьми терпеливо ждут счастливого момента, когда их уколют… Они надеются если не стать бессмертными сразу, то продлить жизнь до того момента, когда изобретут «эликсир вечности».
Утром спешу на занятия: вдоль дороги стоят авиалеты и палатки: там колют «бальзам бессмертия». У центрального входа университета уже огромная очередь: прививают прямо в холле. Меня и других желающих пройти на занятия будущие бессмертные не пропускают: боятся, что мы привьемся без очереди. Приходится идти до другого корпуса, а потом воспользоваться переходом. С каждым днем прививочных пунктов становится все больше...
В выходной мы с соседкой снова идем в клуб. Патти опять убегает со своими друзьями, а я с Лилой, Ральфом и его смуглым, черноволосым другом Рико катаю шары. На мне синее бархатное платье с ажурными вставками по бокам: сбоку было немножко оторвано, но я аккуратненько заклеила. К нему я надела кулон с сапфиром. Смотрится очень стильно!
Лила выбрала сегодня полупрозрачный дымчато-сиреневый наряд с пышной черной розой на груди: настоящая роковая женщина. Правда, на мой вкус, вырез великоват: из него торчат выпирающие ключицы, а отсутствие рукавов выставляет напоказ острые локти.
Мы с Лилой и парнями пьем коктейли, потом плаваем в бассейне. На прощание мажоры приглашают нас на следующие выходные к себе домой и обещают познакомить со своими друзьями. После университетских занятий, мне приходится теперь ходить на тренировки по самообороне и стрельбище. Правда, большими успехами пока похвалиться не могу. Свободного времени у меня нет совсем: я выкраиваю лишь час в неделю на разговоры с мамой.
Я шагаю по бесконечному университетскому коридору. Впереди меня идет девушка в голубом платье. Шатается на ходу, словно пьяная. Неожиданно она приседает и растягивается на полу. Я спешу на помощь. Глаза девушки закрыты, по лицу пробегает судорога. Прикладываю руку к шее: пульса нет. Широко открытые глаза стекленеют. Она мертва?