Вмешивается рыжеволосая девушка.
- Вы не правы. Некоторым эти средства помогают. Моя тетя, например, вылечила серьезную, можно сказать, неизлечимую болезнь, с помощью продукции "программы бессмертия". Это точно!
Рико смеется.
- Санни, все гораздо проще. На самом деле, каждый день происходит очень много случаев "самовылечивания". До "Программы бессмертия" это никак не фиксировалось, а с ее приходом люди стали заявлять о таких случаях, после чего и пошла статистика самоизлечения. Ее просто привязали к нужной программе, так как девяностодевять процентов народа смотрели это шоу. Сначала я не верил знающим людям, думал, пропаганда, подставные, но когда сами по себе у моей тети прошли кое-какие болячки, понял что они скорей правы.
Влезает Миа, хлопая длиннющими ресницами.
– Ладно, согласна. Но это у нас низкая рождаемость. А в диких регионах? Да там при таких темпах скоро там не то, что ногой ступить, плюнуть будет негде. И все они рванут сюда. А что касается тех, кто вакцинируется добровольно – тоже неплохо. Число дураков поубавится, нация поумнеет. Разве не так?
Молчаливый парень с дредами, сидящий у кальяна, поворачивается.
– Все верно! Пятьдесят процентов населения в мире ассоциальны. Этих просто необходимо колоть. Думаю, витаминизированные модным уколом скоро сами ощутят все прелести жижинации. Возможны бунты. Психи первыми вступят в мятеж. Кто-то умный сказал, что если катастрофу нельзя предотвратить, ее надо организовать. Чтобы хаос был более или менее управляемым.
Рико трет под носом.
– Моя тетя-биолог говорит, что колют тридцать процентов плацебо на семьдесят убивающей вакцины. Разные партии были. Одни вообще шли с физраствором. Потому реакция разная у всех. Вакцина просто уничтожит иммунитет привитых. Миллиардов восемь пойдет в удобрение. Тех, кто будет умирать от вакцины, будут записывать под болезни и эпидемии для увеличения страха населения, чтобы прививались снова и снова. А те, кто останутся жить после плацебо, будут со «стен» рассказывать нам красивые истории, что они укололись, и у них все хорошо. Будут нести пропаганду в массы.
Лила выдыхает дым и решает, что пора вмешаться в разговор.
– Не надо нам их жижи, себе пусть колют, клизмятся, спринцуются, пьют, купаются в ней, не жалко. Даже когда чай из ромашки хочешь заказать, говорят: есть противопоказания, необходимо прежде проконсультироваться. А о прививке так не говорят! Иди и колись!
Облизываю губы. Надо поддержать напарника. Хлопаю накрашенными глазками:
– Что у них, мартышки подорожали для опытов? Или мыши кончились, на людях эксперименты проводят? Может, мышей жалко?
Ральф смотрит на меня.
– Родственник-военный сказал ни в коем случае не прививаться. Прислал секретную инструкцию, там ясно сказано: это эксперимент. Из личного опыта: брат одноклассницы умер после прививки, месяц лежал овощем. Привился в числе первых, хотя я его отговаривал. Сейчас она лежит, отказало все, питание через трубку. Брат умирал так же. Себя-то чиновники и медики не колют, будьте уверены, хотя нам скажут, что были в числе первых. Зато за каждого привитого – премия! Что поделать, на верхушке каждый переживает только за свою старую задницу.
Рико смеется.
– Чиновники всегда отличались крысиной пронырливостью. Наша власть не брезглива, нахраписта и воровата... А народ глуп и покорен. Нам уже и так всячески причиняли добро. Если этим людям выколоть один глаз, то они скажут: «Зато второй оставили, спасибо».
Ральф облизывает тонкие губы.
– Нужно будет, они и уже умерших постараются привить, может, еще оживут! Только вот если никогда не давали народу ни бонуса, ни таблетки, а тут вдруг – на бесплатно тебе укольчик, да еще так настойчиво, то даже дурак призадумается... Как они говорят, слишком много людей на планете. А может, это они лишние, а не мы?
«Челка» кивает.
– Вакцина – это бизнес, все человечество просто «сажают» на иглу: С помощью жижи снижают природный иммунитет. И когда через год-два запустят более сильный вирус, людям придётся основательно «сесть на иглу», чтобы не умереть! А поскольку спасительный укол будет дорогим, то не все смогут его купить, а значит, план сокращения численности населения будет воплощаться в атмосфере истерии и паники еще более быстрыми темпами.
Рико подхватывает.
– Это же не шутка – утилизировать семь-восемь миллиардов. – Вздыхает. – Я думал, что военные смогут сменить власть, но, увы, они все зомбированы или куплены. Как бы страшно не звучало, но там безо всякого сожаления говорили — это тест на идиотов, которых, по закону природы, не зазорно зачистить. Нужно бороться за жизнь! Остальные, по тому же закону природы, сталут только сильнее и опытней. Не всем же Боженька мозгов отмерил в должном количестве... Миллионы лет эволюции, а все слизняки. А вы, мыши, пищите, им все равно.