– Бойкот вакцинации на все дни нашей жизни... Сопротивляемся до последнего человека на планете!
На другой день Патти забегает ко мне. Я как раз отвязываю новый букет, принесенный дроном.
– Привет! Ух ты, какие красивые розы! Кто-то явно не скряга – неслабо раскошелился! Дорогущий сорт, совсем новый. «Розовый бриллиант». Это от кого? Кто поклонник?
Не хватало еще насмешек Патти! Небрежно бросаю:
– Да кто-то из знакомых парней, даже не знаю кто…
Патти хихикает.
– Кстати, эту ночь я провела сразу с двумя… – И вздыхает, морщится. – Не советую, Мона, ничего хорошего: все болит. Все мужики такие козлы!
Она уплетает остатки торта с помолвки, воздушного и удивительно вкусного: я-то уже сыта по горло. Доев торт и фрукты, она привычно забрасывает в рот розовую жемчужинку. Оказывается, после моего отлета соседка решила, что если уж я наскребла на дорогу, чтобы проведать родных, то почему бы и ей не сделать то же самое? И полетела на Рифус.
– Представляешь, дядя только что вернулся с Короны. Он рассказывал отцу, что их едва не сбили: что-то случилось со связью, а любой подлетающий неопознанный объект немедленно сбивается. К счастью, пилоту удалось связаться с Центром и получить разрешение на посадку.
Ясно. Попасть на Корону можно только в качестве испытуемого или испытателя.
Патти, придвигая тарелку с фруктами, продолжает:
– С программой вообще хреново, не знают, что делать. Дядя говорит, что, если бы на кону не были такие бабки, впору было бы вообще прикрыть лавочку… Думаю, все хреново, Мона: человечеству крышка. Не доведут до добра все эти игры с генетикой...
И правда: «стены» уже не говорят о всеобщем бессмертии и обязательном вакцинировании. Наоборот, теперь подчеркивается, что это личный выбор каждого, нужно самому принимать решение, а не сваливать это на других. Человек должен оценить свое состояние здоровья, возраст и все риски, так как у вакцины могут быть побочные эффекты, хотя они проявляются очень-очень редко. В общем, никаких гарантий. Если с тобой что-то случится, то ты и виноват: на веревке тебя никто не тащил, наоборот, даже предупреждали…
– Слушай, Патти, ты знаешь парня по имени Бенито Верди?
– Это сын Верховного прокурора? Нет, не знаю. Но слышала, что редкостный придурок, весь в папашу. А что?
– Да, он был на вечеринке у моих друзей. Я так просто спросила.
Патти хихикает, тычет в меня пальцем.
– Он тебе понравился! С виду такой милый, прямо поцеловать хочется!
– Да мы просто парой слов перебросились! Даже не помню о чем.
Она становится серьезной.
– Ну, если ты на что-то рассчитываешь, то забудь. Ты для него – просто грязь под ногами. Поболтать с тобой он, конечно, может, переспать – еще подумает, а уж о чем-то более серьезном – даже не мечтай.
– Да я и не собиралась!
– И правильно. Даже если представить себе, что найдется какой-то вконец пронюхавший мозги придурок, который вдруг решит жениться на простолюдинке… Знаешь, что ему скажет папа? – Патти откашливается, распрямляется, делает суровый вид и произносит басом. – «Она из низшей касты, где нет ни норм морали, ни тем более чести! – Многозначительно поднимает вверх указательный палец, потрясая им. – Там каждый выживает, как может. Они постоянно врут, воруют и готовы убить за жалкую сотню бонусов. Такова их ничтожная жизнь».
Хихикает. Потом снова делает суровый вид и продолжает:
– «Конечно, плебеи полезны для власти: их легко использовать и не надо уговаривать переступить через нормы человеческой морали. Такие охотно идут в армию, полицию и тайную службу: причинять страдания людям – их норма жизни. Они искренне верят, что если они не убьют тебя за сотню бонусов, то ты убьешь их. Нищенское существование порождает искаженное, полузвериное сознание». И все!
Ничего себе! Я всегда считала Патти глуповатой, с низким интеллектом и скудной речью, но в матримониальных вопросах она явно разбирается лучше меня. Сегодня она показала свое истинное лицо. Патти гораздо умнее, чем прикидывается, и наверняка очень расчетливо выйдет замуж.
– Хочешь еще кофе?
Моя соседка по кампусу – язык не поворачивается назвать ее подружкой – машет рукой.
– Лучше чего-нибудь покрепче.
Она убегает к себе и возвращается с бутылкой красного вина.
– Ой, Патти, я не хочу, мне надо учить…
Не хватало еще втянуться, как тетушка Зои.
– Да хоть чуть-чуть, на донышке. Не люблю пить одна.
Она наливает себе целый стакан и мне чуть меньше половины. Жадно пьет. Смотрит на меня.
– Вот ты мне завидуешь…
Мотаю головой. Никогда я ей не завидовала! Конечно, хорошо иметь кучу бонусов, но ведь она слишком уж похожа на свинью!