– Дядюшка Гар, долго мы еще будем бездействовать? Когда, наконец, мы вырвемся отсюда?!
Он, не открывая глаз, пожимает плечами.
– Кое-что делается… И здесь не самое худшее место на свете.
– Рэд уже начал действовать?
Дядюшка Гар приоткрывает один из тусклых оловянных глазок и внимательно смотрит на меня. Устало произносит:
– Не ревнуй, Мона. Это в интересах дела. Нам нужно завербовать как можно больше сторонников в этом гадюшнике. Ты ведь тоже у нас теперь невеста Отто. Разве нет? Дело житейское. – Машет рукой. – Иди, Мона, дай подумать.
Я киваю бывшему жениху.
– Ладно, дядюшка Гар. Не буду мешать...
Он причмокивает жирными, вечно влажными губами.
– У меня есть кое-какие идеи, их нужно обдумать… Не сомневайся: Зои сделает все необходимое. Ты даже не представляешь, на что она способна и какие у нее связи. Друзья Дэна тоже наверняка не бездействуют.
Мой браслет вибрирует. Это Инга. Изображение крошечное, но по голосу слышно, что она сильно взволнованна.
– Мона, ты где? Подойди ко мне. Это срочно.
– Что-то случилось?
– Да! Поторопись!
Дядюшка Гар приподнимает бровь и чешет нос в форме картофелины.
Я вхожу в кабинет Инги. Она смотрит в окно. Резко поворачивается. Покрасневшее лицо выглядит взволнованным, голос срывается.
– Мона, это случилось!
– Что?!
– Верховный правитель вчера покинул нас! Только пока это государственная тайна.
Я вспоминаю слова Китти о том, что есть основания надеяться на скорые перемены и на всякий случай уточняю:
– Он умер?!
– Да.
Наконец-то!
– И что же теперь?!
– Выберут нового из «восьмерки», а в «семерку» введут нового соправителя.
– Нас ждут перемены?
– Думаю, да.
– Как вы думаете, кто это будет?
Она неожиданно становится спокойной и даже сладко улыбается мне. Запрокидывает голову и произносит:
– У меня есть кое-какие предположения, Мона, но я не хочу их пока озвучивать. Потом проверю, была ли я права. Во всяком случае, наступает время больших возможностей.
Вечером мы смотрим «стены». О смерти Верховного правителя Содружества планет не упоминается. Нужно время, чтобы уладить все организационные вопросы. Наоборот, он выступает с экрана, как никогда энергичный и бодрый: видимо, это какая-то более ранняя запись.
В конце новостей показывают «свадьбу века»: дочь одного из соправителей «семерки» выходит замуж за сына Верховного прокурора.
Да, я вижу моего бывшего друга Бена под руку с роскошной блондинкой, лицо которой перекроено по последней моде: верхняя губа толще нижней. Выглядит Бен прекрасно, просто сияет: видимо, лечение помогло. Он стал еще красивее, и невеста под стать… Ее зовут Марта.
Я рада за друга, но что-то царапает мне душу. Крупный план: Бен широко улыбается и знакомым жестом откидывает с лица непослушную челку, обнажая руку с знакомым браслетом – ценой моей жизни. Что ж, теперь и я, как и Инга, могу сделать кое-какие предположения.
Утром мы с Отто и Ингой пьем кофе. У нее явно кислый вид. Я отставляю чашку и смотрю прямо в ледяные глаза руководительницы программы «Бессмертия".
– Хочу сравнить ваши предположения с моими. В «семерку» войдет бывший прокурор Бенито Верди, а его новый родственник станет Верховным правителем, не так ли?
Инга горестно кивает.
– Скорее всего, так и будет. Но вчера я думала иначе: я сама рассчитывала войти в «семерку», во всяком случае, мне обещали. Теперь уж точно нет… Хотя, на последнем дне рождения Верховного видно было, что отец невесты еле успел с трапа гравилета. А потом все заметили, что Верховный еще не закончил свою «выдающуюся» речь, а задние ряды уже побежали к выходу!
– Когда же объявят?
– Думаю, на днях. Пока все утрясается.
– Как вы думаете: он умер сам?
Ее челюсти твердеют.
– Я не знаю, Мона.
Почему-то мне кажется, что Инга вполне могла приложить руку к смерти Верховного. Не просто так ее обещали ввести в Семерку. Либо Инга получит какие-то плюшки, либо ее просто устранят, как лишнее звено.
И вот он, день национального траура! Я проснулась и сразу услышала тихую печальную музыку. Потом весь персонал, включая и нас – неофициальную охрану, собрался в огромном зале, и пошли слезы рекой и проникновенные слова величайшей скорби. Инга смахивает скупую слезу, ее подчиненные – кто ревет белугой, а кто, видимо, не в силах скрыть радость, просто закрывает лицо руками. Как и я.
Сквозь пальцы смотрю на Мию: плечи моей подруги содрогаются от рыданий. Профессионал! Кстати, ей уже вырастили и имплантировали новые зубы взамен утерянных в драке.