– Зря ты так. Думаю, это она помогла нам на Ледяной. Моя мама могла продать драгоценности, но дать взятку в нужные руки – на таком уровне это могла проделать только тетушка Зои. Или ты знаешь о ней что-то такое, конкретное?
Миа медлит.
– Нет. Ну ладно. Да, думаю, так оно и было. Я была не права насчет нее. Каюсь. Она, конечно, своеобразный персонаж, хотя, с другой стороны, жить нам особо не мешает, вносит некоторое разноцветие. Главное, чтобы сильно не злобствовала. – Слишком легко Миа признала ошибку. – И если ты думаешь, что я получаю от Гара большое удовольствие, ты ошибаешься! И потом, я Зои клятву верности не давала. Конечно, старуха боялась, что если Гар разведется, то больше никто на нее не польстится, караулила этого идиота, который ее замуж взял, как будто он – последний мужик на свете.
Хмыкаю.
– Понимаю. Но тогда зачем?!
Миа мнется, морщит нос, трет его. Вздыхает. Кривит рот.
– С ним же можно договориться... Должок у меня перед ним. Только не спрашивай! – Она озорно подмигивает. – Косячок у меня был. Небольшой. – Значит, Лила сказала правду. – Ладно, хватит об этом. Давай лучше обсудим предстоящий день рождения. Давно не веселились. Душа просит праздника.
Киваю. Хватит думать о плохом!
– У меня уже есть кое-какие идеи. Хочу большой-большой сюрприз для всех.
Подруга скалится, демонстрируя новые роскошные зубы.
– Сделаем, не сомневайся. Кстати, в отличие от Эмми, я не стала бы тебя огорчать.
– Знаю. Потому что ты моя подруга, а она – нет. Но если бы даже ты с Рэдом… Я бы поняла тебя. Страсть же неподвластна уму, она не знает границ и не слушает советов. Нельзя никого судить, только понять. А если случается, то лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть. Так бывает: и башню сносит, и сердцу не прикажешь… любовь... страсть... Говорят. И тот, кто удержался и смог уйти… Но как осудить того, кто сдался?!
Миа задумывается.
– Это правда, Мона. Губительная страсть… Я говорила тебе правду: Рэд никогда мне не нравился. Он еще разочарует тебя и не раз. Бросит он твою Эмми, даже не сомневайся. А вот и наш боевой подъюбочник.
К нам идет дядюшка Гар. Я бросаю:
– Поговори с ним. А меня есть кое-какое дело.
Мне нужно увидеть Али. Я давно не посещала его: не было необходимости и не хотелось привлекать внимание.
Великан по-прежнему сидит на траве у своего дома. Выглядит он гораздо лучше.
– Как дела?
– Все великаны оповещены и готовятся. Нам нужно еще немного времени, чтобы последние вошли в норму. Обычных мы привлекать не стали: среди них много стукачей. Когда восстание начнется, желающие сами примкнут к нам. Осталось назначить дату. Жаль, одна группа выступила преждевременно.
– Надеюсь, все скоро закончится. Готовьтесь тщательно. Я буду рада вместе с вами стоять в строю. Герои сразятся за наше будущее, а там уж как получится. Будет славная битва. Что я там буду делать, кроме как орать попугайчиком, пока неясно, но я иду. И пусть нам повезет!
Али качает головой.
– Нет, Мона. Ты должна остаться в живых, чтобы при любом исходе поведать людям правду.
Браслет вибрирует. Инга!
– Мона, подойди.
Я вхожу в кабинет. Руководительница проекта «Бессмертие» сидит за столом. Выглядит она задумчивой.
– Садись, Мона. Замес начался. Сейчас я узнала, что один из членов Семерки погиб при невыясненных обстоятельствах. Вроде как несчастный случай, но скорее всего, его просто убили. Начинается борьба за власть. У меня снова появляется шанс.
Я замираю.
– Это не Бенито Верди?
– Нет. Кроме того, решается судьба проекта. Завтра прибывает куратор. От его решения зависит расширим ли мы программу, оставим в прежнем объеме, урежем финансирование или вообще свернем. Последний вариант – это катастрофа. Нужно будет произвести зачистку, и скорее всего, нас утилизируют вместе с подопытными.
– Что же делать?!
– Нужно как-то убедить Петерсона, что уже есть прорывные идеи и решения.
К нам летит дядюшка Патти!
– Он не поверит. Обещания длятся уже много лет…
– Есть кое-что, Мона. Я берегла именно на такой случай. Один из великанов дал великолепные результаты анализов. Если еще добавить твою высокую регенерацию… Это настоящий прорыв! Это путь к бессмертию!
– А если поздно?
Лицо ее застывает, превращаясь в неподвижную маску.
– Что ж. Можно кое-кому изменить состояние здоровья… Но это уже в самом крайнем случае.
Мы с Мией и Лилой готовимся к моему дню рождения: он уже завтра. Меню согласовано, готовится небольшой концерт. Мужички помогают нам, двигают столы, устанавливают петарды, но больше крутятся под ногами и мешают. Когда все сделано, мы с Мией обходим территорию. Сделав круг, останавливаемся. В этот момент я вижу крупную стрекозу, которая быстро летит к нам. Она какая-то странная, но я не понимаю чем. Когда она подлетает совсем близко ко мне, я вижу, как из ее серебристой головки выдвигается игла. Я зачарованно смотрю на нее. Время замедляется. я успеваю даже заметить ядовито-зеленую капельку на кончике.