Для земных этнографов это было большой загадкой, и многие из них бы правую руку отдали, чтобы попасть в эти пристанища древнего порока. Но Марс надёжно хранил свои тайны. Надёжно по меркам землян, разумеется. Для неторопливой марсианской истории, пятьсот лет, которые понадобятся пришельцам с небес, чтобы разгадать все оставшиеся загадки — одно мгновение.
Мыслители, конечно, знали ответы — для них секретов на Марсе не было.
Джеккара, Валкис и Барракеш торговали ответами на вопросы.
На какие вопросы? Да на любые, в общем. Что было сто тысяч лет назад? Как звали твоего пра-пра-прадеда в трехсотом поколении? Какая погода будет завтра? Как вылечить больного ребёнка? Как найти женщину, которая подойдёт только тебе?
Что угодно, лишь плати достаточно звонкой монеты.
У пустынных племён, конечно, были свои телепаты и ясновидящие — шаманы, колдуны и знахари. Но они нащупывали путь вслепую, впотьмах, в лучшем случае получая немного наставлений и тумаков от своего учителя, да ориентируясь по текстам древних сказаний. В городах Лоу Кэнэл прекогнистику и посткогнистику, чтение сознаний и передачу воспоминаний превратили… нет, не в строгую науку, но хотя бы в искусство. Это были своего рода местные университеты, хотя и окружённые ореолом мистики. Здесь к услугам психически одарённых были не только опытные наставники из числа людей и нелюдей, но также и огромные библиотеки, содержащие записи за миллион лет. Здесь тебе могли помочь не только получить видение, но и понять, что оно означает.
Храм, бордель, лавка гадалки и база торговца информацией в одном помещении — вот что такое типичное заведение Лоу Кэнэл. Для простачков — более примитивные заведения, почти мошеннические (а то и полностью мошеннические, тоже не лишнее — монетку с лоха слупить). Мало информации, много дешёвых эффектов. Для серьёзных людей — серьёзные консультации за серьёзные деньги. И любому, кто попытался бы тронуть такие источники сведений, будь он хоть новым Чингисханом — мигом бы так хвост накрутили, что он следующие десять тысяч лет сидеть бы не смог.
Ирония состояла в том, что более половины местных знаний поступали именно от Мыслителей же. Они регулировали через Эмпирей, кому и что позволено увидеть, иногда напрямую подбрасывали ответы — Лоу Кэнэл был их инструментом влияния на историю Марса. Но при этом ни один Мыслитель не пожелал бы сунуться в подобный город во плоти — да и мысленные проекции они посылали с большой осторожностью. Господствуя в пространстве чистого знания, они бы были мигом съедены местными мелкими хищниками, которые одинаково хорошо владели хрустальным шаром, игральными костями и кинжалом.
А вот Ричарду и Дэйр-Ринг сунуться пришлось.
Население города в эту эпоху составляло около восьмидесяти тысяч. Не так много — за пару недель вполне реально просканировать всех на предмет причастности к похищению в Кахоре.
— Основная проблема, — объясняла Дэйр-Ринг, пока они летели к Валкису, — в том, что я там буду далеко не единственной телепаткой. В любом достаточно старом марсианском городе хватает чувствующих — как электромагнитных телепатов, так и псайкеров. Со мной или Дж-Онном никто из них, конечно, не сравнится — но то в открытом ментальном поединке лицом к лицу, как у меня было с Ранн. Также я смогу создать вполне правдоподобный ментальный фон, если они попытаются прозондировать меня — по сравнению с жизнью в обществе зелёных марсиан, это детские игрушки. Но вот моё зондирование в их адрес может оказаться чересчур грубым, и вызвать… некоторое беспокойство.
— А выделить чувствующих заранее, чисто пассивным восприятием, ты не сможешь?
— Сильных псайкеров — ну, по местным меркам сильных, не по нашим — смогу. Слабых псайкеров и электромагнитных телепатов — нет, пока они не используют свои силы. Тут нужно активное сканирование.
— А тут в основном как раз две последних категории, — нахмурился Ричард. — И не все сидят в сумрачных глубинах своих салонов — некоторые ходят по улицам, как обычные граждане, используя свой дар, чтобы лучше грабить, или наоборот — уклоняться от грабителей.
Положим, псайкеры, как сильные, так и слабые, сейчас не по улицам ходят, а в основном заперты в дурку, отлёживаются, прячутся или мертвы. Эмпирейный шторм, пронёсшийся над планетой, бил по ним в первую очередь. Это отчасти облегчает задачу пришельцам (и весьма негативно скажется на истории Марса в ближайшие века). Но вот «чистые» электромагнитные телепаты, не имеющие особого сродства к Эмпирею, уязвимы к нему не больше, чем обычные люди. То есть при существующей интенсивности возмущений ежедневно сходил с ума где-то один из тысячи. Что на их концентрацию на улицах почти не повлияло.