Итак… если использовать Эссенцию для обучения псайкеров, а в дальнейшем и созданных ими фантомов, они могут получить Спартанцев. Живых Спартанцев. Неотличимых от некогда умерших даже на молекулярном уровне. Возможно, даже способных работать Восстановителями. Осталась сущая мелочь… как сделать, чтобы это были ТЕ САМЫЕ, а не ТОЧНО ТАКИЕ ЖЕ Спартанцы?
Вариант «послать Обелиску ловушки с Эссенцией» — не предлагать.
Парадокс получался крайне неприятный — бивший в самую основу человеческого общества, да и не только человеческого, если на то пошло. Смерти вроде бы больше нет, и в то же время она здесь, в полный рост, никуда не делась. Просто она теперь за кадром, заретуширована, чтобы не смущать зрителей. Личная психосила, помноженная на возможности Обелиска, позволяла вернуть из небытия любого дорогого тебе человека. Причём эта копия будет даже лучше оригинала во всём — этот человек будет именно таким, каким ты его помнишь и хочешь видеть. Жажда уважения, жажда общения, жажда секса, ласки, заботы — всё то, что мы привыкли вкладывать в понятия любви и дружбы, всё будет удовлетворено наилучшим образом. Обелиск был рождён из потребности вернуть утраченное, и он прекрасно умеет утолять эту потребность, во всех видах. Вот только нужен нам обычно не человек, а наше ощущение от этого человека. И дело даже не в том, что самого человека в его целостности нам воспринять нечем — реальность нам дана только в ощущениях — а в том, что мы обычно и не хотим воспринимать никого целиком. «Широк человек, слишком широк, я бы сузил».
Парадокс с Эссенцией в ловушках только обнажал эту проблему с разительной беспощадностью. С точки зрения самого мертвеца он остаётся мёртвым. С точки зрения всех остальных — живёхонек. Разница лишь в том, что обычно у мертвеца собственной точки зрения нет. На этом-то Обелиски и ловят разумных цикл за циклом. Они хорошо умеют лгать, но обычно в этом не возникает необходимости. Как не нуждается казино в обмане игроков. На стороне крупье законы математической статистики. Каждый в отдельности может выиграть, но в сумме выигравших всегда будет меньше, чем проигравших. Так и здесь — на одного одурманенного псайкера, который пожелает истинного воскрешения и отберёт у Обелиска Эссенцию ради него, приходится миллион тех, кто желает лишь заполнить пустоту в своём сердце, и ради этого с радостью отдаст свою Эссенцию.
Конечно, это далеко не единственный лохотрон для разумных, предлагаемый Обелиском. У него широкий ассортимент игр. Очень популярны догонялки с некроморфами, лотерея «выиграй бесконечную энергию», а также головоломка «собери их всех». Но акция «возвращение старых друзей» неизменно пользовалась спросом во все времена, и теперь Ковенанту нужно было каким-то образом в эту игру выиграть, при этом не спровоцировав службу безопасности казино.
— У меня есть одна идея по этому поводу, — сказал Нотар. — Я тут поговорил с Граприсом, и мы пришли к одним и тем же выводам. Это весьма лестно для меня, так как Граприс очень умён. Он разбирается в звёздной политике, я же впервые увидел что-то кроме своего города меньше месяца назад.
— И что же это за выводы? — заинтересовался Ричард.
— Мы задались вопросами — кто такой Джон Картер и зачем он понадобился Турии? На первый вопрос ответить было нетрудно, спасибо результатам проверки Дэйр-Ринг. Скорее всего, он бывший агент Жрецов-Королей. Только они в современной Солнечной системе умеют усовершенствовать плоть настолько изощрённо. Он мог быть на Джасуме в отставке, в отпуске, в изгнании, или же выполнять миссию под глубоким прикрытием как спящий агент, то есть сам не знать о своём задании. Так или иначе, чем-то из своей прошлой деятельности он, видимо, привлёк внимание другой стороны, и Луна решила, что этот агент вполне подходит и для её целей. Мы полагаем, что эти цели связаны с тем самым нарушением баланса, которое произойдёт примерно через век.
— Картер должен выступить в роли прогрессора, который подготовит Барсум к этому апокалипсису, — вмешался Граприс. — С его набором аугментаций и многовековым опытом фехтовальщика он вполне может стать лучшим воином на Марсе. В то же время, сам он считает себя землянином — то есть он привык не вести войны, а выигрывать их. Он ориентирован на результат, а не на процесс. Добавим сюда специфическое барсумское понимание доблести — хорошему воину здесь готовы простить очень много. Вместе этого может оказаться достаточно, чтобы изменить расклад сил между марсианскими супердержавами.
— Но ведь заранее неизвестно, к какой из фракций попаданец присоединится, — возразила Дэйр-Ринг. — Это всё равно, что кинуть заточенный камень в середину стаи дерущихся обезьян. Его может подхватить любая. Или вы полагаете, ему заодно прописали и подсознательную программу, за кого сражаться?