— Жнецы попались, а я не попадусь, — покачал головой Ричард. — Потому что, во-первых, Жнецы испытывали чрезмерный пиетет в отношении наследия Предшественников, а я на них чихать хотел. А во-вторых, Жнецы совершенно не разбирались в многомерной физике, а я изучаю её веками.
— Ты же ещё авантюру с захватом планеты не закончил! Хочешь воевать одновременно с Кровавыми Лунами и Жрецами-Королями?!
— Это разные вещи. Гор я хочу захватить ради себя. А Обелиск — ради вас.
Построить Красный Обелиск нетрудно. Кто угодно может построить Красный Обелиск. Кровавые Луны хотят, чтобы разумные существа строили Красные Обелиски — и для этого непрерывно транслируют их схему через Чёрные.
Проблема в том, чтобы, во-первых, остаться в здравом уме в процессе его создания, и во-вторых — не быть сожранным толпой мертвецов в процессе.
Спартанцы переглянулись.
— Ма-Алефа-Ак, — сказала Дейзи-023, - у нас есть предложение получше. Мы останемся в ловушках у Охотника, будем выполнять все твои задания, воплощаясь в шогготах, сколько понадобится, и никогда не попытаемся обрести настоящие тела. Когда же он вернётся в своё время, мы без сопротивления последуем на его планету и уснём навсегда в коллекции. Взамен мы требуем только одного — чтобы ты не пытался экспериментировать с Обелисками.
— И это наше слово, — подтвердили остальные участники беседы.
— Но не моё, — отрезал Джаффа Шторм. — Я, в отличие от вас, ребята, не герой. И если для освобождения от кабалы Охотника надо сыграть в опасную игру — валяйте, ребята, начинайте. Я уже один раз спёр несколько древних страшных тайн. Мне не привыкать к такому риску.
— Ты один, — возразила Кассандра. — А нас полторы сотни. Как ты думаешь, кто ценнее для Охотника и для Алефа?
— Да, я один, но я, в отличие от вас, умею не только морды бить. Возможно, для Охотника моя душа не так ценна, как все ваши, но здесь и сейчас мои мозги полезнее, чем полторы сотни головорезов. Без меня и Нотара Гор не взять. А Нотар меня поддержит.
— Послушайте, — попытался примирить их Ричард, — если я буду проводить опыт на другом конце Галактики, я рискую только собой. Даже если я ошибусь в расчётах и стану некроморфом — вам-то это ничем не угрожает.
— Если бы речь шла о том, чтобы использовать Обелиск один раз и убраться от него подальше — как мы, собственно, планировали — это было бы так. Но ты хочешь использовать его постоянно. Хочешь привести его в Ковенант. А опасность не станет меньше через тысячу или миллион лет. Луны умеют ждать.
— А если я не приведу его в Ковенант? Если он останется в тайном убежище на необитаемой планете?
— А как ты тогда собираешься его использовать?
Ричард рассказал.
Спустя семьдесят дней Зоданга пала. Картер командовал штурмом, но не захотел стать наместником захваченных территорий, так что падение конкурирующей империи вышло по-барсумски мягким. В бою, как заведено, погибло три четверти мужского населения города, но это пустяки, дело житейское. Главное, что административные и производственные структуры остались в полном порядке, дома, женщин, детей и инкубаторы с яйцами никто не трогал. Тан Косис остался её правителем, но был понижен с джеддака до джеда. Город стал вассалом Гелиума и обязался платить ему дань, как товарами, так и воинами. А подчинённые Зоданге города и деревни сменили сюзерена и того легче, вообще не заметив разницы.
Дея Торис, всё ещё с некоторым сомнением, но обещала Картеру руку и сердце, признав, что второго такого героя на всём Барсуме нет. Молодые люди были помолвлены, но сама свадьба откладывалась на неопределённый «испытательный» срок. «Я тебя поцелую. Потом. Если захочешь».
Гор и Жрецов-Королей на время оставили в покое (если не считать того, что во всех человеческих городах планеты начали бесследно пропадать рабыни). Секрет сыворотки бессмертия для Гродда нашёлся гораздо ближе — на Венере, которую её аборигены называли в эту эпоху Амтор. Местные врачи гораздо лучше знали теорию клеточной биологии, чем горианские, работавшие в основном «методом тыка». Приспособить сыворотку для иного биологического вида им не составило труда. Правда, они поначалу отказались работать на «чужеродное чудовище», увидев биологические характеристики организма джиралханай.
— Если такой твари не существует в природе, то это глупый розыгрыш, а если она действительно живёт и мыслит, то слишком ужасна, чтобы давать ей ещё и бессмертие, — заявил один из врачей.