— Таким образом, если мы откроем тайну существования Ковенанта правильным моргорам из Корпуса Разведки — до императора она может и не дойти. Либо дойти в сильно искажённом виде — именно в таком, какой нам и нужен. «Явились гости из другой звёздной системы, немногочисленные, но с очень развитыми технологиями, которые подмяли курий под себя. Ссориться с этими гостями не стоит, немедленной опасности они не представляют — если их не спровоцировать». Поверьте, в правильной подаче информации начальству лорд-маршал разбирается гораздо лучше нас.
— В этом я не сомневаюсь, но с какой стати он станет искажать информацию так, как выгодно нам? — поинтересовалась Дэйр-Ринг.
— Разведчики куда менее ксенофобичны, чем жители метрополии. Им это по работе необходимо — уметь договариваться с ксеносами.
— Допустим, но что мы сможем им такого предложить?
— Просто возьмите парочку наиболее достойных доверия и устройте им экскурсию куда-нибудь за пределы Солнечной системы. Вернутся они шёлковыми. Потому что цивилизация, которая владеет сверхсветовым движением — это не та цивилизация, с которой стоит ссориться, если ты сам таким движением не владеешь. Они не знают, какие силы у нас в других системах, и вряд ли горят желанием это проверять. А главное, если о существовании у нас таких двигателей узнает император — он душу из разведчиков вытащит с требованием принести ему образец. Корпус окажется между двух огней, а им это совсем не нужно.
План сработал процентов на восемьдесят. Агенты Юпитера, получив соответствующий урок, согласились не лезть к Ковенанту напрямую, а также признали, что сохранение его существования в тайне от столицы — в общих интересах. Однако они не прекратили диверсионно-разведывательную деятельность на планетах Солнечной в целом — даже в тех областях, где она пересекалась с планами Ковенанта. Подумав, кови решили, что этого достаточно — во всяком случае, на первое время, большего они и не могли требовать — Корпус должен был окупать своё существование. Если бы он вообще свернул работу на каких-то планетах, или начал «итальянскую забастовку» — император мог отозвать его на Гор-2 в полном составе для разбирательства.
Гродд, получив своё вожделенное бессмертие, утратил интерес к Гору-1. Теперь он был занят только интеграцией курий в свою часть Ковенанта. Притихли и лотарцы, получив в своё распоряжение вожделенных красоток из космоса. Правда, горианские рабыни оказались отнюдь не такими покорными, как утверждала горианская же пропаганда. Нет, некоторые были запуганы до такой степени, что готовы были подчиняться любому существу с пенисом, но таких оказалось немного. Многие из них сочли, что лотарцы — «слабаки» и «не настоящие мужчины». Что над ними можно доминировать.
Некоторых лотарцев, кстати, это вполне устроило. После миллиона лет воздержания позволишь и плёткой себя отхлестать, лишь бы к телу допустили.
Другие смогли со временем добиться вполне равноправного и гармоничного союза, постепенно избавив доставшихся им девушек от привитых комплексов на тему доминирования-подчинения.
Третьи же… Скажем так, очень плохая мысль — провоцировать псайкера-телепата, подвергая сомнению его мужественность и заявляя, что он не сможет заставить вас что-то сделать. Сила мозга в таких делах намного страшнее, чем сила мускулов. Гродд уже доказал это куриям.
Ричарда, однако, больше заинтересовал не первый и не третий, а второй случай. По его расчётам, горианские мигранты должны быть попросту неспособны к равноправным отношениям. Уравнение антижизни не позволит. Они могут подчинять других, как первая категория, или подчиняться, как третья. Но не сотрудничать… если только стабилизационная сыворотка не вывелась из их тел в новых условиях.
Он попросил Нотара взять у нескольких девушек пробу крови. Нет, всё в порядке, бактерии «белого света» продолжали процветать… И тем не менее, психологические тесты показывали, что «горианский синдром» проходил. У кого-то медленнее, у кого-то быстрее, но примерно через десять марсианских лет от него должны были полностью избавиться все.
Естественно, такой феномен не мог не привлечь его внимания, и Ричард немедленно затребовал глубокое сканирование мозга. После чего долго бил себя кулаком по голове. Раньше надо было догадаться!