Робот-вертолёт, стартовав с корабля, висящего в атмосфере в противоположной точке планеты, доставил остальную компанию «железных рудокопов» к месту захоронения Обелиска. Робот-маркшейдер просканировал местность эхолокатором и распечатал программу действий на перфокартах. Робот-загрузчик ввёл эти карты в остальных роботов. Роботы-экскаваторы освободили Обелиск от грунта. Робот-подъёмный кран поднял его за верхушку и погрузил в робогрузовик…
Грузовик, правда, был странный. Подозрительно большой — сто с лишним метров в длину. Разумеется, в вертолёт такой монстр не влез бы — он приехал сам, громадные полые колёса были наполнены барсумским «восьмым лучом», который частично нейтрализовал его вес. И это при размерах грузового отсека всего в десяток метров — ровно столько, сколько необходимо, чтобы поместился Обелиск.
Потому что никакой это был не грузовик, а ещё один шедевр больной инженерной мысли Ричарда — передвижной портал пространства скольжения с прикреплённым к нему генератором квантового поля.
Погружённый в это поле Обелиск оказался полностью отрезан от Эмпирея! Ирония ситуации состояла в том, что геометрически он как раз в Эмпирее и находился — но пространство непосредственно вокруг него имело свойства Материума и только Материума, безо всяких надстроек. «Космос мечты» был буквально в двух шагах — в десятке метров, за границей поля — но для Обелиска это было всё равно, что в световых годах. Ну не было у бедного артефакта ни ног, ни рук, ни щупалец, чтобы дотянуться до вожделенного моря силы! Запертый в карманном трёхмерном пространстве, он стал самым обычным (пусть даже очень умным и красивым) булыжником. Он больше не мог влиять на чей-либо разум, не мог вызывать мутации, не мог создавать эмпирейные штормы, не мог черпать почти бесконечную энергию от Кровавых Лун по всей галактике и обмениваться с ними информацией.
Что он вообще мог? Только отвечать на вопросы. Обелиск был многомерной антенной и базой данных. Функция антенны отключена, осталась только база. Очень неполная, так как многие сведения в памяти Обелиска были не архивами а «гиперссылками» на многомерные «облачные» вычисления. Но кое-что он помнил и сам. И готов был этим поделиться — он собственно для этого и был создан, чтобы распространять информацию.
А вопросов у Ричарда было очень много…
На Барсуме тем временем прогресс, подстёгнутый кризисом, набирал обороты. Джон Картер, вспомнив некоторый опыт своей родной планеты, изобрёл переносные кислородные аппараты. Вернее, Картер только предложил идею, он всё-таки был воином, а не учёным. Реализовали её конструкторы Гелиума, но вскоре на вооружение взяли все остальные нации Барсума и наладили массовый выпуск. Изобретатели из Зоданги Гар Нал и Фал Сивас наперебой предложили Тану Косису свои разработки закрытых флаеров с автономными системами жизнеобеспечения — и это тоже быстро вошло в массовое употребление.
Сочетание этих технологий позволило… не то, чтобы отменить Великий Сон, но сделать его более приемлемым и безопасным. В ледники и холодильники теперь укладывались только женщины и слабые воины. Лучшие бойцы и лётчики оставались бодрствовать, охраняя их. Уровень доверия марсианских государств друг к другу и готовность сотрудничать сразу подскочили на несколько пунктов — теперь, в случае нарушения перемирия соседом, можно было и отбиться.
По прогнозам, через полтора марсианских года после катастрофы всё должно было более-менее улечься — как в прямом, так и в переносном смысле.
Не мог не воспользоваться ситуацией Гродд. От имени народа курий он предложил убежище на Стальных Мирах примерно миллиону зелёных барсумцев. Конечно, они были слабаками — в физическом смысле. Любой джиралханай или курия заломал бы их одной левой, а при земной тяжести они вообще становились бесполезны… но скорость воспроизводства с лихвой компенсировала эти недостатки. Если джиралханай были прекрасными штурмовиками, а из курий получались отличные рейнджеры, то зелёные были идеальным пушечным мясом — дешёвым, быстро созревающим, не жалеющим ни себя, ни других. Этим они выгодно отличались от унггой, которые плодились почти так же быстро, но желанием помирать за Ковенант отнюдь не горели. Вдобавок, шесть длинных конечностей, каждую из которых можно было использовать для хватания, в сочетании с обзором на 360 градусов делали из них идеальных работников и бойцов для невесомости. А высадки на тяжёлые планеты… что ж, экзоскелеты и антигравитационные ранцы никто не отменял.