Проблема была в том же, в чём и преимущество. Она была Александрией. Защитницей людей. В отличие от Софии и Костепилки, она не была садисткой. И даже просто игнорировать чужие страдания не могла. Да, работая в Триумвирате она совершила много такого, что нормальные люди и паралюди линчевали бы её, если бы узнали. Работа такая. Но это хотя бы ради высшего блага, ради спасения человечества! А здесь она каждый день наблюдала вокруг подлость и насилие, которые не служили ничему — кроме удовлетворения комплексов «хозяев». И невозможность помочь каждому, точнее каждой — бесила её со дня на день всё больше. Внутри накапливался заряд гнева, который рано или поздно должен был взорваться.
Взрыв мог бы принять одну из двух форм — или у Ребекки произойдёт «второй триггер» под влиянием накопившихся эмоций, который превратит её в нечто ещё более кошмарное, или она плюнет на сверхспособности, перережет глотки охранникам, сбежит и начнёт убивать рабовладельцев как обычный человек. Очень злой обычный человек, владеющий десятком боевых искусств. Рано или поздно, конечно, её выследят и убьют, но до тех пор имя Женщины-Один-Удар станет кошмаром этого города. А может и не только этого.
Самое мерзкое, что будучи отличным психологом и умнейшим человеком на Горе, а также зная себя, Ребекка прекрасно понимала неизбежность подобного исхода. И трудно даже сказать, какого из двух вариантов она хотела — или боялась — больше. Первый, впрочем, крайне маловероятен — она всерьёз думала о нём только тогда, когда переставала быть Умником.
Она могла бы воспитать в себе высокомерие и равнодушие, научиться воспринимать чужие несчастья, как возню муравьёв под ногами. Останемся гуманными, всех простим и будем спокойны, как боги. Пусть они режут и оскверняют, мы будем спокойны, как боги. Богам спешить некуда, у них впереди вечность…
Вот только не будет ли от равнодушного к чужим страданиям сверхчеловека ещё больше вреда, чем от сверхчеловека в ярости?
Но однажды в конюшни, где содержались гладиаторы, вошёл высокий темнокожий мужчина.
— Меня зовут Джаффа Шторм, — представился он. — Я видел, как сражалась эта рабыня сегодня днём. И я хочу купить её на ночь. Пора показать девчонке, что такое настоящий мужчина, а то она от недотраха скоро и на свободных людей начнёт кидаться.
— Я. Хочу. Сделать. Это. Прямо. Сейчас, — отчеканила Александрия, испытующе глядя на своего нового хозяина. — Ты запретишь мне это делать?
Шторм, конечно, был для неё настоящим спасителем. Но только по сравнению с горианскими перспективами. Если бы она встретила его в любом другом мире, то не доверяла бы ему. До сих пор этот тип вёл себя вполне по-джентльменски — что на Горе было недопустимой роскошью. Но в его манерах, взглядах, движениях ощущалось что-то бандитское. Хватка крупного хищника — сейчас сонного и ленивого, но способного в любой момент подпрыгнуть и вцепиться в глотку. Живи он на Земле Бет, наверняка бы стал суперзлодеем, причём не мелким бандитом-одиночкой, а из тех, что держат в кулаке целые города. А на Горе — поднялся бы до убара, никак не меньше. В нём чувствовалось умение и желание использовать других людей в своих целях. И очень доходчиво объяснить тем, кто использованными быть не желают, где конкретно он видел их желания.
— Нет, — покачал головой Джаффа. — Запрещать не стану. Но я бы очень рекомендовал тебе подождать.
— Я ждала полгода! Я бы вытерпела то, что они делали со мной — но то, что делали с другими… Ты понимаешь, что там прямо сейчас, каждую минуту кого-то насилуют, избивают, клеймят раскалённым железом, ЛОМАЮТ?! Или может, тебе это в каком-то смысле даже нравится?
Она понимала, что ведёт себя как стереотипная истеричная и вздорная девица. Вместо того, чтобы расцеловать спасителя и подумать, как лучше его отблагодарить — кидается с обвинениями. Но обстоятельства её отчасти извиняли — чёртова сила снова перестала работать и по мозгам били гормоны, усиленные этой проклятой сывороткой. Всё, что она сдерживала в себе всё это время.
— Именно поэтому тебе и стоит подождать. Не спорю, сломать систему ты можешь запросто. Просто полететь и убить всех рабовладельцев. И что дальше? Их место просто займут рабовладельцы рангом ниже. Собираешься перебить не только актуальных, но и всех потенциальных рабовладельцев?
— Если и собираюсь, то что?
— Да ничего, — пожал плечами Шторм. — Только тебе придётся прикончить всех горианских мужчин и процентов семьдесят женщин. Они ничего здесь не умеют, кроме как подчинять и подчиняться. А те процентов тридцать, что выживут после твоей зачистки, умеют ТОЛЬКО подчиняться, властвовать в силу особенностей характера они не способны. Станешь их хозяйкой сама? Живой богиней? А что, тебе пойдёт… или бросишь их помирать от голода?