- Я сейчас тебе покажу ярость, я сейчас тебе покажу эмоции! – ещё больше разозлился дед, отбросил картину и ринулся на человека во фраке. Тот отбежал в сторону:
- Ну вот, другое дело! Получилось же! Умеешь ведь! Ещё несколько репетиций и всё идеально будет.
Дед ринулся в сторону клоунов, но те, проворно отбежали и лишь замешкавшему человеку-обезьяне он успел отвесить пинок.
- На сегодня хватит, все свободны, благодарю за отличную работу. Пожалуй, нам пора. – Объявил конферансье.
- Ага, валите! И носилки свои забирайте! – Крикнул дед.
Один из клоунов подбежал, ухватил брошенные носилки и потащил их прочь. Уже подходя к кулисам, конферансье нарочно театрально громко выговаривал человеку-обезьяне:
- И чего ты так быстро ожил, из-за тебя сегодня завершаемся раньше времени!
Человек-обезьяна так же, театральными жестами разводил руки в стороны и потирал ушибленное пинком деда место.
А дед уже вернулся назад, снова уселся на крутящийся стул и оценивающе заметил:
- Они, конечно, придурки, но придурки хитрожопые.
Художник подобрал брошенную дедом картину и начал детальный её осмотр на предмет повреждений. Дед ему крикнул:
- Эй ты, в соавторы возьмёшь?
На это он получил укоризненный взгляд и ответ в виде демонстративно сильного удара молотком по металлическому фрагменту одного из насильников сабинянок.
- Вечный город, вечный город, - бурчал художник себе под нос, возвращаясь назад, - а любому вечному городу нужно население, что этому, что тому.
Он неожиданно остановился в паре шагах от спецкора и стал пристально на него смотреть. От широко раскрытых устремлённых в его сторону глаз спецкору стало не по себе.
- А что это на губе у вас? – Наконец подал голос художник.
Корреспондент промолчал. Но художнику и не нужен был его ответ. Он решительно произнёс
- Я напишу это, я создам картину с этим символом. Я знаю, что мне надо сделать!
- Иди уже, Пикассо, куда шёл. – Показал ему направление движения дед.
Отчего-то спецкору вспомнилась его утренняя идея, и он спросил деда:
- А вы как сюда попали?
- По блату. – Ответил дед. – Здесь всё по блату.
- То есть? – Уточнил корреспондент.
- То есть мой ученик увидел, что я на заводе загибаюсь и определил меня сюда. Место не пыльное, работы нет. Я бы и на заводе не работал, но там жёстко всё, не пофилонишь.
Хотя спецкор спрашивал совсем про другое и ответ его не устроил, но он не удержался от вопроса не по теме:
- Вы учитель?
- Ага, уголовно-криминальных наук.
Корреспондент непринуждённо усмехнулся, а дед рявкнул:
- Ты чего лыбишься?
- Ничего. Я вообще имел в виду совсем другое, то есть расскажите, как вы в город попали.
- А тебе оно зачем надо? – Услышал корреспондент ещё более суровым тоном произнесённые слова.
- Интересно просто.
Дед направил на него ствол ружья:
- Карманы выворачивай!
Корреспондент сглотнул слюну от такого неожиданного оборота:
- Чего?
- Карманы выворачивай. – Все таким же железным тоном повторил дед.
Корреспондент вывернул карманы брюк – всё равно они были пустые.
- И карманы куртки тоже, внутренние давай. Так, что это? Ксива? Подай сюда! Специальный корреспондент, значит. Газета «Странник по Вселенной». Это тебе больше не понадобится. – Дед выкинул удостоверение спецкора в расщелину.
- Эй, что вы творите! Пожалуюсь на такое обращение!
- Цыц! – Прикрикнул дед. – Что, пустой? Выходит, не врал, что курева нет.