Далее следовала овощная линия. Работники вытягивали из громадных тазов пластиковые заготовки картофелин, обклеивали их особой плёнкой, имитирующей кожуру и опрыскивали диффузирующим веществом, придающим необходимый вкус и запах. Притом, здесь производилось несколько сортов картофеля, их названия были обозначены на тюбиках с веществами – «американка», «лимонка» и «синеглазка». Яблоки клеили из папье-маше, раскрашивая вручную пропитывающими вкусовыми растворами, а вот огурцы и помидоры доставали из ящиков уже готовой формы, похожими на натуральные. Их требовалось лишь только разогреть, чтобы пластик был не слишком твёрдым для зубов потребителей и принял привычный глазу цвет.
В отдельном закутке производили яйца. Из форм вынимались отлитые из расплавленного песка половинки скорлупы, которые соединяли между собой при помощи особого клея. Затем, в специально оставленное отверстие заливали желеобразную массу, отверстие заделывали, яйцо несколько раз встряхивалось и на нём ставился штамп «ОТК № 5». В следующем отсеке работники засыпали в громадный чан из мешков какие-то разноцветные сыпучие вещества. После этого туда же добавили некую жидкость кремового цвета, помешивая её по ходу заливки. Когда чан был заполнен, снизу открыли небольшой краник и последовательно подставляемые формы заполнили получившейся смесью. Как понял корреспондент, это был кондитерский цех.
Далее, по ходу движения, корреспондент оказался в цехе по производству майонеза, кетчупа и прочих приправ. Но не процесс изготовления продуктов привлёк его внимание, а фрагмент рабочего диалога. Руководитель цеха, придерживая за руку одну из своих работниц, убедительно ей что-то доказывал.
- Оставайся после смены ещё на четыре часа и возможно, - руководитель поднял указательный палец вверх, - слышишь, возможно, я тебе дам вылизать один горшок.
Корреспондент не узнал, чем закончился диалог. К нему обратился его коренастый спутник:
- Пожалуйте в отдельный кабинетик. Милости просим за столик.
На дверях кабинета висела вывеска «ДЕГУСТАТОРСКАЯ». Слово было составлено из неровно приклеенных букв, вырезанных из фольги. Сам кабинет представлял собой каморку со столом и парой кресел с высокими спинками. Также там находилось окошко для выдачи пищи, небольшая настенная панель управления, швабра с ведром и тележка, сокрытая покрывалом.
- Будьте добры, присаживайтесь. Я сегодня буду вашим официантом. – Лебезил услужливый коротышка в поварском колпаке.
Спецкор сел на одно из кресел, то, которое было обращено к окошку выдачи, и внезапно в то же мгновение его руки и ноги оказались в кандалах, а голова зажата двумя тисками, сжимающими виски с обеих сторон.
- Не извольте беспокоиться. – Опередил его крик возмущения самоназванный официант. – Я обслужу вас по полной программе и должным образом.
Человек в колпаке оставался в той же мере приветливым, каким был и ранее, и это теперь беспокоило корреспондента. Но едва он открыл рот для выражения недовольства, как официант, которому, кстати сказать, из-за его роста было сподручнее обращаться как раз с сидячими клиентами, засунул туда пластиковую воронку, а на шею повязал губчатый слюнявчик.
- В связи с тем, что следующая неделя у нас объявлена неделей французской кухни, то мы отведаем, в первую очередь, одно из блюд, сваренных по французскому рецепту. И это не знаменитые лягушачьи лапки, как вы подумали, а, - официант набрал воздуха в рот и произнёс торжественным голосом, - луковый крем-суп!