- В темноте не видно же ни черта, вот скажи, куда здесь ногу ставить? – Чуть позже, при переноске первой за день глыбы, корреспондент пожаловался 935-му.
- Это ты с непривычки. Скоро приспособишься. – Услышал он ободряющий голос сзади.
- Если ко всему этому можно приспособиться. – Неожиданно для себя резко отреагировал спецкор. – Здесь жуткие эксперименты на людях проводят, заставляют жить в нечеловеческих условиях. Власти продали нас кучке инопланетян в рабство, спасая свою шкуру. А мы так и сгниём окончательно.
- Да что ты такое говоришь! И как у тебя язык поворачивается так нагло врать! – Чувственно возразил ему сзади 935-й. – Да ты хоть представляешь себе, что такое нечеловеческие условия?! Ты что, ходишь голодным, раздетым, побираешься по мусоркам? Я что-то этого не вижу. У нас сейчас, чтобы ты знал, так, на всякий случай, самое человечное отношение власти к простым людям за всю историю цивилизации. Разве власть нам не обеспечивает безопасность от всяких там кибертеррористов? Разве не даёт приют над головой, не предоставляет рабочие места! Нет очередей за продуктами, нет нехватки этих самый продуктов. Жри себе – не хочу! А ты знаешь о планах на будущее? Нихрена не знаешь, о том, что обещают в ближайшие десятилетия ввести восьмичасовой рабочий день для тех, кто достиг пенсионного возраста. А недавнее снижение подоходного налога на три десятых процента это тебе как, жуткий эксперимент? Скоро будут раз в два года бесплатно выдавать колбасу. Уже три месяца в нашем округе никто не умирал от голода! Всем гарантирован доступ к бесплатной медицине, а многие виды медицинской помощи, например, удаление зубов и аппендицита, стали вообще превентивными, чего не было никогда. Да, мы живём в условиях сложной международной обстановки, многого не хватает, экономика пока что на спаде, опять же, санкции и репарации. Поэтому и введены такие меры, не от хорошей жизни они взялись. Но нечего беситься от жира! Зачем нам постоянное цветное зрение, что мы такого нового увидим, а полная гамма вкуса ведёт к пресыщению и утрате удовольствия от еды. Зачем нам музыкальный слух, если музыки здесь нет? Но вот ещё что я хочу сказать напоследок: прежде чем что-то требовать от властей, мы должны задать самим себе вопрос: а что делаем мы? Каков наш вклад? По сути, мы слишком уж многое получаем авансом! Я вообще думаю так - сначала что-то сделай для государства, а потом уже требуй от него всяческих благ для себя!
Услышав такую гневную отповедь, спецкор потерял всякий интерес к спору и лишь заметил:
- Вот я и вижу, как ты приносишь пользу, таская туда и обратно каменные глыбы.
- Да, это моя работа! – Гордо заявил 935-й. – И мне она нравится! Думаешь, почему я здесь так долго нахожусь? Потому что я нашёл своё место. Если начальство даёт указание что-либо делать, то мы должны это делать, а не обсуждать. Обсуждением многого не добьёшься, притом сверху к нашему мнению не очень то прислушиваются. Что абсолютно правильно, потому что им, наверху лучше знать, что делать и как. Сказали переносить камни – значит надо переносить камни туда, куда укажут, а не куда тебе захочется.
Спецкор понял, что спорить со своим напарником бесполезно. Притом, его посетила надежда на то, что 935-й обидится и перестанет с ним много разговаривать. Но обида 935-го выразилась совсем иным способом.
Во время обеда имплант выдал оповещение о том, что за критику действующей власти, государственного строя и отдельных политических решений, по совокупности статей, подразумевающих государственную измену, призывы к подрыву основ конституционного строя, террористическую агитацию и прочие, более мелкие правонарушения, спецкору присуждается 1,5-летняя отработка на исправительной каторге по окончанию срока участия в эксперименте. Также, ему назначается 35 штрафных баллов, он лишается половины заработной платы за текущий месяц, притом половина суммы штрафа остаётся в государственной казне, а вторая половина переходит к 935-му за вовремя проявленную бдительность, выражение лояльности ко власти и пресечение вражеской пропаганды. К тому же, в виде особого наказания, спецкор поражается опоясывающим лишаём, пиодермитом голени левой ноги и типуном на язык на неопределённый срок.