Дождь давно закончился, спала и духота, а Эдди все думал, размышлял и гадал, пытаясь найти хоть какие-то решения. Трудно сказать до чего бы дошли его размышления если бы не грозный и яростный рев большой кошки где-то впереди километров в двух отсюда. Тигр даже вздрогнул от неожиданности, настолько свирепым был этот рев. Рычал леопард или некрупный ягуар, Эдди напряг слуг стараясь не упустить деталей и возможного места происходящего. Ибо сразу за этим рыком последовал еще один смешавшийся с истерическими воплями и визгами обезьян, буквально на миг все стихло затем последовало с новой силой. И крики обезьян, и рычание кошки все смешалось в один непрекращающийся гамм и вой. Для Эдди было очевидно, там впереди группа обезьян, судя по голосам шимпанзе, напали на пятнистую кошку. Первой же мыслю тигра было немедленно броситься на шум битвы, однако вспомнив, что это может быть один из тех пятнистых котов, что атаковал его, да и шимпанзе также могут быть разумны, он, лишь вслушиваясь в крики определив место шума, не спеша и осторожно потрусил туда. Весь переполох длился минуты две или три, и стих также внезапно, как и начался, но этого было достаточно чтобы определить нужное место происходившего. Там внизу у ближней балки явно случилось нечто страшное и в тоже время необычное. Эдди двигался к этому месту с повышенной осторожностью, выбирая наиболее густые участки, обходил открытые места, часто останавливаясь чтобы прислушаться и осмотреться. Минут через двадцать уже подойдя достаточно близко к предполагаемому месту, Эдди внезапно замер, напрягся, ибо сильный запах свежей крови буквально ударил в его нос. Несколько секунд спустя он уже осматривал, изучал место недавней трагедии. Все пространств у большого дерева было буквально залито и забрызгано кровью, вперемешку с купой взрыхленных листьев, клочьев шерсти, кусков пятнистой шкуры, и гроздьями окровавленных внутренностей. Место выглядело ужасно, по следам когтей на окровавленном стволе дерева, сломанным веткам, представлялась первичная картина побоища. Большой леопард, застигнутый врасплох группой шимпанзе, вначале попытался укрыться на дереве, но обезьяны в безумной ярости достали его и там. Стянули, а может, сбросили вниз где довольно быстро буквально разорвали его на части. Однако более детальное исследование выявило некоторые странности в этой бойне. Шимпанзе было пять или шесть, и кроме пятнистой шкуры и шерсти в обилии была и обезьянья темно-коричневая шерсть, вперемешку с темно серой, кроме того крови, а главное разбросанных внутренностей было больше чем имелось у одного леопарда. Это указывало только на одно, что леопард не сдался без боя, и успел выпотрошить как минимум одну обезьяну. Кроме того, что было особенно удивительно ни тела разорванного леопард или убитой обезьяны поблизости не было. Словно их нарочно тут же утащили, убрали, спрятали, но зачем? Этот вопрос и появившийся на него ответ, заставили тигра прижаться к земле и отступить в лучшее укрытие. Ответ, рождаемый логикой, был прост, обезьяны были не дикими, а также разумны, поэтому и забрали своего погибшего друга возможно и раненных и тело леопарда как трофей, причем заранее выпотрошив его, дабы облегчить ношу.
– Куда же я попал, и что ту твориться? – сам себя спрашивал Эдди. И если эти шимпанзе так ненавидят леопардов где гарантия, что подобных чувств они не испытывают к тиграм. А если тут есть разумные шимпанзе, то почему бы не быть и разумных горилл. И в этом случае с пятью и более гориллами настроенных к тиграм также враждебно мне лучше не встречаться. А как же Ваня если он тоже тут вмести с ними, что же тогда. Нет нужно максимум осторожности, и внимания, а еще лучше искать на время отдыха хорошие пещерки и подобные им укрытия. Вот черт, а я как назло снова хочу есть.
Именно с такими мыслями и рассуждениями Эдди затаился в переплетении ветвей папоротников и лиан метрах в десяти от места битвы, в надежде, что кто-то еще может прийти сюда полюбопытствовать. Однако прошло минут двадцать, затем еще полчаса, сумерки все сильнее окутывали джунгли, а некто не появлялся. В конце концов уже в густой темноте тигр покинул место трагедии сам ушел на поиски еды и подходящего убежища. Несколько часов поисков не дали результата, и усевшись у ствола большой пальмы Эдди стал обдумывать свои дальнейшие действия. Мыслей было более чем достаточно и главная, вызывающая массу вопросов, особенно не давала ему покоя. Где он и куда попал. И если описывать все те чувства и возникающие решения при попытке хоть как-то понять и прояснить эту ситуацию, то это выльется в отдельный немаленький рассказ. Достаточно сказать то, что он пробыл в таких размышлениях до утра, и только на восходе солнца несколько летучих мышей вернули его к реальности. Эти мелкие ночные хищницы возвращались с ночной охоты в свои пещеры на дневной отдых. Этот факт заставил Эдди отвлечься, он стал осматриваться, желая отыскать вход в возможную пещеру. Но вокруг казалось, были только монолитные скалы, поросшие буйным лесом. Однако метрах в пяти шести выше по склону прямо перед его носом виднелась небольшая трещина, достаточно широкая для летучих мышей, но слишком узкая для более крупных животных. Именно туда проскользнули запоздалые хищницы. Примечательным было другое, огромное дерево, росшее в нескольких метрах выше, видимо рухнув в недавнюю грозу, своим массивным стволом завалило более широкий вход в возможно не маленькую пещеру. От полного падения с места своего произрастания, дерево все еще удерживали глубоко врезавшиеся в скалы массивные корни. Не считая мелких, коих было множество, основную тяжесть держали три больших корня, один толщиной в человеческую ногу остальные вдвое тоньше. И стоило только разорвать их дерево непременно упало бы ниже открыв заваленный вход в возможную пещеру. Все эти подробности Эдди увидел, взобравшись по стволу на место где раньше был массивный ствол, а сейчас груда расколотых и вывороченных камней с все еще цепляющимися за них уцелевшими корнями. Осмотревшись с уступа, тигр прекрасно заметил удачное расположения заваленной пещеры. Отсюда неплохо просматривалась и идущая ниже тропа и удаленная чуть дальше и еще ниже большая река. Корни оказались прочнее чем выглядели внешне, и перегрызть их сильными тигриными челюстями оказалось не просто. Кроме того, выделяемый сок был отвратительным на вкус, и сильно раздражал язык и горло. Поэтому перегрызя два небольших, Эдди нестерпимо захотелось пить, бросив задуманное он поспешил к реке.