Сем при этих словах слегка покраснел, а Питер вовсю постарался сохранить невозмутимость.
- Ну а что было дальше как же вам удалось убежать и встретиться с Сан Санычем, как это все случилось? – сказал успокоившийся Сем. Да и еще интересно приходил ли кто-то к вам там из людей обслуживающего персонала ученых докторов тех, кто вас сделал такими.
Приходили конечно, хотя и мало, ко мне таких визитов было всего три. Большую часть времени они наблюдали за нами через скрытые камеры. Последний их визит я запомнил на всю жизнь. Эдди на секунду замолчал словно вспоминая детали, и продолжил. Запомнился своим цинизмом наглостью и самоуверенность. Их было пять человек все самодовольные, видимо успешной работой, чистенькие в белых халатах и с самоуверенными в своей безнаказанности лицами. У главного что-то вроде пульта в руках. Минут пять или десять он и еще один его помощник с удовольствием и восхищением распинались перед другими. Я не слышал, о чем они говорили, но было и так понятно, что обо мне и мне подобных и об экспериментальных успехах.
Затем все повернулись ко мне главный нажал кнопочку на пульте, и я стал прекрасно их слышать. Его голос с явным акцентом, гнусноватый, полностью соответствовал внешности, плешивый в очках хотя еще и не старый мужичек, с коротким телом и сморщенным лицом. Его прищуренные черный глазки почти ничего не выражали, только полный цинизм и сильную жажду кого угодно разрезать исследовать изучить, лишь бы добиться своей цели. Тогда он сверля меня своим взглядом самоуверенно сказал, мы знаем что ты нас слышишь и понимаешь, поэтому советую принять все как есть и не противиться нам. В частности, отвечай на вопросы, когда тебя будут спрашивать. И в это самый момент он, направив пульт на меня и снова нажал на кнопочку. Все это время я спокойно лежал, что называется в позе сфинкса, наблюдая за ними, но тут сильная боль пронзила мое горло особенно связки. И я, сообразив, что это боль его рук дел с ревом дикого тигра, но вперемешку с человеческими ругательствами бросился на стекло. Они видимо такого не ожидали, шарахнулись в сторону, хотя и прекрасно знали, что мне не разбить это стекло. Прейдя в себя их главный уже чуть на повышенных тонах затарахтел, ну ты успокойся это техническая необходимость и теперь ты сможешь говорить по-человечески. И я заговорил, и в тот момент очень много высказал и в его адрес, и в адрес всех тех, кто причастен в подобных издевательствах. В тот момент мной владела лишь ярость и гнев, и тресни тогда стекло я б непременно разорвал их, и его в особенности. Сейчас понимаю, что это была ошибка, помешавшая мне побольше узнать о том где я нахожусь почему это со мной сделали и многое другое, что возможно помогло бы потом во время побега. Хотя, впрочем, скорее всего, ничего подобного мне никто и не сказал бы. Сейчас это уже не важно.
А еще через три дня мы так сказать все дружною толпой были на свободе. Сейчас трудно сказать, что именно у них случилось, в тот момент, когда появилась возможность бежать об этом никто и не думал. Но скорее всего их подвели все эти супертехнологии и электроника. Клетка открывалась с помощью подъема того самого пуленепробиваемого стекла, и работала от магнитных замков. Как и все в их ней лаборатории требовало немалого электричества. А в его отсутствии все эти магнитные замки были легко открываемые. Вот именно таким отсутствием электричества воспользовались на нижнем этаже большой медведь орангутанг и крупный павиан. Сейчас думая о всех деталях, которые в совокупности способствовали нашему успешному побегу, невольно понимаешь, что было много счастливых случайностей который сошлись одновременно в одно время. Отсутствие электричества, ночное предрассветное время, когда особенно сильно точиться спать, ограниченно число охраны. Почему-то открытый главный вход и многие другие двери, которые помимо магнитных замков имели и обычные механические.
Я спал, как вдруг сильный человеческий крик затем рев медведя, мгновенно разбудили меня. Дверь ведущая на наш этаж буквально разлетелось от влетевшего окровавленного человеческого тела. Также быстро появился большой бурый медведь за ним орангутанг. Оба в крови, без колебаний подскочили к какому-то шкафчику. Медведь в ярости одним ударом лапы снес его, вторым ударом порвал провода, на которых он повис. Орангутанг подскочил к клетке к тигру ухватив цепкими длинными пальцами небольшие выступу внизу на защитном стекле с некоторым усилием поднял его вверх освобождая Эдди. В следующее мгновение он также быстро открыл клетки Влада и Вани. Сопя от волнения и напряжения, но не говоря ни слова Орангутанг, а за ним и Медведь кинулись в коридор и дальше к лестнице, ведущей вверх на следующий этаж. Эдди Ваня и Влад в полном изумлении и волнении покосившись на труп человека поняли, что лучше им больше не оставаться здесь, поспешили за этой троицей. Там их уже ждал большой павиан, который правда сам не решался ворваться к следующим клеткам. Так как в это мгновение всю экспериментальную станцию огласила дикая сирена, сообщающая о нарушении безопасности. Этот вой смешался с криками и бранью человека, затем еще одного. За дверью раздался выстрел, павиан с воплем отскочил от разбившегося пулей стекла. В это время стервенея от ярости появился медведь, сирена, его жуткий рев, выстрелы, звон стекол и треск ломающихся дверей все смешалось в одно целое. Медведь, а за ним орангутанг и павиан, не думая, что их могут застрелить буквально влетели на третий этаж, человек успел выстрелить еще только один раз, прежде чем медвежья лапа буквально размножила ему голову. Пуля лишь пробила медведю левую лапу не зацепив кости, и только придала ему еще больше ярости. Освободив еще троих под опытных, шимпанзе, барибала и ягуара они все уж в вдевятером кинулись к выходу. Впопыхах и всеобщей суматохе никто и не обратил внимания как Шимпанзе что-то шепнув на ухо орангутангу уже вмести с ним проскользнули в еще одну на этот раз открытую дверь, ведущую в дополнительное помещение. Буквально мгновение спустя они появились с еще тремя подопытными, двое из которых также были Шимпанзе третий большой павиан. Медведи уже доламывали последнюю дверь, ведущую во двор на улицу, на свободу. Увлеченные и пылающие от ярости они едва не поплатились своей новой жизни. Несмотря на ограниченное число охраны внутри, снаружи тем не менее охрана уже была в полном вооружение. По периметру пятиметрового забора, увенчанного еще рядом колючей проволоки, стояли три десятиметровых смотровых вышек. На них то и располагалась главная оборона всей базы. За большими прожекторами находилось два охранника вооруженные серьезным пулеметом и парочкой автоматов. По двору носились штук шесть огромных охранных псов, своим лаем порой, заглушая сирену. Именно эти пулеметчики не давали высунуться в буквальном смысли озверевших Медведей и всем другим также. Гризли ревел от ярости и беспомощности оглядывая все вокруг в поисках другого выхода. В этот самый момент дрожа от волнения и злости последние из освобожденных Шимпанзе схватив третьего своего собрата потащили его назад к тому помещению откуда минуту назад сами появились. Павиан находившийся с ними видимо понял, что они затевают также поспешил туда. Наступила какая-то зловещая передышка, словно временное затишье, хотя и сирена, и лай собак не смолкали не на секунду, затишье перед очередной атакой, боем, прорывом. Эти пять или семь минут бездействия и ожидания, казалось, тянулись исключительно медленно. Эти зловещие мгновения разразили оглушительные выстрелы крики и вопли людей и визг обезьян. Ловкие Шимпанзе и неудержимые Павианы быстро сообразили, что вырваться во двор можно через окна из того крыла где их держали. Что собаки, что люди, увлеченные центральным выходом, не успели вовремя сообразить как пять быстрых шустрых а главное физически сильных и хорошо вооруженных обезьян уже скакали по их вышкам. Их было пять и только на одной вышки один из охранников успел вскинуть автомат и выстрелить, прежде чем, хоть и смертельно раненный Шимпанзе напоследок вцепился ему в горло скинув с вышки. Остальные были сброшены еще раньше, и хотя десятиметровой высоты было мало чтобы они разбились насмерть, тем не менее, прежде чем прийти в себя от падения и подняться на ноги они уже были атакованы обезьянами. Собаки было бросились на помощь людям, однако вырвавшиеся во двор медведи отвлекли их. И тут началась свирепая пляска, рассвирепевшие собаки пользуясь своей природной быстротой, относительно, Медведей по очереди подскакивали сзади со всей злостью хватая косолапых, то за зад то за икры пятки или бока. Шерсть полетела клочьями, от рева медведей особенно Гризли казалось повылетают стекла. Что Гризли что Барибал вертелись как волчок в ярости и беспомощности пытались схватить своих мучителей. Но собаки были быстрее и неумолимей и всякий раз вовремя отскакивали в то время как другой из псов в очередной раз пробовал на вкус окорок медведя. Только грозный рев тигра, а за ним еще более мощный рев льва привел в чувства слишком увлекш