Атрокс зайдя с юга лишь началась атака решил использовать рост и силу своего вида, чтобы помочь взобраться более легким львам на стену. С ним было, кроме его группы, восемь львиц и один лев. Идея была проста, два больших Пещерных льва становились рядом, им на спины залазил обычный лев или львица и как говорится на раз два три могучие и высокие стальные львы выпрямлялись, придавая ускорение прыгающей с их спин на стену кошке. Это дало возможность львицам прыгать вверх на шесть семь метров. Забросив таким образом всех львиц и льва Атрокс его воины три саблезуба бросились на помощь другим и успели почти вовремя. Они вылетели из-за угла хоть и неожиданно, однако шимпанзе сумели увернуться и вопя от ужаса забыв про все начали разбегаться кто куда. Троих львы поймали тут же еще два попали к Торам, Латиус в ярости кинулся на Тропиксов. Один из приматов был мертв, однако Лев что убил его волочил заднюю лапу и прижавшись к ближайшему дереву мог защищаться только передними лапами. Другой особо крупный Тропикс сумев на мгновения вырваться, заметив Латиуса, что есть силы швырнул короткий меч во льва готового продолжить схватку и довести ее до конца. Хищник отпрыгнул в сторону, а примат, не искушая больше судьбу бросился к ближайшим деревьям. Третий Тропикс попытался проделать тоже самое, но просчитался Латиус был близко и подцепив его лапой не дал уйти. Ихнее появление позволило Луи остаться один на один с гигантским павианом и даже когда один из стальных львов хотел ему помочь он в ярости крикнул.
– Он мой, я сам помоги другим.
Динвиант все слышал и понял–это вызов один на один словно на дуэли. Не опасаясь более нападения других львов гигантский павиан, привстав на задние лапы злобно взревел, обнажая громадные восьмисантиметровые клыки и раскинув в стороны передние лапы словно желая заключит в объятья ненавистного ему хищника. Он понимал сражение проиграно форт пал и последнее что можно было сделать дорого отдать свою жизнь и постараться убить Льва. Луи был готов и со всей оставшейся силой бросился на врага, удары лап, клочья шерсти, кровь ярость, безумный рев. Попытка лапами сбить с ног Динвианта не удалась, он, умело изворачиваясь от когтистых лап Льва сам прыгает на кошку чуть сбоку и сбивает ее с ног. Хватка пастью за шею длинные клыки неумолимо разрывают и кожу, и мясо. Только общие размеры Льва его пышная грива да природная гибкость спасают хищника от смертельных ран. Изгибаясь Луи ударами задних лап отбрасывает гигантского павиана в сторону, с изодранным боком Динвиант вскакивает, в пасти изрядный клок львиной гривы. Но в этот раз Лев оказался быстрее, в длинном стелющемся прыжке он опять сбивает павиана с ног, еще удары лап, один второй, Динвиант оглушённый зарывается мордой в траву. Лев в гневе хватает его за шею сверху и как собака тряпку, в осатанелой ярости трясет головой, вырывая клочья шкуры с мясом и ломая хребет.