Брейкман набросал еще одну собаку и только потом позвонил диктатору Территории Пелюда.
Остановившись в кленовой роще на дальней стороне рва с водой, агент Брейкман инструктировал двух своих снайперов из БРМ. Заплатки на локтях агента блестели, отражая ранне-послеполуденное солнце, когда он показывал стрелкам два моста через широкий ров с водой, который окружал две трети Храмовых Земель.
– Торрес въедет в пригород по одному из этих мостов, – объяснил он.
– Торрес – это имя парня, которого мы хотим схватить. Я не ошибся? – спросил более высокий из двух молодых стрелков с оглушающими ружьями.
– Да. Питер Торрес. – Брейкман сунул руку в карман, нашел фотографию Торреса. – Я уже инструктировал вас в Фрамбосавилле, но взгляните еще раз. Вот – Питер Торрес. Я хочу, чтобы вы оглушили его, как только он окажется в поле зрения.
– Не помню, чтобы у него были усы, – сказал более высокий снайпер, вооруженный оглушающим ружьем.
– У него их нет. – Брейкман хмуро посмотрел на фотографию, которую протягивал им. – Ах, это… Усы пририсовал я. Можете не обращать на них внимания.
– Не обращать внимания на усы, – сказал высокий снайпер.
– У меня вопрос, – вмешался второй.
– Да?
– Что значит по мосту?
Брейкман наслюнявленным большим пальцем стирал пририсованные усы.
– По дороге. Это означает, что в любой момент этот Питер Торрес въедет в Храмовые Земли по дороге по одному из этих мостов.
– Без усов, – сказал более высокий стрелок.
– Без усов и, возможно, за рулем взятого напрокат автомобиля, – сказал агент Брейкман. – Наблюдение и Проверка докладывает, что час назад мужчина, соответствующий описанию Торреса, посадил авиакрейсер в городке примерно в тридцати милях отсюда. Видели, как он входил в прокат автомобилей.
– Вам следует узнать в прокатном агентстве, действительно ли это был Торрес, – предложил более высокий снайпер.
– Следует. Тем не менее, мы должны действовать, исходя из предположения, что сюда направляется действительно Питер Торрес.
– Взяв напрокат автомобиль, – сказал тот снайпер, что пониже.
Агент Брейкман полностью стер усы. Он дал двум своим людям в последний раз посмотреть на снимок Торреса и убрал его.
– А теперь обратите внимание на то, что у рва со стороны пригорода – густые заросли трансплантированных дубов и сосен.
– Хорошее место для укрытия, – сказал более высокий снайпер.
– Совершенно верно, – подтвердил Брейкман. – Один из вас спрячется в деревьях рядом с мостом номер один, а другой спрячется возле моста номер два.
– Который мост мне взять? – спросил более высокий снайпер.
– Не имеет значения. Бросьте жребий. Мне безразлично, – сказал Брейкман. – И как только один из вас увидит…
– У вас есть монета? – спросил тот снайпер, что пониже.
– У меня есть, – заявил тот, что повыше.
– Орел или решка?
– Выбирай сам.
Тот стрелок, что меньше ростом, перехватил пониже свое парализующее ружье.
– Пожалуй, я предпочел бы орла.
Брейкман сказал:
– Уберите. Я еще не закончил объяснять вам, что надо сделать.
– А я, пожалуй, наоборот, предпочел бы решку, – сказал тот стрелок, что пониже.
– Хорошо. Мне все равно, – произнес его товарищ.
Брейкман повысил голос.
– Когда вы увидите Торреса в арендованном автомобиле – который в эту минуту стремительно движется в вашу сторону – когда это произойдет, вы обстреляете его из оглушающего ружья. Поскольку он будет в машине, это приведет к чему-то вроде несчастного случая. Надеюсь, со смертельным исходом, хотя в последнее время удача отвернулась от меня. На случай, если он уцелеет в аварии, я буду поблизости и отслежу, не поедет ли он куда-нибудь, где я смогу его прикончить.
– Теперь мы можем бросить жребий? – спросил низенький снайпер.
– Обожди, – сказал Брейкман. – Хочу предупредить: операцию надо провернуть ловко. Убийство средь бела дня, даже при нынешней администрации, надо осуществлять незаметно.
– Это, должно быть, будет нетрудно. – Более высокий снайпер кивнул на пригород за рвом. За лесистой местностью, среди домов, построенных в стиле выходящих на мост замков и дворцов, царило значительное оживление. – Что-то вроде беспорядков в процессе развития. Послужит нам хорошим прикрытием.
Заслоняя глаза от света, агент Брейкман сказал:
– Это, должно быть, люди из комитетов бдительности Храмовых Земель. Очевидно, бóльшая часть повседневной жизни фактически зашла в тупик из-за хаммелей. Надзор и Проверка говорит, что в конце концов граждане решили провести акции бдительности. После того как мы схватим Торреса, я вынужден буду постараться отговорить этих людей от слишком решительных действий.
– Где эти пресловутые хаммели? – спросил снайпер поменьше. – Я не вижу вокруг ни одного слоняющегося хаммеля.
– Через дорогу, на другом краю города, – сказал Брейкман. – В районе, известном как Улица Коттеджей. По-моему, население обычно следует этой дорогой, прежде чем направиться к Улице Коттеджей.
– Мне кажется, – сказал более высокий снайпер, – когда я видел передачи новостей, то обратил внимание на лес, где хаммели околачиваются, когда не резвятся на улицах.
– За Улицей Коттеджей есть лес, – сказал агент Брейкман.
– Что если не дать Торресу проехать по той дороге и заставить его вспоминить про эти мосты?
Брейкман покачал головой.
– Для этого ему придется идти пешком через непроходимый лес, который простирается на холмистых землях на несколько миль. Вряд ли человек, который пережил аварию в арендованном крейсере и нападение киборга-леопарда и одного из наших первоклассных убийц, будет в состоянии выдержать что-нибудь тяжелое и суровое.
– У него, безусловно, богатая событиями жизнь, – сказал снайпер поменьше. Он подбросил монету.
Глава двадцатая
Торрес углубился в непроходимый лес за Храмовыми Землями. Под туникой, обвязанные вокруг талии, были спрятаны шесть небольших баллонов с хаммель-антидотом с распылителем наверху, которые он накануне вечером забрал из ОНИЦ тропологии. Еще дюжину баллонов он спрятал во взятом напрокат автомобиле, который припарковал в стороне от дороги, подальше от подъема в гору.
Стоял ясный теплый полдень. Торрес вспотел, прокладывая себе дорогу между часто растущими березами и дубами. Пушистые бледно-голубые белки стремительно взбегали по стволам дубов, исчезали в дуплах и вновь выскакивали из них, сердито переговариваясь. Одна из них уронила на Торреса желудь. Между деревьями замаячили шпили пригородных домов, построенных в виде замков. Торрес все еще не обнаружил ни одного хаммеля.
Когда он наконец начал улавливать звуки и обрывки выкриков, доносящиеся с Храмовых Земель, он натолкнулся на скаутов-новичков. Пятерых десятилетних мальчишек, одетых в рубахи навыпуск и шорты из мешковины, сопровождал одутловатый розовощекий мужчина в деловом костюме. Трое ребят и пыхтящий чрезмерно упитанный мужчина смотрели вверх, на дуб. Двое других наблюдали за подходящим к ним Торресом.
– Мистер Брунзи, – сказал один из мальчиков, которые заметили Торреса.
– Когда вы, парни, начнете звать меня Чаком? – сказал Брунзи. Его глаза по-прежнему были устремлены на верхние ветви дуба. – Я уже почти месяц скаутмастер вашей десятки, с тех пор как мы с Верной перевелись сюда с Таррагона.
– Кто такая Верна? – спросил один из смотрящих вверх скаутов-новичков.
– Миссис Брунзи, – сказал Брунзи.
– Чак, к нам подкрадывается большой вспотевший человек, – сказал мальчик, показывая на Торреса.
– Привет, Чак, – сказал Торрес. Он мельком взглянул на дерево и увидел ухмыляющегося косматого хаммеля, который, зацепившись коленями, свисал с ветки у верхушки. – Загнали на дерево хаммеля, ха?
– Привет, я – Чак Брунзи, со мной группа «Флокс», – сказал тучный руководитель десятки, протягивая Торресу руку. – Мы с мальчиками проходим лесную программу.