Но в следующий миг Северус устыдился, вспомнив мощный Экспеллиармус Поттера, которым тот обезоружил стражников замка орнитолога, причем копья и ножи так покорежило, что отныне годились только в переплавку. К этому воспоминанию пришло ещё одно — Дуэльный клуб на втором курсе, где профессор Снейп нечаянно научил Поттера тому самому Экспеллиармусу.
Совершенно непроизвольно Северус вдруг ощутил гордость — а студент-то кое-чему у него выучился! Вон какое массовое обезоруживание произвел одним взмахом волшебной палочки! Пусть и Поттер, но всё равно, это его ученик, так что он имеет право гордиться им как учитель.
Рихард доварил кашу, разложил по мискам и подозвал Гарри, чтобы тот забрал свою порцию, каша для собак должна была остыть. Гарри подошел, забрал миску и поблагодарил:
— Спасибо, мистер Мозер.
— Знаешь что? Зови-ка меня Ричи, — предложил тот. — Инспектором Мозером я в венской полиции звался, в Англии никогда не бывал, и мистером мне довольно сложно быть. Договорились?
— Ладно, — слегка припух Гарри. — Хорошо.
А Северус за пазухой намотал поступившую информацию на свой хомячий ус. Вот как, целый полицейский инспектор из Вены! Тут его отвлекли от размышлений — за пазуху просунулась рука и выгребла Северуса наружу. Дальше его посадили на камушек и всунули в лапки луговую земляничку. Вздохнув, Северус-хомячок с философской покорностью принялся обкусывать сладкую ягодку.
Поели, Гарри отнес посуду к ручейку, протекающему неподалеку, и тщательно вымыл котелок, тарелки и ложки. Потом, догнавшись травяным чаем, начали собираться в путь. Собрались, Рихард снял с камушка Снейпа и, подняв перед собой на уровень глаз, спросил:
— На плече поедешь? В карман брюк тебя неохота запихивать.
Северус оглядел стройную фигуру полицейского, туго затянутого в жилет, белую рубашку и узкие брюки, и торопливо закивал. Плечо оказалось широким, сильным, шаг — легким и плавным, так что хомячок никакого дискомфорта не ощутил, разве что пришлось крепко держаться лапками за шов на жилете, чтоб ветром назад не сдуло. Это в очередной раз напомнило Северусу, насколько он теперь беспомощен и беззащитен в этом огромном мире великанов и воздушных хищников.
Мозер шагал по желтой дороге вслед за мальчиком и наблюдал за внезапным счастьем Рекса. Остроухий овчар сейчас выглядел просто щенком — ошалело и радостно прыгал в высокой траве бок о бок с золотистой Дженни. Поджарое тело немца так и стелилось над просторами лугов. Белкин не отставал от Дженни и Рекса, маленькой белой пулькой летая вокруг больших псов. Вот Рекс нашел палку, поднял, подкинул, восхищенно гавкнул и кинулся к Гарри — предлагать ему поиграть в «палочку». Гарри не отказал другу, охотно включился в забаву, начал хватать-отбирать, перетягивать, бросать…
Было необычно видеть Рекса таким веселым и беззаботным, так-то он вечно в стрессе бывал: запахи разные искал, порой довольно неприятные, труп в колодце или в обгоревшей машине, наркотики, кровь какой-то давности. В общем, несладко приходилось Рексу на службе, от некоторых ароматов ему реально становилось плохо. И это не говоря уж о том, что многие преступники норовили пристрелить в первую очередь именно собаку, видя в ней стопроцентную угрозу. А ведь опасность грозила Рексу не только от преступных элементов, обыкновенная свалка, полная битого стекла и бактерий, могла серьезно навредить. Мозеру тогда пришлось носить Рекса на плечах, чтобы тот не поранился о мусор, но несмотря на эти трудности, пёс всё же нашел страшную улику — расчлененку в мусорных пакетах. Кстати, то дело надолго отбило у Рекса аппетит — беднягу несколько дней тошнило. Коллегам Рихард об этом так и не рассказал никогда, незачем им знать о таких подробностях.
А здесь Рекс, можно сказать, раскрылся с совершенно иной стороны, оказавшись развеселым игривым дурашкой. Рихард невольно засмеялся, глядя, как пёс повалил мальчика в траву и теперь выплясывал над ним, не давая подняться. К потасовке присоединились Дженни и Белкин, и Гарри теперь отчаянно хохотал и верещал под натиском трех совершенно расшалившихся собак, которые, казалось, поставили себе цель жизни — зализать мальчика до смерти.
— Разгильдяй, — недовольно буркнул Северус, откровенно не видя никакой прелести в таком праздном времяпровождении.