***
— Я должен… Я должен…
— Ничего ты не должен.
Услышав ответ, Рихард Мозер открыл глаза и вдруг обнаружил, что боли нет и смертельный холод отступил. Поудивлявшись ощущениям и начиная сомневаться в своем благоразумии, он настороженно осмотрелся, пытаясь понять, где находится. То, что это не склад, Мозер сразу сообразил, в остальном место классификации не поддавалось. То есть лесок и зеленый лужок были узнаваемы, но только он не должен тут находиться… Вспомнив о том, что он что-то должен, Мозер рывком сел и оглянулся в поисках Патрисии.
— Я должен её спасти!
— Ты её спас, она жива и в безопасности, — сообщил тот же голос.
— Хауфф! — продолжал нестись Мозер на автомате.
— Застрелился, — лаконично сообщил голос невидимки.
— А где я?.. — сообразил наконец задать нужный вопрос Мозер.
— Скажем так… ты пока нигде. Мы ещё не решили вопрос с твоим перемещением.
— Не понял… — офигел Мозер.
— Дело в том, что на складе тебя убили выстрелом в сердце.
— Но я… — Рихард рефлекторно ощупал свою грудь и шумно выдохнул, не обнаружив никаких ран. — Не понял? — озадачился он.
— Тут вопрос вот в чем, — пустился тем временем в рассуждения невидимка. — Есть несколько способов переселения душ: реинкарнация, переселение в новое тело и перенос в теле собственном. Какой выберешь?
Мозер снова пощупал грудь, на сей раз чтобы убедиться, что он материален, а не дух или призрак. Потом переспросил:
— Реинкарнация? А чем она отличается от переселения в новое тело?
— Реинкарнация — это возрождение в новой жизни. Старая жизнь при этом забывается, — терпеливо пояснил невидимка.
— Не хочу! — тут же отказался от этого варианта Мозер. — А два других чем интересны?
— Переселение в новое тело означает именно переселение. Убитого тебя похоронят, а твоя душа займет тело другого человека. При этом на Земле всё остается на своих местах: тебя оплачут, повспоминают и забудут. С переносом в собственном теле всё сложнее…
— Почему?.. — выдохнул Мозер.
— Тут придется хитрить и изворачиваться. Либо инсценировка смерти с подбрасыванием двойника, либо таинственное исчезновение в никуда, безо всяких объяснений и причин.
— А просто увернуться от пули нельзя? — предложил мудрый и оптимальный вариант умник-полицейский.
— Да мы бы рады, но это уже случилось… Ты был уже ранен, когда тебе выстрелили в сердце, как ты увернешься?
— А как же тогда инсценировка? — пришел в недоумение Мозер. — На это же время нужно?
— Послушай, парень, — в голосе невидимки зазвучало досадливое нетерпение. — Ты пока нигде не находишься, и только от твоего решения зависит, в каком виде ты начнешь новую жизнь. Всё остальное, включая инсценировку твоей смерти и подмену трупов мы берем на себя. Понял?
— А кто вы? — допетрил вдруг Мозер.
— Ну наконец-то! — «всплеснул ладонями» невидимка. — Готов смотреть?
— На что? — напрягся Мозер.
Воздух над лужайкой задрожал, словно марево в жаркий полдень и как невидимый занавес отодвинулся вбок, открывая изумленному взору полицейского невозможную панораму космоса: разноцветные планеты, спирали галактик, искры нестерпимо ярких звезд, далекие Туманности всех цветов радуги… Вопрос о невидимом собеседнике отпал сам собой.
Подавленный и потрясенный ничтожеством своего крошечного бытия, Рихард сидел и созерцал божественный лик Мироздания. И сознавал истину окончательно и бесповоротно — он умер, но ему предлагается выбор.
Сидел в траве мертвый полицейский, гладил рукою мертвую грудь, смотрел в глаза Бесконечности и неторопливо обдумывал предложение. Итак, он умер, и ему предлагается три варианта возрождения. Первый, реинкарнацию, отбрасываем сразу, потому что ему не комильфо начинать жизнь сначала, сосать мамкину титьку, расти и познавать мир заново, его и прежняя жизнь устраивала и её ему неохота забывать. Переселение души в новое тело — тоже сомнительная радость, к новому телу и личному «я» придется привыкать. А вот перенос в теле собственном выглядит куда заманчивее и гораздо проще, и ему ни к чему привыкать не нужно, всё что остается — это знакомиться с новым миром, а это всё равно что переезд в другой город. Вот только…
— Что будет с Рексом?
— Позови его, — Мироздание пожало плечами.
Удивившись и чувствуя, как в нём что-то меняется, Рихард оглянулся по сторонам — Рекс где-то рядом? За вон теми елочками? Поколебавшись, пугаясь перемен в себе, он неуверенно позвал: