- Вот! - многозначительно произнесла Наталь, подняв вверх указательный палец. - Если он был таким обычным, каким же образом он сумел стать супер модным?
Эльмар глянул ей в глаза и понял, что его собеседница над ним подсмеивается. Она просто наслаждалась его растерянностью и играла с ним, как кошка с пойманной птичкой, в которую запустила пару коготков и отпускать которую не собиралась.
Следовало тщательно продумать ответ, и Эльмар продумал.
- Как я предполагаю, это потому, что на его стишата было сочинено пара песенок... сказал он осторожно.
- Не-а, - откровенно усмехнулась Наталь. - Поэтов- песенников целые аэробусы, но их имена также не на слуху. Придумай что-то другое.
- А что тут думать-то? - нервно произнес Эльмар. - Это из-за 'Инопланетянки'. Вся планета прочитала ту проклятую газетенку со статейкой-рецензией.
- А я уже было решила, что ты с этой рецензией полностью согласен...
- Конечно же не согласен! - молвил Эльмар горько. - Знаешь, как его после взгрели за поэму по всем ее пунктам! Так бы никто ее и не заметил - ну написал и написал. А тут 'многообещающий поэт', 'живет за счет популярности', 'похвалы молодежи'... 'Трудная форма', 'новизна', 'поднял романтизм на новую ступень'.. Хорошо что еще портрет не напечатали! .
- Рецензента? - сделала большие глаза Наталь.
- Поэта, конечно.
- Наверное, газетчики его просто не нашли.
- Угу. Он хорошо замаскировался, повезло. Только теперь сидит и не высовывается.
Наталь задумалась. - А ты знаешь, где он сейчас? - произнесла она, наконец.
- Естественно, знаю. Ведь мы с ним друзья.
- И что будет, если бы я раскопала эту тайну и преподнесла ее тебе на блюдечке?
- С доказательствами?
- Угу.
- С фотографиями, именами людей, которые с ним учились - всю его биографию, как положено.
Эльмар снова засмеялся - и в смехе его на этот раз была ирония.
- Наталь, я знаю, что ты отличная журналистка, но это как раз то, чего тебе не удастся сделать никогда. 'Кен Эльмаров' - это всего лишь псевдоним. В живую его никто никогда не видел. Он ни разу не выступал на сцене, никогда не фотографировался, и стихи свои присылал на конкурсы и даже в школьную стенгазету исключительно скрытно.
- Он что, урод? Или людей боится?
- Ни то, и ни другое. Просто любит все таинственное. Ну и решил когда-то поиграть в эту игру - придумал талантливого поэта, борца с рутиной, восторженного, романтичного и неуловимого, как мир теней.
- А ты? ... - Наталь не договорила.
- А я совсем другой. Я прагматик и практик. Я расчетлив и ни разу не поэтичен.
- И звезды тебя ни капельки не интересуют. Поэтому ты тратишь уйму времени на информацию по ракетостроению и хочешь знать все о полетах в Космос...
- Твоя ирония мне понятна, но здесь ты малость промахнулась. Я изобретатель, многоуважаемая коллега. Технарь. Я хочу, чтобы мои макеты работали и приносили людям пользу.
- И только??? - скепсису Наталь не было предела.
- Эльмар, а откуда возник этот псевдоним: Кем Эльмаров? - спросила она в следующий раз. Причем спросила самым невинным тоном и как бы между прочим.
- От моего имени и фамилии, разумеется, - ответил Эльмар рассеянно. - 'Кен' - это Кенсоли, Эльмаров - от 'Эльмар'.
- И ты по-прежнему будешь уверять меня, будто 'К.Эльмаров' - это не ты?
- Конечно, не я! - спохватился Эльмар. - Но я же говорил тебе: мы друзья. Вот он и взял когда-то за основу своего псевдонима мои данные. Ищут его - натыкаются на меня. А мне что, мне не жалко!
- И всегда можно выдать себя за него... - в тоне Наталь была сама невинность.
Эльмар искренне рассмеялся.
- Кто же знал, когда все это начиналось, что Кен Эльмаров станет знаменитостью? Надеюсь, ты не считаешь меня пророком?
- И ты ему нисколько не завидуешь? Ну, представь себе: толпы поклонниц, все девушки были бы твоими...
- Угу. А потом перемена внешности, новые документы - и поиск нового места работы.
- Даже так? Он настолько красив?
- Причем здесь внешность? Чтобы иметь успех у девчонок, достаточно иметь хорошо подвешенный язык.
Наталь с сомнением на него посмотрела.
- Твой язык подвешен просто замечательно, но я к тебе не испытываю ни малейшего влечения.
- А хотела бы испытывать?
- Нет, конечно. Я же замужем, и мужа своего люблю!
- За что я тебя и ценю. Что я могу говорить тебе что угодно, и ты никогда не воспринимаешь это замаскированным комплиментом. И мне нет нужды стараться тебе понравиться.
- То есть обычно ты ведешь себя с женщинами иначе?
Эльмар снова засмеялся, увидев в глазах Наталь удивление и недоверие.
- Да, конечно же. Обычно мне приходится следить за словами и жестами, чтобы не вызвать нечаянного интереса, а потом не знать, как от такого интереса избавиться.
Наталь тоже засмеялась: