Он уже готов был превратится обратно в ирбиса и двинуться дальше, как услышал негромкий хриплый крик, раздавшийся где-то впереди него. Из-за пелены дождя и валунов невдалеке перед Арваем ничего нельзя было различить. Первой мыслью Арвая Сансара в этот момент, после всего, что он только что пережил, было бежать куда глаза глядят, но любопытство взяло верх, и парень медленно-медленно двинулся на звук. Какого же было его удивление, когда около камней он обнаружил Тимура. Тимур был человеком, он лежал и отчаянно стонал, скрючившись, раскачивался вперед-назад, держась руками за бедро.
— Ха, это просто поразительно, степь кажется бескрайней, а знакомые встречаются на каждом шагу, — усмехаясь, сказал Арвай.
— Арвай Сансар? Как ты здесь оказался? Почему в таком виде? Ты что, дрался с моими братьями, чтобы сбежать? — встревоженно спросил Тимур.
— Не переживай, все твои целы, — не переставая усмехаться, ответил Арвай.
— Но как, как ты здесь оказался? Или ты ненастоящий? — слабым голосом спросил Тимур.
— Настоящий, — уже откровенно засмеялся Арвай. — Лучше скажи, что с ногой?
— Какие-то странные люди в масках ранили меня и моего друга Бахтяра, мы как раз возвращались домой из вашего клана, — сказал Тимур.
— И где сейчас Бахтяр?
— Не знаю, люди в масках забрали его. А мне удалось спрятаться от них.
— А что ответил мой отец на твои требования?
— Он согласился. Послушай, Арвай, пожалуйста помоги мне. У меня повреждена нога, и я не могу идти.
— Что же ты не превратишься в волка и не поскачешь на трех лапах?
— Не могу превратиться, потерял слишком много крови, слишком ослаб. Пожалуйста, помоги мне. Отнеси меня в мой клан. Я обещаю, что волки не тронут тебя.
— Ищи дурака.
— Тогда отнеси меня в свой клан. Пусть ирбисы вылечат меня, как мы вылечили твою подругу, и затем потребуют выкуп. Только пожалуйста, не бросай меня здесь подыхать. Пожалуйста, помоги…
— Я помогу, я сделаю для тебя все, что только могу, Тимур.
— Правда? Спасибо тебе!
— Когда я только увидел тебя здесь, то сразу же захотел немедленно тебя убить. Но сейчас я решил быть добрее, поэтому я дарую тебе жизнь. Это и будет вся та помощь, на которую я способен для человека, угрожавшего мне и моему клану. Счастливо оставаться!
— Нет, Арвай, нет, пожалуйста, не бросай меня здесь!
— У тебя всё ещё есть шанс спастись. Удачи!
— Нет, нет, пожалуйста!
Тимур продолжал в отчаянии выкрикивать слова мольбы, но Арвай Сансар уже не слышал его, он превратился в снежного барса и мчался домой настолько быстро, насколько это позволяли ему его раны и тяжелая, мокрая от дождя шерсть.
В середине ночи Арвай наконец добрался до клана ирбисов. Он с трудом начал карабкаться по скалам, взбираясь всё выше и выше, пока не добрался до дома его родителей, расположенного выше домов всех остальных снежных барсов. Арвай устало вошел в первую огромную пещеру. Вообще весь дом Сансаров представлял собой систему из нескольких больших и нескольких маленьких пещер и разделяющих их коротких коридоров. В нескольких первых пещерах, тянущихся вдоль склона горы, были проделаны окна, и в них было удобно заниматься делами днем, а в дальних всегда было темно, тихо и очень уютно спать. Хотя и там ирбисы прекрасно ориентировались, поскольку хорошо видели в темноте.
Однако Арвай был весьма удивлен, не застав дома ни отца, ни мать, ни сестру, ни брата с его семейством. На самом деле удивляться не стоило. Будь снежный барс не таким уставшим и слабым, он бы сразу услышал шум на другом конце поселения клана ирбисов, ведь там шло собрание совета племени.
Не застав никого дома, Арвай, немного подумав, догадался, куда делись родители. Разумеется, его отец вынужден был теперь решать, что делать с требованиями волков. А для принятия таких сложных решений глава клана ирбисов всегда созывал совет старейшин. Это был порядок, который объединял многие кланы зверолюдей.
Арвай быстро, насколько хватило оставшихся у него сил, добрался до места совета, сначала преодолев расстояние примерно в сто метров вдоль скалистой стены, а затем спустившись вниз на два яруса. Человек пять старейшин, отец, мать, брат и сестра Арвая сидели на пологой каменистой площадке, вокруг большого костра, и выглядели невероятно огорченными.
— Давайте просто пошлем этих проклятых волков на все четыре стороны! А предварительно проникнем к ним в логово и заберем пленников! — кричал брат Арвая.
— Не говори глупостей, Ундэс, — отвечал на это его отец. — Волки сразу почуют нас в своем логове, а там уж нам их ни за что не одолеть. Как мог Арвай попасться в лапы этого старого облезлого волка Эмирлана? Неужели ни он, ни его напарницы не соображали, куда идут, и не слышали ничего вокруг себя?!?
В этот самый момент Арвай как раз и ввалился прямо в центр совета, притормозив где-то рядом с костром. Все собравшиеся разом уставились на него. Затем раздался какой-то общий невнятный возглас. Остановившись, Арвай Сансар превратился в человека, отчего его и без того жалкий — грязный, мокрый, окровавленный — вид стал ещё более жалким. Мать Арвая со слезами бросилась к нему на шею, а отец даже не шелохнулся. Сидя на своем месте, он сурово спросил: «Что всё это значит? Немедленно садись и рассказывай всё по порядку, начиная с того, как вы покинули клан ирбисов, и заканчивая тем, как ты попал сюда и где твои напарницы».
— Ты с ума сошел, Хаган! — воскликнула мать Арвая. — Посмотри, на кого похож наш сын! Он же ранен…
— Пожалуйста, Сугар, дорогая, не мешай нам! — взбудораженно сказал Хаган Сансар.
— Я всё расскажу прямо сейчас. Не переживай, мама, мои раны неопасны. Только разрешите мне присесть рядом с вами, я очень устал, — спокойно сказал Арвай. Он пристально всматривался в лица родных, как будто пытался переосмыслить свое отношение к ним, но как всегда ничего не чувствовал. Он видел только, что его отец — сильный жилистый мужчина с необычным для ирбисов темно-серого цвета мехом, и что мать его — настоящая красавица, сумевшая сохранить свою выдающуюся внешность несмотря на зрелый возраст.
Хаган жестом указал сыну на место напротив себя.
Арвай сел и действительно рассказал всё об их первой, но такой непростой развед-миссии от начала и до конца, со всеми подробностями.
В какой-то момент среди членов совета начали слышаться вздохи облегчения. А когда Арвай закончил свой рассказ, то увидел даже отблески гордости в глазах старшего Сансара.
Затем началось длительное обсуждение всех принесенных Арваем новостей. Среди гула голосов молодой человек различил один твердый и грустный голос, обращенный конкретно к нему: «Арвай, это правда? Ева предала нас?» Это спрашивал Евин дядя Тархан.
— Да, — коротко ответил Арвай, глядя ему прямо в глаза. После чего дядя Тархан погрузился в пучину задумчивости и до конца собрания совета больше не вымолвил ни слова, как будто все остальные новости для него абсолютно померкли на фоне новости об его племяннице. А Арвай Сансар вот уже в который раз поймал себя на мысли о том, что ему жаль Еву. И если бы он мог, то оградил бы её от проблем — не стал бы рассказывать о её предательстве. Но Арвай привык строго следовать всем кошачьим законам и правилам, а потому он не мог обмануть правителя клана, он обязан был рассказать всю правду без утайки.
В итоге совет остановился на том, что по сути делать теперь ничего и не нужно. Нужно просто подождать возвращения Эрдэнэ и Евы — на это была отведена неделя времени, не больше. Если к этому сроку они не вернутся, то необходимо будет заново собрать совет и решить, что делать. Также было решено отправить самую опытную группу разведчиков к логову Эмирлана, чтобы узнать, собирается ли вожак волков предпринимать какие-либо действия.