— Если ты считаешь, что наш мир прекрасен и мы не должны ничего в нем менять, то зачем ты тогда пошел с нами искать астероид?
— Я просто хочу выжить, вот и всё. А вот зачем ты пошла — это для меня загадка.
— Ну всё, нам пора идти, — прокричал Робби, поднимаясь вверх по склону в направлении Евы и Александра.
— Потом договорим, — шепнул девушке Александр и улыбнулся.
По другую сторону озера начиналась территория пустыни, и людям вместе с ирбисами пришлось его обойти, чтобы туда попасть. Пустыня внешне отличалась от степи разве что отсутствием каменистых глыб и какой-либо растительности, в остальном она была такой же серой и бескрайней.
Но это было только видимое сходство. По факту же под ногами путешественников оказалась уже не твердая земля, а серый вязкий песок, идти по которому было гораздо тяжелее. Притом не только людям, но и ирбисам, так как раньше никогда в жизни они с таким не сталкивались и потому долго не могли приспособиться. Теперь снежные барсы вынуждены были и сами идти медленно, хотя Арвая Сансара не покидало желание проверить, не легче ли будет всё-таки быстро бежать по такой поверхности. Но помня о сумках на своей спине, на эксперимент он так и не решился.
Ева шла в самом конце и ни на секунду не отрывала взгляда от широкой спины Александра Грачёва, маячившей впереди. Она никогда в жизни не видела такого умного, красивого и сильного мужчину, с таким приятным бархатистым голосом и с такой покоряющей улыбкой. Девушка изо всех сил старалась не думать о нём, но ничего не получалось. В итоге, она не могла уже думать ни о ком и ни о чем, кроме Александра, и не могла понять, что такое с ней происходит.
Александр же, в свою очередь, шёл прямо, не оглядываясь, а только изредка посматривая на Элизабет и время от времени задавая ей какой-нибудь новый вопрос про Сферополис.
Лиззи отвечала с видимым удовольствием. Заметно было, что ей нравится и предмет беседы, и сам собеседник. Она периодически шутила, и сама же хихикала над своими шутками, чем невероятно раздражала Еву.
Судя по всему, и Александр был весь положительно расположен к Элизабет, поскольку внимательно её слушал, не оставлял без внимания ни одной её шутки, и сам, в свою очередь, весьма подробно отвечал на любые вопросы, которые девушка задавала ему о бункере и о его жизни в целом.
Ева чувствовала, как жгучая волна негодования поднимается внутри неё, и всеми силами пыталась себя успокоить. Её невероятно задевало то, что Александр, только что разговаривавший с ней у озера как с лучшим другом, откровенно раскрывающий ей свои мысли и желания, теперь с такой же охотой говорит с другой девушкой. Ева вынуждена была признать, что ревнует, хоть это и абсолютно абсурдно, беспочвенно, и права на это она не имеет. Единственное, что её успокаивало — это то, что в образе ирбиса ни одна из переживаемых эмоций не отражалась на лице. Внешне кошка оставалась абсолютно спокойной, ну, максимум, немного задумчивой.
Идти пришлось долго. Робби периодически напоминал о том, что время поджимает, а путь предстоит неблизкий. Разговоры Элизабет и Александра нервировали его ничуть не меньше, чем Еву, однако, у него, к сожалению, не было такой потрясающей возможности скрывать свои чувства. Поэтому вся ненависть к новому члену их команды более чем откровенно читалась на его таком молодом лице, даже сквозь маску. Завидев небольшую группу деревьев впереди, Робби объявил, что сейчас под ними будет устроен привал и обед. Деревья были серые, изогнутые, с огромным количеством вильчатых ветвлений, окруженные невысокой пустынной растительностью, стелющейся по земле.
— Это оазис, — пояснил Робби, скидывая свой рюкзак под одним из деревьев. — Оазис — это маленький островок растительности в пустыне. Обычно образуется около водоема, создаваемого подземными водами. Хоть всё на Земле стало серое, но некоторые вещи всё же не поменялись. Значит, где-то здесь должна быть вода.
Робби протиснулся между деревьями в поисках воды.
— Ну да, так и есть, — громко сказал он, — тут небольшой пруд. Кто хочет, может опять попить или набрать воды — нам сегодня везёт. Ещё было бы неплохо поймать какой-нибудь обед.
— Недавно я видел в отдалении несколько джейранов, значит они здесь водятся. В этот раз на охоту должны идти мы с Евой, — сказал Арвай Сансар. — Вчера мы договаривались, что будем чередоваться по очереди, помните?
— Арвай, мне кажется, что Эре это будет неприятно, — сказала Ева. — Может быть, ты сходишь один?
— А знаете, — начал возмущаться Арвай, глядя при этом исключительно на людей, — мне вообще уже как-то надоело кормить всю нашу группу. Вы, конечно, угостили нас сегодня завтраком, но всё же мы вас обеспечиваем едой гораздо чаще!
Элизабет и Робби удивленно молчали, не зная, как реагировать на такую вспышку гнева.
— Так ведь я могу добыть нам еду, — радостно сказал Александр. — Я прекрасный охотник! И тем более, мне кажется, что я тоже должен делать свой вклад в общий котел, так сказать.
— Я не верю, что ты, будучи обычным человеком, сможешь поймать даже полудохлого тушканчика, а не то что джейрана, — надменно сказал Арвай Сансар.
— То, что ты привык охотиться в виде ирбиса, и при этом в человеческом обличии не способен ни на что, кроме как говорить, ещё не значит, что и остальные не могут, — резко парировал Александр. — Я, например, с детства учился сам добывать себе еду, используя лишь нож и собственную силу, и ловкость. Конечно, зверочеловеком в нынешнем мире быть проще, но и обычные люди способны на многое, даже не обладая выдающимися технологиями.
После этих слов он выразительно посмотрел на Робби, и тот мгновенно покраснел от поднявшейся внутри него вспышки гнева.
— Я хочу перегрызть тебе горло! — зарычал Арвай. — Ещё никто не говорил со мной подобным тоном, оставаясь после этого безнаказанным! Может быть, ты не понял, но перед тобой Арвай Сансар.
— А перед тобой Александр Грачёв! — засмеялся Александр. — Какое вообще имеет значение, как тебя зовут?
— Назвав фамилию, Арвай хотел подчеркнуть своё положение в обществе, — робко сказала Эрдэнэ. — У ирбисов фамилия есть только у членов правящей семьи, и мой муж является одним из них.
— Ах, ну теперь всё понятно, — усмехнулся Александр. — Простите, ваше величество, ни в коей мере не хотел задеть ваши чувства!
Арвай мгновенно превратился в ирбиса, зашипел и, бросившись на Александра, повалил его на землю. Тот руками пытался удержать огромную голову ирбиса с двумя рядами белых острых зубов, не в силах высвободиться и достать своё единственно оружие — нож.
Эрдэнэ завизжала, Ева остолбенела, Робби ухмыльнулся и не сдвинулся с места.
— Арвай, пожалуйста, прекрати, — закричала Лиззи, оправившись от первого шока. — Умоляю тебя, перестань! Если вы поубиваете друг друга, мы не сможем добраться до цели, не сможем найти астероид! И тогда все люди погибнут! И всё, всё, что мы уже сделали, всё, что мы преодолели — всё будет зря, всё будет напрасно! Пожалуйста, не надо!
Девушка упала на колени рядом с дерущимися и отчаянно протянула руку к Арваю Сансару. Арваю было плевать и на неё, и на всех остальных людей, живущих на свете, но его здорово зацепили слова о том, что всё будет напрасно. Ведь они означали, что и он уже не сможет добиться своей цели — Евы, а это значит, что ему очень скоро придется расстаться с ней навсегда и вернуться домой к ненавистной семье и к ненавистной жене.