И тут Еву пронзила простая мысль. Она даже удивилась, как раньше до этого не додумалась.
Ведь Александр не знает об её, Евиных, чувствах! Ну и, конечно, Лиззи, наверняка, сама его поцеловала! Если бы он знал, что Ева его любит, стал бы он обращать внимание на Элизабет? Конечно же, нет! А вдруг стал бы? И тогда это было бы ещё больнее.
Так и не придя ни к какому выводу, Ева в итоге решила постараться больше себя не мучать и не вспоминать историю с поцелуем. А ещё она четко решила, что непременно должна сказать Александру о том, что к нему испытывает. Ведь иначе она никак не сможет понять, чувствует ли он что-то к ней.
— У меня больше нет сил идти, — прервал размышления Евы голос Элизабет. — Если какая-то опасность существовала, то думаю, мы от неё уже оторвались. По крайней мере, оглядываясь назад, я никого не вижу. Пора сделать привал, отдохнуть, и поесть тоже было бы неплохо.
— А мне кажется, что ещё рано делать привал, — сказал Робби. — С одной стороны, ты права, но с другой, мне не хочется проверять верность твоей теории. Скоро мы должны свернуть в юго-западном направлении, и как по мне, так лучше сделать привал после этого.
— Тебе легко говорить! — возмутилась Лиззи. — Ведь ты же едешь, а остальным приходится идти своими ногами, а кому-то, более того, приходится ещё и тащить тебя!
— А это ещё что такое? — прервал её Александр, указывая куда-то вперед.
Вглядевшись, Элизабет действительно различила вдали силуэты и уже через несколько секунд распознала в них верблюдов, которых до этого видела только «на картинках».
— Да это же верблюды! — воскликнула девушка.
Все с удивлением и с некотором восторгом замерли, разглядывая грациозно и плавно приближающихся к ним животных. Верблюды неторопливо переступали длинными ногами, горделиво покачивая двумя большими горбами, которые были расположены у каждого из них на спине. То и дело, они наклонялись, чтобы сорвать какие-то растения, торчащие из песка, и тут же на ходу пережевать их своими мощными и невероятно подвижными челюстями. Их было четверо.
— Похоже, они идут к нам, — сказал Робби, который, казалось, был удивлён меньше остальных.
Ирбисы медленно отступили на несколько шагов назад и пригнулись к земле, готовясь отразить любую атаку.
— Не бойтесь, — сказал Александр. — Верблюды травоядные, они на вас не нападут. Наоборот, им бы стоило бояться вас.
— Почему тогда они не боятся? — удивился Арвай, рискнув превратиться в человека. Ему очень хотелось побольше узнать об этих необычных длинноногих животных с большими изогнутыми шеями и с горбами на спинах, а кошачий облик не позволял ему задавать вопросы.
— Сам удивляюсь, — сказал Александр.
— Слушайте! — вдруг оживившись, воскликнул Робби. — А ведь это наш шанс! Мы можем запросто решить проблему со сном и отдыхом, при этом не теряя времени на остановку и не опасаясь никакого нападения во время сна.
— Но как? — удивленно хлопнула длинными ресницами Элизабет.
— Легко! — радостно сказал Робби. — Поедем на верблюдах. Тогда все смогут расслабиться и отдохнуть. Главное, кому-то одному не засыпать и направлять всех животных в нужную сторону. В этом случае остается только одна проблема — поймать их. Но они по какой-то странной и непонятной мне логике сами сюда идут.
— Девчонки, — обратился Александр к Еве и Эре. — Превратитесь, пожалуйста, тоже в людей. Мне понравился план Робби, и я не хочу, чтобы верблюды вас испугались.
— Хм, выглядят они аппетитно, — сказала Ева, став человеком.
— Ты шутишь? — улыбнулся Александр.
— Да, — ответила улыбкой на улыбку Ева.
— А что это за животные такие? — спросил Арвай у Робби, не отрывая при этом взгляда от верблюдов, которые продолжали медленно, но верно идти к людям.
— Верблюды — это животные, которые испокон веков живут в пустынях, — ответил Робби. — Они невероятно приспособлены и к высоким температурам днём, и к низким ночью, могут долго обходиться без еды и воды, питаются здесь подножным кормом. Раньше, задолго до падения астероида, по пустыням ходили целые караваны верблюдов, которые перевозили разные грузы людей.
В этот момент верблюды подошли уже практически вплотную к группе путешественников и остановились, продолжая вырывать из песка то тут, то там какие-то растения и медленно их пережевывать.
Робби очень тихо и осторожно подошел к одному из верблюдов и плавно положил ему руку на шею — тот даже не шелохнулся. Тогда Александр подошёл к другому верблюду и проделал то же самое.
— Да они похоже совсем ручные, — заключил Робби.
— Согласен, — сказал Александр. — Но откуда здесь, посреди пустыни, ручные верблюды?
— Можем подумать об этом по дороге, — предложил Робби, с намеком на то, что такую удачу упускать нельзя — нужно скорее садиться и ехать, не теряя ни секунды.
Александр переместил руку с шеи на голову животного и, обхватив её и второй рукой тоже, потянул вниз. К удивлению всех присутствующих, верблюд подчинился заданному направлению и улегся на песок.
— Вот это да! — воскликнула Лиззи.
— Прошу, — сказал с улыбкой Александр и жестом пригласил Элизабет садиться.
Девушка ловко перекинула ногу через спину лежащего верблюда и уселась между горбами.
— С тобой она не поедет! — резко заявил Робби, с ненавистью глядя на Александра.
— Согласен. Но и с тобой тоже! — заявил тот в ответ.
— Тогда с кем же она поедет? — язвительно спросил Робби. — Верблюдов четверо, а нас шестеро, кто-то должен ехать парами.
— Логичнее, чтобы это были девушки, ведь они легче, — сказал Александр. — В этом случае будет разумно, я считаю, если Эра поедет вдвоем с Арваем, а Элизабет вместе с Евой. Мы с тобой поедем по одиночке. Все согласны.
— Да! — хором сказали Робби, Арвай и Элизабет. А Эрдэнэ и Ева ограничились молчаливым кивком.
— Тогда прошу! — сказал Александр, подавая руку Еве и помогая ей усесться на спине верблюда рядом с Лиззи.
Затем Александр потянул голову верблюда вверх и тот покорно, но неторопливо поднялся. Затем он помог залезть на верблюда израненному Робби, который беспрестанно ворчал о том, что если бы не его ушибы и переломы, то он прекрасно справился бы и сам. К тому моменту Арвай уже самостоятельно сумел разобраться со своим животным, и теперь они с Эрой сидели на горбатой спине, глядя на мир с непривычной высоты.
— Мы ещё не решили, кто из нас будет бодрствовать и направлять верблюдов, — сказал Александр после того, как и сам наконец уселся на бактриана. — Может быть, есть добровольцы?
— Я могу, — сказал Робби. — Мне кажется, что я устал меньше всех. К тому же, боль всё равно не позволит мне заснуть.
— А ты сможешь управлять верблюдом? — с ноткой недоверия в голосе осведомился Александр.
— Думаю, да, — сказал Робби. — Проверим.
После этих слов он легонько хлопнул верблюда ногами по бокам, и тот двинулся вперед. Затем Робби надавил ладонью на шею животного с правой стороны, и тот начал поворачивать налево.
— Вот видишь! — гордо сказал Робби. — Нет никаких проблем, я справлюсь! Можете спокойно отдыхать.
— Хочется надеяться, — усмехнулся Александр.
— Так, нам туда, — сказал Робби, сверяясь с браслетом на руке и направляя верблюда в нужную сторону. Остальные бактрианы двинулись за ним.
Довольно быстро все путешественники привыкли к плавно движущимся под ними животным и, почувствовав нечеловеческую усталость, наконец позволили себе расслабиться и уснули — кто оперевшись на передний горб, а кто на задний.
Робби же с интересом оглядывал окрестности, балансируя в своем сознании между болью, смешанной со страхом пережитой ночи, и жаждой новый приключений, которая до этого дремала где-то в глубине него, а сейчас, с каждым днём, всё сильнее обнаруживала себя. Он бы хотел отправиться в подобное путешествие ещё раз, уже после того, как Земля будет очищена от пыли, желательно вместе с Элизабет. Ну и, разумеется, без этого бесконечно раздражающего Александра, который непонятно откуда вообще свалился к ним на голову и испортил ему, Робби, всю жизнь. Как теперь дать понять этому зарвавшемуся наглецу, чтобы даже не думал тянуть свои грязные лапы к Лиззи. Чтобы даже не смотрел на неё. А впрочем, когда всё закончится, может быть, он просто уйдет обратно к своим в бункер? Ну разумеется, в бункере они жить уже не будут. Но судя по их скромным возможностям, скорее всего, поселятся где-то рядом. В конце концов, у них небось тоже есть немало красивых девушек, ведь они же русские!