Анахо вспылил в гневе и сказал, что двойное происхождение — это сказка. Вудивер убрался. Вчера утром сюда пришли дирдиры и увели Анахо с собой. Если они заставят его говорить, то нельзя быть уверенными ни за нас, ни за космический корабль.
Онемевшими пальцами Рейт натянул сапоги. Неожиданно пирамида его жизни, выстроенная с таким трудом, рухнула. Вудивер, все время этот Вудивер.
Трез дотронулся до его руки:
— Пойдем. Будет лучше, если мы уйдем! Гостиница, может, находится под наблюдением.
Рейт поднял мешок с секвинами. Они вышли из здания и пошли по узким переулкам Сивиша не замечая бледных лиц, выглядывавших из дверных проемов и странно встроенных в стены окон.
Только сейчас Рейт почувствовал, что он голоден, как волк. В небольшом кафе они поели вареных морских губок и мучных лепешек. Постепенно мысли Рейта становились более ясными и четкими. Анахо находился под арестом у дирдиров. Вудивер наверняка ожидает от него ответной реакции. Или, может, он был настолько уверен в беспомощности Рейта, что решил, будто все будет продолжаться так же, как и раньше? Рейт мрачно улыбнулся. Если Вудивер рассчитывал на это, то он получит по заслугам. Исключено лишь то, чтобы по какой бы то ни было причине ставить на кон корабль! Ненависть Рейта к Вудиверу походила на помутнение рассудка. Но он не имел права поддаваться этому порыву. Из этой переделки ему нужно было выйти с наименьшими потерями.
Рейт спросил Треза:
— Ты видел после этого Вудивера?
— Видел, сегодня утром. Я пошел к сараю, так как думал, что ты можешь прийти туда. Показался Вудивер, но сразу же зашел в свою контору.
— Ну-ка посмотрим, там ли он еще.
— Что ты хочешь предпринять?
Рейт усмехнулся:
— Я мог бы его убить — но это ничего не даст. Нам нужна информация. Вудивер — единственный источник.
Трез молчал. Как обычно, нельзя было определить, о чем он думал.
К месту сборки корабля они поехали на скрипучей шестиколесной общественной повозке, и каждый оборот колес увеличивал напряжение. Когда Рейт вошел во двор и обнаружил там черный лимузин Вудивера, в голову ему ударила кровь и началось головокружение. Он остановился, набрал в легкие воздуха и абсолютно успокоился.
Рейт бросил Трезу мешок с секвинами.
— Отнеси его в сарай и спрячь.
Трез взял его с сомнением.
— Не ходи сам. Подожди меня.
— Я не рассчитываю на трудности. У нас связаны руки, и Вудивер это прекрасно знает. Подожди меня у сарая.
Рейт приблизился к странной кирпичной конторе Вудивера и вошел внутрь. Спиной к большой древесно-угольной печи на прямых ногах и заложив руки за спину стоял Артило. Хотя он и увидел Рейта, выражение его лица не изменилось.
— Скажи Вудиверу, что я хочу с ним говорить, — приказал Рейт.
Артило прыгнул к ведущей вглубь двери, просунул в нее голову и что-то сказал. Затем отошел назад. Дверь открылась сильным ударом так, что почти слетела с петель. Помещение заполнил Вудивер — дико зыркающий Вудивер с выпяченной верхней губой, которая висела, почти закрывая рот. Он окинул комнату всеохватывающим взглядом рассерженного бога; затем он, казалось, поймал взглядом Рейта, и его враждебность еще больше усилилась.
— Адам Рейт, — крикнул Вудивер голосом, звенящим, как колокол. — Вы вернулись обратно! Где мои секвины?
— Оставьте секвины в покое, — ответил Рейт. — Где дирдир-человек?
Вудивер расправил плечи. В какой-то момент Рейт подумал, что он готовится нанести удар. В таком случае он наверняка потерял бы самообладание, и Рейт это знал — к счастью или к несчастью.
Вудивер возбужденно спросил:
— Вы собираетесь пререкаться? Еще раз подумайте об этом! Отдайте мои деньги и убирайтесь!
— Вы получите свои деньги, — пообещал Рейт, — как только я увижу Анке ат афрам Анахо.
— Вы хотите видеть богохульника и изгоя, — пробурчал Вудивер. — Сходите в Стеклянный Дом. Там вы сможете его внимательно рассмотреть.
— Он в Стеклянном Доме?
— А где же еще?
— Вы в этом уверены?
Вудивер оперся о стену:
— Зачем вам это знать?
— Потому что он мой друг. Вы выдали его дирдирам. Вы должны дать мне ответ.
Вудивер начал пыжиться, но Рейт бесстрастно констатировал:
— Никаких драм, и не надо больше болтовни. Вы передали Анахо дирдирам. Теперь я хочу, чтобы вы его спасли.
— Невозможно, — заявил Вудивер. — Даже если бы я этого и захотел, то ничего не смог бы сделать. Он в Стеклянном Доме, разве вы этого не слышали?