Выбрать главу

— А кто обеспечивает связь между Урией и Службой Безопасности?

— Совет. Три человека и урианин.

— Ты работаешь на них?

Она вздрогнула.

— Ни на кого я не работаю, Джордж. Просто они попросили меня встретиться с тобой и предупредить, что будет, если ты попытаешься покинуть Урию.

— Зачем ты согласилась? — резко спросил Корсон.

— Затем, что если ты это сделаешь, то утратишь свою личность, у тебя будет совсем другое будущее и ты никогда не встретишь меня…

Губы ее дрожали.

— Положим, это личная причина, — настаивал Корсон. — А зачем я нужен Совету?

— Мне этого не сказали. Кажется, они считают, что ты понадобишься Урии. Говорили о какой-то грозящей планете опасности, и будто бы только ты можешь ее предотвратить… Я не знаю почему.

— А я, кажется, догадываюсь. Ты можешь отвести меня к ним?

— Это не так-то просто. Они живут через триста лет в будущем, а сама я не умею путешествовать во времени.

10

Корсон с трудом прервал затянувшееся молчание.

— Ты хочешь сказать, что явилась из такого далекого будущего?

Девушка кивнула.

— И какую же миссию собирается доверить мне ваш Совет?

Она покачала головой. Ветер взметнул ее темные волосы.

— Никакой. Они только хотят, чтобы ты оставался здесь.

— И мое присутствие может предотвратить катастрофу?

— Кажется, да.

— Это обнадеживает. Значит сейчас, пока мы с тобой тут беседуем, никто ни за что не отвечает на этой планете?

— Не совсем так. Совет наблюдает за отрезком времени чуть более семи веков. Это немного. На других планетах есть советы, которые контролируют тысячелетия.

— Ну что ж, по крайней мере сохраняется преемственность власти, — усмехнулся — Корсон. — А как же ты вернешься в свое время?

— Не знаю, — сказала она. — Ты должен что-нибудь придумать.

Корсон присвистнул.

— Как мне, однако, доверяют. Но теперь я знаю, что у нас есть хоть что-то общее: мы оба затерялись во времени.

Антонелла взяла его за руку.

— Я не затерялась, — прошептала она. — Пойдем. Уже вечер.

Молча, опустив головы, они направились к флаеру,

ожидавшему их на песке.

— Одно могу сказать наверняка, — произнес Корсон. — Если все, что ты тут наговорила, правда, то уж не знаю как, но я попаду в будущее и там тебя встречу, и это случится до нашей встречи здесь. Тоща ты увидишь меня в первый раз, а я тебя — во второй. Я буду говорить непонятные для тебя вещи. И вот тоща, может быть, я разберусь во всей этой немыслимой путанице.

Корсон опустился в кресло, откинул голову и тут же уснул, а флаер скользил к величественной пирамиде воздушного города, лилового в лучах заходящего солнца…

11

Его разбудили крики, скрежет, топот множества сапог и звон оружия. Чей-то злобный голос отдавал короткие команды. Было темно, как в чернильнице. Флаер качало. Корсон повернулся к Антонелле, не различая ее лица в кромешной тьме. Собственный голос показался ему приглушенным.

— Что, авария?

— На нас напали. Я ничего не предвидела, только темноту, а я не знаю, что это значит.

— А что будет дальше?

— Я не знаю. Темно… — повторила она с отчаянием в голосе.

Он протянул руку и слегка коснулся плеча девушки, пытаясь подбодрить ее. Но в этой вязкой темноте они были бы бесконечно далеки друг от друга, даже если бы обнялись.

— У меня есть оружие, — шепнул он ей на ухо.

Привычным движением выхватив лучевой пистолет, даже не прицеливаясь, Корсон нажал на спуск. Но вместо ослепительного серебристого луча из ствола вырвался лишь слабый фиолетовый свет, рассеявшийся на расстоянии двух ладоней. Нет, это не просто темнота. Похоже на какое-то энергетическое поле, поглощающее и свет и любое другое излучение. Он ощутил неприятный зуд — как будто все клетки его тела пытались разорваться.

Обрушился громовой голос, такой мощный, что Корсон содрогнулся: казалось, эти раскаты доносятся из далекой-далекой пещеры.

— Не стреляйте, Корсон! Мы друзья!

— Кто вы, назовитесь! — откликнулся Корсон. Его крик прозвучал слабо и тонко, словно писк крошечного радиопередатчика.

— Полковник Веран, — ответил голос. — Вы меня не знаете, но это неважно. Закройте глаза, мы снимаем экран!

Корсон спрятал оружие и сжал в темноте пальцы Антонеллы.

— Делай, что си велел. Эго имя тебе что-нибудь говорит?