Но ведь там шла — или идет? — война. Корсону очень не хотелось брать туда Антонеллу, Но и оставлять ее здесь нельзя. Он не знает на этой планете места, где мог бы оставить ее в безопасности…
Покончив с едой, он собрал пустые банки, пакеты и стал искать, куда бы их выбросить. Нашел маленький люк и, подняв крышку, услышал в черной глубине шум воды. Что ж, по крайней мере, он не оставит здесь заметных следов своего пребывания. Хотя если в здании установлена хоть какая-то сигнализация, эти предосторожности просто смешны.
Корсон решился.
— Мы отправляемся в Эргистаэл, — объявил он, показав Антонелле записку. — Не знаю, что нас там ждет. Нс уверен даже, что мы туда доберемся.
Он думал, что девушка испугается или удивится, но она осталась спокойной — просто ждала, что он скажет или сделает дальше. Похоже, она мне полностью доверяет, с горечью подумал Корсон. Это было хуже всего.
Он привлек ее к себе и поцеловал.
Они вместе вышли из здания и направились к гиппрону. Корсон подсадил Антонеллу и помог ей застегнуть ремни, потом уселся сам. Поколебался мгновение: ну что за нелепость — крикнуть «Эргистаэл», словно адрес таксисту.
Он откашлялся и неуверенно произнес:
— ЭРГИСТАЭЛ!
И мир вокруг них снова изменил форму и цвет.
17
Они вынырнули над огромной равниной, окутанной клубами дыма. Ярко-розовое небо рассекали пульсирующие вспышки, придававшие пейзажу нечто зловещее. На горизонте, за цепью невысоких гор, четко вырисовывавшихся на фоне неба, вздымались три столба огня и копоти.
Гиппрон быстро снижался. Уже можно было разглядеть снующих внизу блестящих насекомых. Всмотревшись, Корсон с изумлением узнал рыцарей в сверкающих латах на закованных в железо лошадях. Выставив вперед копья, они атаковали заросли высокой травы. Вдруг по зарослям словно пронесся ветер. Из травы поднялись индейцы, впереди всех — вождь в высоченном уборе из перьев. Испуская гортанные вопли, они натянули луки и послали тучу стрел. Кони заржали, поднялись на дыбы, все смешалось, но гиппрон, снижаясь по наклошюй, уже оставил схватку в стороне. Внезапно в воздухе перед ними рассыпался почти невидимый пучок лучей, и гиппрон снова совершил прыжок во времени и пространстве. Горы чуть сместились, а равнина на этот раз оказалась пустынной и изрытой кратерами. Откуда-то доносился непрерывный тяжелый гул. Небо по-прежнему было ярко-розовым.
В нескольких сотнях метров Корсон заметил какое-то движение: казалось, там медленно ползет целая гора. Только геометрически правильная форма говорила о том, что это все-таки машина. Танк, самый огромный из всех, какие Корсону доводилось видеть. В самой середине его корпуса зияла воронка, вроде тех, что усеивали равнину. Но нет, это был обман зрения. Танк полз к небольшому холму — там, похоже, находились какие-то укрепления, а может быть, это тоже была машина. Привязанный к гиппрону, Корсон чувствовал себя отвратительно беспомощным и беззащитным. Он предпочел бы вновь ощутить под ногами землю й поискать убежища самому — пусть даже на этой перепаханной равнине. От холма отделился вращающийся черный диск с острыми как бритва краями и, со свистом разрезая воздух, понесся к танку. Описав замысловатую кривую, он врезался в броню, как циркулярная пила в ствол дерева. Взметнулся сноп искр. Диск взорвался, не причинив танку особого вреда. Лишь блестящий рубец остался на том месте, где от удара обнажился металл. Неуязвимый танк по-прежнему полз вперед.
Вдруг неровная поверхность земли дрогнула и расступилась, проваливаясь под его тяжестью, словно волчья яма. Танк накренился и выбросил стальные манипуляторы, пытаясь уцепиться за противоположный край расщелины, но тщетно. Затем попытался дать задний ход, забуксовал, медленно, но неуклонно сползая по склону. В его бортах открылись люки, и оттуда посыпались человеческие фигурки в маскировочных комбинезонах, менявших окраску под цвет местности. Задержавшись, несколько из них швырнули в ловушку гранаты. В яме полыхнули взрывы, взметнулся столб огня и повалил черный дым. Края осели еще больше. Но склон был слишком крутым и скользким, чтобы танк смог выбраться. Он замер, судорожно дернулся и вдруг опрокинулся, застряв между краями западни. Двигатели, до сих пор работавшие бесшумно, отчаянно взревели и смолкли. Еще несколько солдат выскочили из танка и присоединились к остальным, карабкавшимся по склону. Из холма брызнули фонтаны огня. Ракеты взорвались вокруг танка, покрыв равнину сплошным огненным ковром, в котором люди сгорали в мгновение ежа. Уцелевшие спасались, ныряя в воронки.