— Полковник Веран, — поправил тот.
— Как и вы, полковник! Я не имею ни малейшего желания возвращаться в Эргистаэл и жить нескончаемой идиотской войной. В этом есть смысл, не правда ли?
— Вы думаете, — медленно произнес Веран, с нажимом выговаривая каждое слово, — что воевать за Эргистаэл бессмысленно? Что там нечего завоевывать, в Эргистаэле?
— Мне так кажется.
— Вы слишком логичны. Когда противник хочет заставить вас поверить, что собирается предпринять какой-то маневр, он позаботится о правдоподобных причинах. Он укроется за ними, но сделает совсем другое. А вы останетесь в дураках.
— Хотите чтобы я расплакался? Что я всего лишь несчастный, потерявшийся в пространстве и времени, похищенный в Эргистаэле каким-то работорговцем и перепроданный банде фанатиков?
— Послание, — напомнил Веран.
Корсон положил руки на стол и попытался расслабить мускулы.
— Вы говорили, — продолжал полковник, — что передали его через уриан. Сожалею, но я его потерял. Вы не могли бы мне его напомнить?
— Я назначал вам встречу здесь, полковник. И объяснял, как выбраться из Эргистаэла. Я…
— Точнее, Корсон! Слово в слово.
Корсон пристально глядел на свои руки. Ему показалось, что кровь отхлынула от пальцев, и ногти сделались белыми как мел.
— Я забыл, полковник.
— Скажите лучше, что и не знали, Корсон, — процедил Веран. — Вы еще ничего мне не посылали. Если бы вы работали на кого-то, кто отправил письмо от вашего имени, вы помнили бы его наизусть. Это письмо принадлежит вашему будущему, а я совсем не уверен, что могу доверять вашему будущему.
— Допустим, вы правы, полковник. Но это значит, что в будущем я окажу вам большую услугу. Вы понимаете, что это значит?
Повисла тишина. Затем, глядя на Корсона, Веран произнес с ноткой раздражения:
— Я не могу вас убить. Во всяком случае, до того, как вы отправите послание. Но меня беспокоит другое. Я не убиваю ради удовольствия. Плохо то, что вас невозможно запугать. Вот это мне совсем не нравится. Я не люблю использовать людей, которых не понимаю и которые не боятся меня.
— Пат, — Корсон заставил себя улыбнуться.
— Пат?
— Слово из древней игры в шахматы, обозначающее ничью.
— Я не игрок, — сказал Веран. — Слишком люблю выигрывать.
— Это не азартная игра. Скорее что-то вроде упражнения в стратегии.
— Вроде Kriegspiel? И время как неизвестное?
— Нет, — сказал Корсон. — Без времени.
Веран коротко хохотнул.
— Слишком просто. Меня бы это не заинтересовало.
Время, думал Корсон. Самый безупречный механизм.
Меня защитит письмо, которое я когда-нибудь, вероятно, отправлю, хотя еще его не знаю, а час назад даже не подозревал о нем. Я иду по своим следам, сам о том не догадываясь, но спасет ли это от ловушек?
— А что будет, если меня убьют и я не успею отправить письмо?
— Вас слишком беспокоит философия. Откуда мне знать? Возможно, послание отправит кто-то другой. Или это будет другое послание. Или я вообще ничего не получу, останусь в Эргистаэле и меня изрубят в куски. — Он широко улыбнулся, и Корсон вдруг увидел, что у него нет зубов, только заточенные полоски белого металла. — Может быть, там я уже пленник, или даже хуже.
— В Эргистаэле умирают ненадолго.
— И это вы тоже знаете?
— Я же говорил, что был там.
— Худшее, — сказал Веран, — это не оказаться убитым. Худшее — это проиграть сражение.
— Но вы уже здесь.
— И хочу здесь остаться. Когда жонглируешь множеством вероятностей, главным становится настоящее. А его узнаёшь более или менее быстро. У меня появились совершенно новые возможности, и я хочу ими воспользоваться.
— Значит, вы все-таки не можете меня убить, — сказал Корсон.
— А жаль, — осклабился Веран. — Не ради убийства. Просто из принципа.
— Вы даже не можете задержать меня. Когда я захочу уйти, вам придется меня отпустить, чтобы я смог отправить письмо.
— Я составлю вам компанию, — заявил Веран, но Корсону показалось, что уверенность полковника слабеет.
— Тогда я ничего не смогу вам отправить.
— Я вас заставлю.
Корсону вдруг пришел в голову вопрос, после которого спор становился бессмысленным. Он нащупал слабое место в рассуждениях Верана.
— Почему бы вам не отправить послание самому?
Полковник покачал головой.
— Вы, кажется, вздумали шутить? Эргистаэл — на другом конце Вселенной. Я даже не знал бы, куда его адресовать. Без переданных вами координат я никогда не нашел бы эту планету. Даже за миллиард лет. К тому же, теория неубывающей информации…