– Теперь я понимаю, почему тебя выбрали главой Ковена,– улыбнулся я, когда через пару минут такого "ремонта" ведьма стояла передо мной, как новенькая. – И так можно излечить любые раны?
– Почти…– отмахнулась Агриппа.– Что с Красовской?
– Не знаю!– вдвоем мы подошли к одиноко лежащей на бетонном полу Яне. Ее грудь еле заметно поднималась в такт дыханию. Можно было подумать даже, что она просто прилегла поспать и сейчас откроет глаза бодрая и веселая, и мы забудем эту историю, как страшный сон.
– Ей совсем плохо!– покачала головой Агриппа, прикасаясь к ее холодной, как лед руке.– Дворкин, ты уверен, что сделал правильный выбор?– подняла она на меня свои карие внимательные глаза, ища в них ответ на свой незаданный вопрос. Глава Ковена считала, что мы должны были убить Яну, так считали все вокруг, но я не мог, не мог отдать подругу на растерзание. Может это стало для меня навязчивой идеей, может я был неправ сто тысяч раз, но иначе не получалось. Как все это было объяснить колдунье, все что творилось у меня на душе каждую ночь, когда я не мог уснуть, делая нелегкий выбор?
– Может и неправильный, зато честный.
– По отношению к кому?– нахмурилась чародейка.– К ней или ко всем людям?
– Агриппа…
– Ты спасаешь ее, хотя знаешь, чем все это закончится…Мы все умрем! Только мы втроем умрем первые, приняв бой с князем Тьмы! Это единственное, что утешает, что наша компания не будет ходить по городу со стеклянными глазами, механически, с упрямством робота выполняя указания дьявола! Но есть альтернатива…Убить одну, чтобы спасти миллиарды, чтобы больше никто не погиб, и он не вернулся! Или у тебя есть другой план? Поделись тогда!
– Плана нет…
– Тогда какого черта, Дворкин!– заорала ведьма, со всего маху залепив мне оглушительную звонкую пощечину.– Какого черта мы не дали ее убить инквизиции!
– Она наша подруга…– осторожно заметил я, даже не пытаясь защищаться от нападок разъяренной колдуньи.
– Какая на хрен подруга! Ты хоть понимаешь, что завтра мир исчезнет только из-за того, что ты не можешь убить свою подругу!– удары сыпались на мое лицо и меня один за другим. Маленькие кулачки совсем не по-женски били меня в грудь, совсем забыв, что владеют магией.– Ты кретин, Дворкин!
– Может быть…– пожал я плечами, отходя к Яне.
– Идиот!– донеслось мне в след. Агриппина остыла, тяжело выдохнула, приводя расшалившиеся нервы в порядок.– Плана точно нет?
– Нет…Кроме, как героически погибнуть в схватке с всемирным злом,– пожал плечами я, вытирая носовым платком капли пота, выступившие на лбу журналистки.
– Впрочем, как всегда! Чему я удивляюсь?! – хмыкнула ведьма. Первый порыв злости прошел, осталась лишь горькая обреченность.
– Нам всегда везло! Может повезет и сейчас?– предположил я, вставая с колен.
– Только поэтому я здесь!– отвернулась Агриппа.– Потому что тебе всегда везет, Дворкин… Теперь, что у нас из минусов…За нами по всему городу охотится инквизиция, передвигаться из-за того, что Яна без сознания мы не можем, осталось два дня до прихода сатаны в наш мир…Я ничего не упустила?– с ехидством уточнила колдунья, прищурившись.
– Есть и плюсы,– осторожно заметил я.
– Да? Это какие же?!
Но как я не ломал голову ничего положительного в нашей кошмарной ситуации не нашел. Чародейка была права. Как не крути, а мы были в полной…В общем выхода не было. Оставалось лишь только смириться и попытаться найти шестой маяк!
– Как ты думаешь, что означает подсказка Митусова?– попытался перевести разговор на другую тему. "Он жив!" О ком эта надпись? О сатане или самом Митусове?
– Я не знаю,– зло выдохнула Агриппина,– ты же у нас главный специалист по загадкам…Вот и думай…
Она отошла от нас с Яной задумчиво глядя в разбитое окно. За ним шумели деревья, покачиваясь под несильными порывами ветрами. Капал мерзкий мартовский дождик, изредка срываясь на снег. Место было абсолютно незнакомое. В этом районе Харькова я точно никогда не был. Подойдя поближе к подруге, я осмотрелся. Нужно было для начала определить наше местонахождение.