КЛЭЙ И БАРТОН ошеломленно замерли у стены, а Кертлин стоял в центре помещения рядом со стальным столом на колесиках, на котором лежала длинная фигура, накрытая белой тканью. При виде этого, а также властных черных глаз Чарльза все присутствующие замолчали, и в комнате воцарилась тишина.
— Тело Стивена Кингли находится здесь, рядом со мной, — заговорил ученый резким голосом, — и я хочу, чтобы небольшое число из вас лично убедились в том, что Кингли действительно мертв. Но не должно быть ни давки, ни беспорядка, иначе вам всем придется покинуть эту комнату.
Один высокий, долговязый мужчина шагнул вперед.
— Я полагаю, вы не возражаете, если я посмотрю на тело? — спросил он.
— Вовсе нет, доктор Хелм, — быстро ответил Кертлин. — И поскольку я вижу здесь докторов Брауна и Леонарда, они тоже могут посмотреть, если хотят. Вы все компетентны в медицине и все знали Кингли в лицо.
Он протянул руку и откинул простыню, которой было закрыто тело на передвижном на столе. У всех вырвался невольный вздох — перед ними лежало тело Кингли со всеми признаками смерти и разложения. Комнату наполнил резкий запах незнакомых химикатов.
— Это Кингли, все в порядке, — сказал Хелм, бросив взгляд на мертвенно-бледное лицо, и Браун с Леонардом кивнули. Врачи склонились над телом, а затем Хелм выпрямился. — В осмотре нет необходимости, доктор Кертлин, — добавил он. — Я полагаю, что каждый присутствующий в этой комнате видит, что Кингли мертв, и мертв уже несколько месяцев.
— Да, мертв, — подтвердил доктор Леонард, тоже выпрямляясь. — Если я правильно помню, он умер от сердечной недостаточности?
— Да, — кивнул Чарльз. — Итак, все уверены, что Кингли мертв? Мистер Тодд, не хотели бы вы развеять свои сомнения?
В ответ на издевательский вызов Кертлина раздался смех, но Питер все-таки подошел к столу.
— Не возражаете, если я это сделаю? — тихо сказал он, глядя на лежащее перед ним тело.
Когда он отступил, ученый снова накрыл труп простыней.
— Сейчас я отвезу тело обратно в лабораторию и подвергну его лучевой обработке, — заявил он. — Когда я закончу, вы узнаете об этом, но пока я этого не сделаю, здешняя охрана не позволит никому проникнуть на нижний этаж.
Хелм и Леонард шагнули вперед, собираясь ухватиться за край стола, но Кертлин решительным жестом велел им отойти.
— Полицейских помогут мне спустить его вниз, — сказал он медикам.
Затем биолог подал знак двум полицейским, и они, ухватившись за легкий стальной столик с обоих концов, направились с ним к лестнице, ведущей вниз. Кертлин последовал за ними, и вскоре эти двое вернулись и заняли свое место среди остальных стражей порядка, охранявших дверь, ведущую на лестницу. Через мгновение раздались щелчки открывающейся и закрывающейся стальной двери, и в комнате снова раздались возбужденные голоса.
— Тодд, ты сам видел! Это был Кингли, мертвый! Точно такой же, как вчера вечером, когда мы видели его в лаборатории, — продолжил убеждать своего друга Фарли.
— Это был Кингли, и он был мертв, да, — ответил тот.
— Тебе придется поверить, если он сделает это в третий раз — придется!
— И что он там делает? — с благоговением в голосе спросил репортер, стоявший рядом с ними. — Послушайте!
Снизу послышалось ровное урчащее гудение, которое быстро переросло в громкий вой, похожий на звук работы огромной динамо-машины. Вскоре к нему присоединилось ровное жужжание.
— Он делает это! — пробормотал еще один журналист. — Возвращает труп к жизни! Боже мой, мы что, все спятили?!
— А что вы скажете, мистер Клэй? — спросил кто-то у одного из двух мужчин, стоявших у стены с непроницаемыми лицами. — Не могли бы вы или мистер Бартон дать нам какое-нибудь представление об общей природе метода Кертлина?
— Я ничего не знаю, абсолютно ничего! — отозвался Говард Клэй, и его руки задрожали.
— Послушайте, что говорят снаружи! — воскликнул Фарли. — Они там с ума сходят, ожидая новостей!
Глухой гул голосов, доносившийся с улицы, перекрывал вой и жужжание, идущие снизу. Минуты пролетали незаметно. Джерри заметил, что у него у самого дрожат руки, но выражение лица Тодда не изменилось.
— Кертлин говорит, что собирается разрушить свой механизм, как только все это закончится, — сказал кто-то еще. — Если он этого не сделает… да поможет тогда человечеству Бог!
— Слишком поздно, — ответили ему. — Рано или поздно у него каким-нибудь образом выведают секрет его метода.
— Слушайте! — воскликнул еще один репортер. — Шум внизу прекратился!
Вой и жужжание и правда внезапно стихли, но затем так же внезапно возобновились. Прошло еще несколько мгновений…
— Опять тихо! Я ничего не слышу оттуда, снизу… — зашептались журналисты.
Фарли увидел, что лицо стоящего рядом с ним доктора Хелма стало мокрым от пота.
— Почему, во имя всего святого, он не закончит операцию, если может это сделать? — побормотал Хелм. — Это невыносимо…
Он замолчал, и в комнате воцарилась мертвая тишина. Снизу донесся ряд неясных звуков, которые невозможно было распознать. А затем, через несколько мгновений, раздался щелчок открывающейся двери и медленные шаркающие шаги на лестнице.