Взгляд птицы, усевшейся напротив, был проницательным, и в нем я уловила искорку разума, словно она была наделена разумом. Не дожидаясь дальнейших действий, я осторожно протянула руку, намереваясь установить контакт, несмотря на охвативший меня страх.
В ответ птица отшатнулась и, взмахнув крыльями, скрылась в густой листве.
Внутри меня поселился дикий трепет, ужас, перемешанный с восторгом. Если здесь обитают столь неведомые человеческому глазу создания, то что еще ждет меня впереди?
Я продолжила путь, руководствуясь зрительной памятью. Меня забросило довольно далеко от рек. Несмотря на их обилие, они встречались не на каждом шагу, и главной целью сегодняшнего дня было добраться хотя бы до одной из них.
Я никогда не была бойскаутом, не проходила специальных курсов выживания в дикой природе. В моем распоряжении была лишь сила духа и воспоминания о телепередаче "Да треснет пламя", где группа бодибилдеров строила убежища из веток и листьев и готовила свежую добычу на костре в каком-то лесу.
Мы смотрели эту передачу вместе с Элеотом в те дни, когда ни у него, ни у меня не было сил ни на что, а мне просто хотелось побыть рядом. Сейчас эти воспоминания кажутся нереальными, словно тот Элеот, которого я знала до всего этого, был лишь призраком.
Я обучена рукопашному бою. Нестандартное умение для обычного юриста, но обычной я никогда и не была. Программа самообороны стала вынужденной мерой после открытия моего дара. Сдерживать его было сложно, чтобы не выжигать людей, поэтому сестра и приемная мать записали меня туда.
«- Клин-клином вышибают, дорогая, - распиналась Изольда, новая жена отца. – Сейчас ты куксишься и делаешь это ужасное выражение лица, недостойное нашей фамилии, а потом скажешь спасибо.
Я кивнула, опустив голову. Мой мир изменился, мне запретили общаться с друзьями из школы, все видели во мне угрозу, а дар считали проклятием. В свой шестнадцатый день рождения я ждала подарков и веселой вечеринки, а получила лишь закрытый храм и ритуальные фразы. Из меня пытались изгнать проклятый дар, но бог Торуа отказался принять его обратно.
- Когда я выходила за твоего отца, он не предупредил меня о таком огромном дефекте, - Изольда поджала губы и подтолкнула меня, чтобы я ускорилась. – Мои друзья из нашего сообщества уже шепчутся, что я опустилась в их глазах. Драные курицы!
Я отгородилась от ее слов и вспомнила ужас в глазах Томми, моего лучшего друга, когда я случайно задела его своим даром, разозлившись на "матушку".
- Ходят слухи, что регулярные спаринги помогают контролю!»
Встряхнув головой, я отогнала воспоминания. Друзья детства и даже "матушка" остались в прошлом, настолько далеком, что казались не прошлой, а позапрошлой жизнью. Те курсы самообороны были единственным хорошим поступком, что Изольда сделала для меня. Я действительно научилась контролировать свой дар, но не благодаря изматывающим тренировкам, а с помощью тренера, который тоже был одарен.
Внезапный звук ломающихся веток прервал тишину, металлические браслеты вновь до боли нагрелись. Дрожь пробежала по телу, и я ощутила, как кровь горячей волной хлынула по венам. Звук был настолько громким, что издать его могло лишь существо невероятных размеров.
Необычный звук приближался, и чем ближе он становился, тем сильнее меня охватывал леденящий душу ужас – чавканье. Отчаянно оглядываясь в поисках спасения, я изучала кроны деревьев, надеясь найти путь к отступлению. Но все казалось безнадежным. Избежать неминуемой встречи с опасностью было невозможно.
Наконец, из-за кустов показалась зверушка, с хрустом пожирающая что-то маленькое, напоминающее зайца. Рассматривать несчастную жертву у меня не хватило смелости – внимание приковали яркие, злобные голубые глаза хищницы и капли крови, стекающие с огромных клыков на землю. Зигранская пума, приоткрыв пасть в жуткой ухмылке, аккуратно положила тушу на землю и утробно зарычала.
Очень недобрый знак.
В этот момент плотная завеса деревьев словно расступилась, пропуская луч солнца, который выхватил из тени лесную кошку – дикую и, судя по всему, все еще голодную. Она медленно приближалась, впиваясь когтями в землю с каждым шагом. Жажда крови читалась во всей ее хищной сущности. Она почти настигла свою добычу.
Шаги замерли на мгновение, и пума издала оглушительный рев – пронзительный, свирепый, вселяющий первобытный ужас. Вырвавшись из оцепенения, я бросилась вперед, отчаянно пытаясь обойти хищницу. Кошка мгновенно бросилась в погоню, лишь слегка задев меня когтем, но заставив вскрикнуть от боли. Обжигающая рана на плече, благодаря адреналину, отступила на второй план.