– Анджей, поднимитесь и заходите сверху, там почище. Со стороны Солнца пыль отжимает в облако, там более плотный поток, а со стороны Юпитера пыль разлетается быстрее, там есть лакуны, через которые можно попытаться войти.
– Над плоскостью эклиптики?
– Нет, вверх от Солнца, Солнце низ.
– А, понял, спасибо за совет.
– Давай! Удачи вам и держитесь, если что, старайтесь сразу вылететь наружу, а тут мы вас побререм.
Патрульный корабль пристроился рядом с границей облака и выровнял скорость. Казалось, половина пространства просто задернута каким-то темным пологом. С одной стороны ярко горели звезды, а с другой едва-едва пробивалось далекое Солнце, и то время от времени его перекрывали темные тени. На локаторах картинка была другая, расширяющаяся граница облака была похожа на бущующее море, из которого вырывались и рассеивались в космосе длинные языки из пыли и камня.
– Есть проход, но скоро закроется, – доложила Сандра.
– Идем внутрь, всем на радарах смотреть по сторонам, мелочь мы выдержим, главное под большие осколки не попасть, – распорядился Ковальски.
Пилотам на шлемы передавалась реальная трехмерная картинка со всех сторон, искусственный интеллект корабля обрабатывал всю поступающую внешнюю информацию и преобразовывал ее в удобный визуальный ряд. Корабль мягко пошел в облако, пилоты маневрировали, уклоняясь от больших камней. После трех недель перегрузок мягкость и неторопливость полета казалась совершенно безопасной. Но тут по обшивке замолотили камни. Небольшой рой налетел с левого борта, и пилот дал импульс маневровыми, выравнивая боковую скорость с потоком. Что-то ударило в передний щит, но пока он выдерживал «обстрел», отклоняя набегающий поток в стороны.
– Никто не задавался вопросом, удастся ли обломкам собраться обратно в планету? – спросила Сандра, воспользовавшись паузой, возникшей в кабине.
– Я спрашивал у Лео, – сказал майор. – Если бы ядро уцелело, большая часть фрагментов упала бы обратно. А так как общее гравитационное поле исчезло, сейчас они все разлетаются в разные стороны. Что-то может собраться вместе, но пока у них разные массы и скорости, так что в основном они бьются, дробятся и дефрагментируются, после чего их раскидывает еще больше. Когда они разлетятся подальше друг от друга, то, возможно, начнут притягиваться обратно. Но тогда на них большее влияние будут оказывать Солнце и Юпитер, растаскивая их все больше.
– Они не соберутся вместе, – влез в разговор Сафар. – Будет большой новый пояс астероидов, более плотный и более опасный, чем старый. Луна, Земля, Венера, все будет бомбардироваться метеоритами. Космические полеты станут во много раз опаснее, чем сейчас. Вероятность попасть под поток камней многократно возрастет. Спутники будут сноситься с орбит. К тому же, чем ближе к Солнцу, тем больше будет скорость.
– Безрадостная картина, – заметила Сандра. – И что же делать землянам?
– В космос выходить, – откликнулся Сафар. – Я так считаю, сейчас, пока есть время, надо срочно создавать колонии вне плоскости эклиптики и расселять туда людей. Если на Землю упадет хотя бы один крупный астероид, это будет катастрофа.
– Сам же говоришь, полеты станут опасны, снабжаться они как будут? – спросил Ковальски.
– А пусть на самообеспечение переходят, – отмахнулся Сафар. – База летит в сотнях световых лет отсюда и сама себя обеспечивает. Выдолбят астероид, заселят, заполнят воздухом и пусть живут. Тут Солнце рядом, свет и тепло будут.
– Сколько лет уйдет на подготовку первой колонии, скорее остатки Марса до Земли долетят, нереально, – отвергла предложение Сафара Сандра.
– У меня брат строитель, он готов хоть завтра набрать команду и улететь на астероиды, – убежденно сказал Сафар. – И таких людей много, они понимают, что на Земле могут погибнуть.
– Он разве не участвует в беспорядках? – спросил майор.
– Что, если араб, то должен обязательно бегать по баррикадам в шлепанцах и кричать «Аллах акбар!», – обиделся Сафар.
– Да нет, конечно, не принимай на свой счет, – улыбнулся майор.
Пилоты увернулись от крупного осколка, и корабль вылетел на относительно чистое пространство. Пыли здесь было значительно меньше, да и мелкие куски почти все улетели на край облака. Большие скалы, медленно вращаясь, шли одним потоком, постепенно расходясь в стороны.