В бухте Сент-Люсия Феруэлл и его товарищи пытались высадиться на сушу, но шлюпка перевернулась в полосе прибоя, и четверо из находившихся в ней утонули. Только руководителям экспедиции — Феруэллу и Томпсону — удалось достигнуть берега. Первого спас искусный пловец Джекоб. Несмотря на это, раздосадованный Томпсон сорвал свой гнев на африканце, ударив его по лицу. Возмущенный Джекоб покинул англичан, ушел в глубь страны и достиг двора Чаки, который оставил его у себя.
Теперь, когда в ставку зулусского короля прибыли первые англичане, Чака использовал Джекоба в качестве толмача. Феруэлл опасался, что оскорбленный африканец попытается использовать свое положение и отомстить англичанам, в которых он имел все основания видеть врагов и мучителей. Однако ничего подобного не произошло, Джекоб исполнял свои обязанности честно и добросовестно. Чака же отнесся к англичанам самым дружелюбным образом.
Суровый повелитель зулусов больше всего ценил в людях мужество и самоотверженность. Он еще раз доказал это позднее, когда в его ставку неожиданно прибыл четырнадцатилетний шотландец Джон Росс. Росс находился на борту брига «Мэри», который в октябре 1825 года потерпел аварию при попытке войти в гавань Порт-Наталь. Среди высадившихся на берег моряков начались болезни, а лекарств у них не было. Ближе всего медикаменты можно было достать в португальском поселении в бухте Делагоа (Мозамбик), и туда за ними отправили Джона Росса. Ему предстояло пройти около 650 километров. Участок от Порт-Наталя до Булавайо был наиболее легким — в стране зулусов существовали по крайней мере пешеходные тропы. За ее пределами мальчик должен был пробираться по лесистой местности, изобилующей дикими зверями. К тому же после войн, опустошивших эту область, по ней бродили шайки разбойников.
Чака изумился храбрости подростка. Он был уверен, что шотландца ждет верная гибель, и предоставил Россу охрану из двух рот отборных воинов, а также подарил десять пар слоновых бивней для менового торга с португальцами, на отзывчивость которых не надеялся. Кроме того, он послал вперед гонцов с приказом снабдить отряд продовольствием и быками на убой. Наконец, Чака сам разработал маршрут экспедиции и дал инструкции командиру охраны.
Так экспедиция, впервые проложившая путь по суше из Дурбана в Делагоа, превратилась в англо-зулусскую или зулусско-английскую. Благодаря помощи Чаки юный шотландец выполнил поручение. Вернувшись в Булавайо, он с благодарностью сообщил об этом Чаке, подчеркнув, что своим успехом всецело обязан ему.
«Нет, не так, дитя белого человека, — ответил растроганный король. — Мое сердце согрела твоя храбрость. Именно она заставила меня дать тебе подходящий щит и копье, бея которых твоя попытка была бы безнадежной. Зная, какие опасности подстерегают тебя, как мог я допустить, чтобы ты шел дальше один? Сердце мое истекло бы кровью, ибо, хотя смерть множества обыкновенных людей оставляет меня равнодушным, гибель одного смелого мужчины для меня горе. А ты теперь мужчина, хоть и с телом мальчика».
Характерно, что даже в наше время, после многих десятилетий колониального гнета, зулусы славят друга Чаки — Джона Росса как героя.
Для нас в этой истории интересны не только героизм Росса и благородство Чаки. Англо-зулусская экспедиция показала, какими большими географическими познаниями обладал неграмотный зулусский король, и к тому же имела определенные практические последствия. Маршрут экспедиции был разработан Чакой чрезвычайно удачно, в настоящее время почти рядом с путем, по которому некогда двигались Джон Росс и его зулусская охрана, проходит шоссе из Дурбана в бухту Делагоа через Свазиленд.
В 1828 году была организована еще одна англо-зулусская экспедиция с целью установления регулярной связи между государством Чаки, Капской колонией и Великобританией. К этому времени плотник с погибшего брига «Мэри» соорудил из его обломков шхуну. 30 апреля судно, названное в честь зулусского короля, покинуло Порт-Наталь, имея на борту Феруэлла и других англичан, а также посольство Чаки к английскому королю Георгу IV. В состав посольства входили зулусские сановники Сотобе, Мбозамбоза, Пикваан и толмач Джекоб, получивший у зулусов прозвище Пловец. Чины посольства намеревались вести переговоры с английским губернатором Капской колонии, а затем уже отправиться ко двору Георга IV.
4 мая шхуна прибыла в Порт-Элизабет, где была задержана местными английскими чиновниками. Они конфисковали «Чаку» на том основании, что судно не числилось в регистре. В августе 1828 года посольство вернулось в Порт-Наталь, ничего не достигнув.
Вскоре после того Чака был убит. Попытки его установить дружественные отношения с европейцами, приобщить свой народ к их высокой культуре умерли вместе с ним. Колонизаторы — как бурские, так и английские — повели враждебную политику по отношению к зулусскому государству. В дальнейшем оно было разгромлено английскими войсками.
В таких условиях не могло быть и речи о совместных географических исследованиях. История открытия Африканского материка есть история не только героических свершений, но и упущенных возможностей.
Глава четвертая
«ВОТ ИНДИЯ»
Океан-объединитель
Атлантическая бездна долго разделяла народы. Если не считать короткого эпизода с викингами, не оставившего глубокого следа в истории человечества, сообщение через Атлантику стало налаживаться только в конце XV века. До этого для таких плаваний не было технических возможностей.
Индийский океан не похож на Атлантику: он не разъединяет прибрежные народы, а, наоборот, соединяет их. Еще в древнейший период жизни человечества первобытные люди смогли пройти огромный путь от Юго-Восточной Азии до Австралии, преодолевая узкие и мелководные проливы. Вдоль всего южного берега Азии и немалой части побережья Восточной Африки возможно каботажное судоходство с применением простейших плавучих средств.
Местные мореходы смогли рано оторваться от берегов и выйти в открытый океан. Сама природа снабдила их своеобразным двигателем, воспользоваться которым может каждый, кто научился управляться с парусами. Это муссоны — ветры, дующие в строго определенном направлении, а затем меняющие его на обратное словно затем, чтобы помочь мореплавателям возвратиться домой.
Вдоль южных берегов Азии проходит великий морской путь. Его прокладывали с глубокой древности египтяне, индийцы, персы, арабы, китайцы, индонезийцы. Он связывал воедино страны Восточной и Южной Азии, острова Индонезии и Филиппины, от него отходили ответвления в Африку. В начале нашей эры этот путь был освоен европейцами, что имело огромное значение для развития международной торговли и прогресса географической науки.
Колыбелью древних цивилизаций были долины рек Пила, Тигра и Евфрата, Инда, Амударьи… Археологи находят все новые доказательства торгового обмена между древнейшими цивилизациями, который осуществлялся и по морю. В развалинах дворца царей Ура в древней Вавилонии найдены остатки тика.
Откуда могло попасть это дерево сюда? Да не иначе как с Малабарского (западного) побережья Индии, где в древности тик произрастал поблизости от моря.
С незапамятных времен Индия вывозила не только сырье, но и готовые изделия, прежде всего ткани. Индийский историк Г. Мукерджи указывает, что в древневавилонском языке название «муслин» соответствовало индийскому. А это значит, что не только тик, но и ткани доставлялись из Индии в Вавилонию непосредственно по морю — в ином случае торговые посредники на суше наверняка переиначили бы это название.
Индийские изделия можно найти во многих музеях, где хранятся мумии древнего Египта. С другой стороны, в развалинах Мохенджо-Даро, древнего города в долине Инда, одного из центров культуры Хараппы, найдены украшения работы древнеегипетских мастеров. Культура Хараппы прекратила свое существование в середине II тысячелетия до н. э. Значит, обмен товарами и изделиями между долинами Инда и Нила происходил уже до этого времени.