Глава 15. Неожиданный поворот в расследовании. Тайны папиллярных рисунков. Всё это время Воронов продолжал молча разглядывать трость архивариуса и кажется совсем не интересовался происходящим вокруг. Наконец он закончил своё занятие и прикрутил на своё место бронзовую, изображающую дельфина рукоятку. ─ А скажите, де Ферлэнд, как вы узнали точное колличество спрятанных в трости ампул? ─ спросил он француза. ─ Я их сосчитал, разумеется, ─ ответил виконт не ожидая никакого подвоха. ─ Не понимаю чем вызван ваш вопрос, граф, ведь кажется я уже всё рассказал. Заподозрив, что Паркер прячет там какую-то гадость, я дождался когда он заснёт и открутив рукоять всё увидел. Вот они лежат на столе. ─ Вот именно, дорогой виконт… Мне и господину фон Хагендорфу вы сказали, что Паркер прячет в своей трости три древние ампулы из финикийского стекла. Вот я и спрашиваю вас ─ как вы узнали их точное количество? Почему именно три, а не две или пять? ─ Не понимаю какое это имеет значение! ─ удивился де Ферлэнд. ─ Естественно я вытряхнул их оттуда и пересчитал. ─ Конечно-конечно, и всё это представляется убедительным… но только на первый взгляд, ─ саркастически усмехнулся молодой граф. ─ Итак, выпив крепкого чаю с коньяком мистер Паркер задремал; вы же подкравшись к его столу взяли трость, открутили рукоятку и обнаружив тайник пересчитали ампулы. И вот отсюда, виконт, в вашем, столь убедительном рассказе начинаются, так сказать, нестыковки. Маленькие кие нестыковочки. Ведь с ваших собственных слов, дорогой наш правдолюбец, вам, чтобы не разбудить Паркера, всё приходилось делать как можно тише. А высверленная в трости полость довольно узкая и её диаметр почти не привышает ширину ампул. Они довольно плотно входят туда и извлеч их не так-то просто. Относительно легко можно вынуть лишь самую нижнюю ампулу, что вы де Ферлэнд и проделали. Извлекли её и принесли нам с бароном. Но, чтобы вытряхнуть те, которые упрятаны в глубине трости, её необходимо перевернуть и сильно постучать ею о какую-нибудь твёрдую поверхность. Тем более, что каждая ампула переложена прокладкой из хлопковой ткани. Вряд ли вы могли проделать это не разбудив мистера Паркера. Итак, виконт, я повторяю свой вопрос ─ как не вынимая и не пересчитывая эти древние склянки вы узнали их точное количество? ─ Да потому что этот мерзавец сам их туда и засунул! ─ выкрикнул мистер Паркер и тут же согнулся от сильного кашля. ─ Клянусь, это заговор, чёрт возьми! ─ Что за странные вопросы, граф? ─ возмутился де Ферлэнд. ─ Непонимаю почему вас интересуют такие ничтожные детали. Уж не хотите ли вы выгородить Паркера? Он полностью изобличён, так пусть выпьет кубок и все убедятся в моей правоте. А может быть, Ваше Сиятельство, вас задевает, что не вы а именно я успешно справился с порученной вам работой и сам разоблачил предателя?! Да, понимаю ─ не легко признать, что какой-то выскочка архивариус обошёл вас ─ русского аристократа и потомка древнего боярского рода. Только зависть недостойна благородного человека, граф! ─ растянул тонкие губы в одной из своих самых неприятных улыбок де Ферлэнд. ─ Если бы вы затратили чуть больше энергии то сами бы его разоблачили. ─ Кое в чём вы правы, виконт, ─ добродушно улыбнулся Воронов. ─ В отличие от вас ─ представителей романских народов мы люди северные и живём в куда более тяжёлых климатических условиях. Естественно это не могло не отразиться на нашем характере. Долгие, холодные зимы и обильные снежные заносы сделали нас более медлительными. Точнее сказать ─ мы не имеем природной склонности к бесконечной, обыденной суете. Ох, любим мы, чёрт возьми, полежать на тёплой печи! Тут уж ничего не поделаешь, господа, почитайте хотя бы роман «Обломов» нашего писателя Ивана Александровича Гончарова. Ему удалось неплохо отобразить типичный русский характер. ─ А я читал! ─ немедленно отозвался Струэнзе. ─ И «Обломова» и «Обыкновенную историю», а также «Обрыв» и даже «Фрегат «Паллада»». ─ Однако мы имеем привычку много думать, ─ продолжал Воронов. ─ Может быть даже непозволительно много. Да и что ещё делать бесконечными зимними ночами? А когда человек много думает, то или сходит с ума, или оттачивает свой разум до невероятной остроты. Так, что хоть нас иногда и представляют этакими простаками, обмануть русского очень тяжело. Практически невозможно. ─ И к чему эти лирические отступления, граф? ─ А к тому, любезный виконт, что хотя вы и подошли к своему замыслу со всем тщатием, собирая улики против Паркера словно нанизывая бусины на чётки, эти бусины оказались из очень не прочного, бракованного стекла. Ведь всё, абсолютно всё, что вы с таким пылом рассказывали тут о мистере Паркере, на самом деле относится к вам самому. ─ Что вы несёте?! ─ вскричал де Ферлэнд выронив карандаш из пальцев. ─ Разве вы меня в чём-то подозреваете?! Или окончательно обезумели слишком много думая бесконечными зимними ночами?! Паркер при помощи этих чёртовых ампул чуть не убил вашу воспитанницу и готовился убить нас всех! На нём лежит след тёмного причастия, не даром Паркер всякий раз корчится от боли когда проходит через нашу парадную дверь. Это многие видели и естественно могут подтвердить. ─ Несомненно, только это случилось всего один раз, ─ кивнул Воронов. ─ Что ж, вынужден признать ─ вы долго готовились и превосходно разыграли свой спектакль. Сначала вы очень точно подгадали момент, когда мистер Паркер будет вылезать из кэба, и подкараулив его перед входом изобразили преданного ученика. Вы любезно придержали дверь, а затем указали ему на якобы забрызганный грязью рукав плаща. Продолжая играть свою роль и демонстрируя столь ценимое всеми пожилыми людьми почтение вы стали оттирать плащ Паркера своим платком. ─ А ведь правда! ─ вскричал старый архивариус. ─ Всё так и было! Я ещё подумал ─ с чего у этого недоумка появилась такая щенячья преданность! ─ На самом деле, виконт, вы незаметно обрызгали одежду мистера Паркера мёртвой водой. Да-да, водой из тех самых финикийских склянок. Полагаю, что их немало у вас припрятано. ─ Вот гадёныш! Fils de pute!!! ─ снова не выдержал старик. ─ Всю эту картину наблюдал через дверь Питер, но просто не сообразил, что к чему. Таким образом, причиной того, что проходя через центральный вход Паркер почувствовал себя дурно было вовсе не тёмное причастие якобы полученное им от вампиров, а всё та же мёртвая вода. И это, де Ферлэнд, была только первая бусина на ваших чётках. Настоящую боль почувствовали тогда вы. Да-да, но зараннее ожидая подобного сумели собраться с силами и не подать виду. Именно потому что плащ мистера Паркера был облит мёртвой водой так странно повёл себя его кот Фауст. Но это была реакция не на хозяина, а на всё ту же проклятую воду. Вы, де Ферлэнд, и это предугадали заранее позаботившись о свидетелях. Вам необходимы был свидетели, поэтому вы и попросили старшего послушника Питера, а также находящегося рядом мистера Фергюсона довести Сэмюеля до кабинета. Ведь первое, что делает заходя в кабинет наш уважаемый архивариус ─ это гладит своего кота, а всем известно, что Фауст безошибочно чувствует присутствие нежити или хотя-бы её следы. Вот вторая бусина на ваших дьявольских чётках, и кому могло прийти в голову, что кот сбежал не выдержав именно вашего присутствия. И уже на следующий день, месье де Ферлэнд, выполняя приказ Красной Вампирши вы попытались убить Эльфиану. Только вашим планам помешал один непредвиденный случай. Именно в этот день из магазина месье Буланже, что на Оксфорд-стрит прибыл старший приказчик Жюль с кукольным домиком. Вы, заметив его в дверях немедленно направились к Солнышку чтобы как верный друг первым сообщить радостную весть. Но на самом деле вынашивали совсем другие планы. И здесь вы тоже всё верно рассчитали, ведь несмотря на уникальные и исключительные способности нашей девочки она всё же остаётся ребёнком. И поступила она точно также как любой другой ребёнок ─ побежала вприпрыжку встречать свой подарок. Оставшись на несколько мгновений один в её комнате вы вылили свою гадость в графин и поспешно удалились. Ну а что было дальше всем отлично известно. Не почувствуй месье Жюль сильную жажду… Погибнув сам он спас своей смертью Солнышко… ─ Эльфианна слушала своего опекуна не проронив ни слова и только взгляды которые она бросала на виконта не сулили тому ничего хорошего. ─ Но в ваши планы, месье Ферлэнд, входило не только уничтожить Эльфианну но и обвинить в её смерти мистера Паркера. Мне кажется, что в вашей многоходовой комбинации ему отводилась роль одной из главных жертв. Как раз для такого случая вы самым тщател