о осколков. Его таинственное содержимое разлилось по паркету тонкой, засверкавшей в отблесках свечей лужей. ─ Извините, господа, это произошло случайно, ─ не моргнув глазом солгал виконт. ─ У меня просто закружилась голова. ─ Негодяй! Вы всё это специально проделали! ─ выкрикнул Струэнзе. ─ Для меня теперь нет никакого сомнения кто настоящий предатель! ─ И для меня тоже, ─ кивнул Воронов. ─ Не говорите чепухи, господа, я просто оступился, ─ нагло усмехнулся француз. ─ Со всяким может случиться. ─ И главное ─ очень вовремя! ─ прокомментировал Паркер. ─ Вопрос ─ для кого? ─ продолжал насмехаться виконт. ─ Я уверен, что это вы счастливо избегли смертельной опасности. ─ Не спешите радоваться, месье де Ферлэнд. Мы в любой момент можем повторить проверку, ─ ответил ему Воронов. ─ Ведь для этого нужна всего лишь святая вода да несколько особых молитв. Но на этот раз вам придётся выпить первому и без всяких фокусов. Вот только мне кажется, виконт, что вам этого очень не хочется. Конечно вы всё ещё остаётесь человеком и не успели окончательно превратиться в нежить, но выпив из Кубка Верности непременно почувствуете резкую боль. Резкую, мучительную боль во всём теле. Затем, вас начнёт скручивать и корёжить, возможно даже последует смерть от разрыва сердца. ─ Неужели? Но почему, граф, вы так уверены, что это произойдёт именно со мною а не с Паркером? ─ Да потому, любезный виконт, что мы с бароном знаем о полной невиновности нашего брата Сэмюеля Райана Паркера. И знали с самого начала этого устроенного вами представления! ─ громко и жёстко произнёс Воронов. ─ У вас явно недюженый сценический талант, де Ферлэнд, и выступай вы на подмостках Друри-Лейн возможно затмили бы самого Эдмунда Кина. Но довольно ломать комедию! Будучи полноправным членом «Братства» вы конечно знаете не мало его тайн, но есть секреты в которые посвящены лишь наиболее достойные и уважаемые его представители. Ваш план был хорош, но незнание кое-каких тайных сведений изоблечило вас с головой. Дело в том, виконт, что мистер Паркер уже выпил свой Кубок Верности. Да-да, притом сделал это очень давно, но об этом не могли знать ни вы, ни ваши мёртвые хозяева носферату. Они конечно знают многое но только не то, что сокрыто от них священными таинствами церкви. После произошедшей более столетия назад измены Сальвестро Висконти «Братство» вынуждено было принять соответствующие меры, и с тех пор каждый заступающий на руководящую должность брат обязан испить Кубок Верности. Особенно это относится к членам Большого Конклава. Только не обычный кубок, а с трижды освящённой водой специально доставленной с реки Иордан и непременно из Святого Грааля. Это отсекает любую возможность предательства. Избранные братья получают таким образом более высокое посвящение но при этом уже никогда не смогут нарушить свою клятву. Если они задумают после этого переметнуться на сторону тёмных сил и принять их посвящение, то тут же, на месте умрут. Такой же обряд проходят и те братья, что в силу своих обязанностей соприкасаются с великими тайнами ордена, а также хранимыми им священными реликвиями. Так что попытайся мистер Паркер продлить свою жизнь испив крови носферату, то умер бы в ту же секунду. ─ Не только умер но и превратился бы в пепел, ─ произнёс старый архивариус и разразился хриплым, дребезжащим смехом. ─ Теперь то вы понимаете как облажались, де Ферлэнд? ─ спросил фон Хагендорф смерив француза насмешливым и презрительным взглядом. ─ Поднося свой Кубок мистеру Паркеру вы налили туда конечно же не святую воду а то чёртово зелье из ампул. Именно мёртвая вода из потустороннего мира должна была убить старину Сэмюеля и тем самым доказать вашу правоту. Вот посмотрите, господа, ─ указал он на растёкшуюся по полу лужицу, ─ не очень-то это похоже на святую воду. ─ Действительно, на том месте где пролилась жидкость из бокала паркет сильно почернел а местами даже обуглился. ─ Только вы не знали, что Паркеру нет никакой необходимости доказывать перед нами свою правоту. Вы, де Ферлэнд, собирались торжествовать победу, но вместо этого полностью разоблачили себя. На француза было страшно смотреть ─ теперь он выглядил прямо как живой покойник. Наглая улыбка сменилась смертельной бледностью и трясущимися руками, а его дыхание стало частым и прерывистым. ─ Но я же не знал, ─ наконец сумел выдавить он из себя. ─ Всё это так неожиданно, господа… Неужели Святой Грааль действительно существует? ─ Конечно. И доведись вам занять место главного архивариуса и хранителя реликвий вы бы узнали ещё о многих тайнах «Братства». Полгода назад, сославшись на возраст и плохое здоровье мистер Паркер просил об отставке. И кого, как вы думаете, он рекомендовал на своё место? Да вас же, де Ферлэнд! Вас! И не окажись вы изменником несомненно заняли бы его. ─ Я не предатель! ─ буквально взвизгнул неудачливый шпион. ─ Да, я совершил ошибку подозревая мистера Паркера и за это приношу ему сейчас самые искренние свои извинения. Но все улики указывали на него, а о том обряде мне ничего не было известно! Я совершил ошибку но я не предатель! Предатель, господа, настоящий предатель до сих пор скрывается среди нас! Чем угодно готов поклясться, но я никак не причастен ни к похищению Жезла короля Конна, ни к покушению на юную леди Эльфианну. Я не брызгал на мистера Паркера мёртвой водой. Вовсе нет! Там, у подъезда я действительно пытался всего лишь очистить его пальто от налипшей грязи. И уж конечно не я принёс сюда эти проклятые ампулы. Кто-то намеренно подкинул их Паркеру, но этот кто-то точно не имеет ко мне никакого отношения! Что же касается оказавшегося поддельным манускрипта… В конце концов, господа, я тоже мог ошибиться. Ведь фальшивыми в той книге были всего несколько листов и не мною они были изготовлены. Да, я задним числом внёс в библиотечный каталог «Повествование о смерти и посмертном воскрешении воина Файоннбарра» но лишь потому, что считал его подлинным. Подлинным и не заслуженно забытым. ─ И чем же, де Ферлэнд, вы готовы поклясться в своей правоте? ─ спросил Воронов. ─ Что для вас ещё осталось святого? ─ Перестаньте, граф, я уже сказал, что ни в чём не виноват, ─ плаксиво произнёс виконт, ─ разве только в собственной глупости! ─ Вот же фраерок даёт! ─ вдруг выкрикнул с места Струэнзе. ─ Прямо на ходу, падла, переобувается! Не верьте ему, господа, стукачок он и в Африке стукачок. Чуть что, так сразу к куму побежит… Вернее к своей куме ─ Красной Вампирше! ─ Все недоумённо посмотрели на датчанина, а тяжёлая рука русского графа опустилась ему на плечо и буквально вдавила в кресло. ─ Держите себя в руках, Олав, ─ жёстко произнёс он, ─ тут всё равно никто не понимает вашего принесённого из будущего тюремного жаргона. Тем более, что половину слов вы произнесли по-русски. ─ Извините, друг мой, ─ встряхнул своей белобрысой головой Струэнзе. ─ Иногда на меня находит… помимо воли. Всё же шесть лет на вашей каторге. ─ Я ни слова не понял из того, что сказал этот человек, ─ произнёс де Ферлэнд с удивлением глядя на датчанина. ─ Даже язык такой мне не известен… кажется славянский… Но повторяю, господа, ─ я ни в чём не виноват! В любом случае ─ кроме беспочвенных подозрений и домыслов у вас нет против меня никаких реальных улик. ─ А вот здесь вы ошибаетесь, ─ хладнокровно осадил француза Воронов. ─ Мы располагаем вашими отпечатками пальцев. ─ Моими… что? ─ В этот момент не только де Ферлэнд но и все находящиеся в гостиной с удивлением посмотрели на молодого графа. ─ О чём вы вообще говорите. Чёрт возьми?! ─ Я говорю о ваших отпечатках пальцев. ─ Какие ещё отпечатки? Вы что, с ума сошли? ─ Отнюдь. Это вы, любезный виконт, настолько закопались в своих древних книгах, что совершенно перестали интересоваться последними научными открытиями. Между тем уже точно доказано, что папиллярные линии находящиеся у нас на кончиках пальцев строго индивидуальны. У каждого человека они совершенно уникальны и неповторимы. Иначе говоря ─ во всём мире не найдётся и двух людей с совершенно одинаковым папиллярным рисунком на подушечках пальцев и подобное открытие найдёт самое широкое применение в криминалистике. Теперь с абсолютной точностью можно определить прикасался ли подозреваемый к какой-либо из улик или нет. ─ Что за чепуха?! ─ вскричал француз предательски задрожавшим голосом и на его лбу выступили крупные капли пота. ─ Какой к чёрту папиллярный рисунок?! Ведь кожа на пальца