переходя из одного отделения «Братства» в другое сумел изрядно всех запутать. Одно лишь можно сказать совершенно точно ─ к своему переходу на сторону тёмных сил он готовился очень давно. В мерцающем пламени свечей, что отбрасывали на стены тревожные, таинственные тени, все словно зачарованные не могли отвести взгляда от высохшего как мумия, покрытого морщинами мертвеца. Того самого мертвеца, что всего каких-то пять минут назад дышал силой и энергией молодости. ─ Да… печальное зрелище, ─ вздохнул Воронов, ─ «цвёл юноша вечор, а нынче умер1». ─ Ваша Экселенция, если я вам больше не нужен, то можно пойду к себе? ─ попросил Питер морщась как от внезапно подступившей тошноты. ─ Мек что-то нехорошо. ─ Ступайте, Питер, ─ отпустил его фон Хагендорф. ─ Ступайте и непременно выпийте хорошую порцию бренди. Рассматривая бренные останки француза никто не заметил как дрожат руки и подёргивается правая щека Фергюсона. Болезненно скривившись он отвёл взгляд от иссохшего трупа и перекрестился по католическому обряду. При виде силы торжествующего над плотью времени он скорее всего пытался подсчитать ─ кто, он или де Ферлэнд чаще принимали «Элексир Парацельса». В этот момент в коридоре послышались чьи-то лёгкие бегущие шаги, а затем кто-то всем телом навалившись на ручку двери с большим усилием отворил её. В гостиную буквально ворвалась маленькая огненно-рыжая девочка. Впрочем, сегодня её пылающие красным золотом волосы прикрывала изящная, круглая шляпка. Пряча что-то за спиной Мойна Дингуолл выхватив взглядом из присутствующих в комнате людей Солнышко и вприпрыжку побежала к ней. ─ Ах во-о-от ты где! ─ восторженно прокричала малышка после чего вытащила из-за спины большую и, по-видимомк, только что купленную куклу. ─ Смотли, у меня тепель тозе есть кукла! И моя Алабелла ни тем не хузе твоей Эльсинеллы! ─ Мою Эльсинеллу сто лет назад создал великий мастер, и создал по заказу одного очень знатного человека, ─ холодно произнесла Солнышко едва взглянув на куклу. ─ А твою Арабеллу сделали на фабрике. Вместе с несколькими сотнями точно таких же. ─ Но на слова своей старшей подруги Мойна не обратила никакого внимания. Подпрыгивая на месте она вся светилась от счастья. ─ А есё у меня есть… ─ Но тут её взгляд упал на сидящего в кресле мертвеца. ─ Ой, какой стласный! ─ испуганно прошептала она и опасливо приблизилась к покойнику. ─ Это его я тогда видела… в том плохом домике где класивая тётя с дядями. Только мне отень стласно было потому сто они все там мёлтвые и злые. Он тогда есё кловь из золотой тяски пил. Это ты его убила? ─ вдруг спросила Мойна глядя прямо в глаза Солнышка. ─ Ну и плавильно сделала, он сталый, плотивный и отень плохой! У-у-у какой гадкий! Плохой дядя! Плохой!─ Приблизившись ещё на пару шагов к состарившемуся трупу де Ферлэнда маленькая девочка начала строить ему смешные рожицы и всячески дразнить. ─ У-у-у, совсем плохой дядя! ─ Да, господа, таланты нашей малышки растут день ото дня, ─ послышался голос Маккензи и тяжёлой, грузной поступью четырнадцатый граф Сифорт вошёл в гостиную. ─ Вот, едва взглянув сразу определила кто кого убил. Здравствуйте, господа, и извините за опоздание виной которому явилась вот эта моя маленькая подружка. Впервые попав в магазин игрушек она очень не хотела его покидать. Битый час Мойна не могла выбрать себе подарок, а когда ей это наконец удалось присмотрела себе ещё и медвежонка. ─ Он тозе осень холосый и я назову его Тедди! ─ пропищала рыжеволосая проказница а потом вновь обняла куклу. ─ Так-так, юная леди и джентльмены, ─ произнёс сэр Эдмонд оглядев мёртвое тело де Ферлэнда. ─ Вижу, что вы уже всё закончили. Значит живым взять не удалось. Что ж, очень жаль. ─ У него был револьвер и вообще… уж слишком резвым он оказался, ─ хмуро пояснил фон Хагендорф. ─ Да и не рассказал бы он ничего о «дневных бродягах», такие _________________________________________________ 1. А. С. Пушкин «Скупой рыцарь». __________________________________________________ тайны носферату смертным не доверяют. ─ Ну теперь то это точно никак не проверить, ─ вздохнул Маккензи. ─ Но мы не предполагали… ─ А должны были! ─ укоризненно повысил голос сэр Эдмонд хлопнув ладонью о стол. ─ Вас вместе с Питером тут собралось шестеро сильных, молодых мужчин, притом четверо бывших офицеров! Неужели не могли скрутить одного негодяя?! Кстати, мои люди обыскали его квартиру в Блумзбери и обнаружили там ещё с дюжину таких вот крошечных бутылочек, ─ кивнул он на разложенные на столе древние ампулы. ─ Ещё нашли старый, провонявший разложившимся покойником саван который он наверняка содрал со столетнего трупа и вот это: ─ Сэр Эдмонд бросил на стол какой-то толстый шнурок на котором висели три литые фигурки. Они имели приблизительно два дюйма в длину и изображали некие человекообразные существа с огромными, гипертрофированными пенисами, а также ветвистыми рогами на головах. ─ Похожи на чертей, ─ поморщился Маккензи, ─ скорее всего из какого-нибудь дьявольского античного культа. ─ Эти фигурки из ожерелья британского друида, ─ сказал мистер Паркер едва бросив взгляд на шнурок. В первом и втором веках нашей эры существовала тайная секта жрецов которые поклонялись демоническому существу Кернунносу. Жрецы этой секты отличались особенно кровавыми ритуалами и страшно истязали свои жертвы. А иногда они практиковали ужасающие сексуальные оргии. ─ Понятно, ─ кивнус сэр Эдмонд, ─ по-видимому и это ожерелье и саван служили де Ферлэнду своеобразным пропуском. С их помощью он проникал в ту часть подземелий где обитали носферату. Между прочем, эти фигурки чёртовых сатиров до сих пор продолжают излучать потусторонюю энергию. Правда очень слабую. Если рядом с ними поставить вазу со свежими цветами, то менее чем через сутки они засохнут. Возмите это, Сэмюель, очистите от некротической грязи и приобщите к нашей коллекции, ─ сказал он мистеру Паркеру. Старик равнодушно посмотрел на медных чёртиков и поднял на Маккензи свои прояснившиеся глаза. ─ Эдмонд, ради Бога скажите мне правду. Вы всё знали заранее? Весь этот суд был просто театром? ─ Увы, да, мой старый друг! ─ усмехнулся четырнадцатый граф Сифорт. ─ И простите нас за устроенное представление, просто всё должно было выглядеть естественно и не вспугнуть его раньше времени. ─ Ну а поскольку мы живём в цивилизованной стране, то даже для тайного суда типа Фемгерахта необходимы веские доказательства, ─ добавил фон Хагендорф. ─ Подозревать кого-то или даже знать, что он виновен это одно, а иметь неопровержимые улики ─ нечто совсем другое. Вот как раз доказательств то против месье де Ферлэнда у нас явно не хватало. Необходимо было чтобы он сам себя разоблачил, что и произошло на ваших глазах. Наш виконт веря в несокрушимую силу подстроенных им доказательств мнил себя героем дня и стучал тут карандашиком, а когда его доводы начали сыпаться сразу занервничал. ─ Так значит, господа?! Ну теперь мне всё понятно! ─ гневно зыркнул Паркер своими глазами и тяжело поднялся со своего кресла опершись на палку. ─ А если бы старик загнулся от разрыва сердца, то невелика потеря! Мистер Струэнзе, ─ обратился он к датчанину, ─ не соблаговолите ли вы проводить меня в библиотеку? Мне необходимо обсудить с вами ряд очень важных вопросов. ─ Конечно, сэр, ─ тут же откликнулся тот и взяв архивариуса подруку повёл к выходу из гостиной. ─ Только я никак не могу понять, зачем вы собирались передать Жезл короля Конна Ватикану? Вы же знали чем это могло быть чревато? ─ Безусловно, мой молодой друг, ─ вздохнул Паркер. ─ Там любят пополнять свои хранилища за счёт наших коллекций. Французскому и бельгийскому отделениям «Братства» особенно не повезло и Ватикан выманил у них не мало реликвий. Жезл короля Конна действительно является изделием атлантов, но он давно уже разрядился и полностью истощил свою магическую силу. Да и в лучшие времена он был способен разве что накачивать людей энергией и излечивать от некоторых болезней. Не верю я, что он мог воскрешать павших воинов ─ сказки всё это! Теперь же этот жезл вообще не предотавляет для нас никакого интереса. Вот я и решил подсунуть его ватиканским музейным крысам чтобы они надолго оставили нас в покое. Пускай подавятся! А то некоторые из них уже начали присматриваться к Кресту Святого Эркенвальда и другим самым ценным нашим реликвиям. ─ Обиделся старик, ─ вздохнул фон Хагендорф когда шаркающи