жилась и потупила свои честные голубые глаза. ─ ЧТО ТЫ НАДЕЛАЛА?! ─ с расстановкой и делая ударение на каждом слоге грозно спросил граф. В ответ Солнышко с самым невинным видом пожала плечиками. ─ Так… Говорил он слишком много. И потом не хорошо на стенах писать всякие гадости. Да ладно тебе, дядя Володя, ты же сам знаешь каким негодяем он был. Ну не надо на меня так ужасно смотреть. Ну пожалуйста… ─ Как ты посмела? ─ ледяным тоном продолжал Воронов. ─ Ты же прекрасно знала, что он нам нужен живым! ─ Ну, дядя Володя… ─ Кроме того, ты убила обезоруженного, пленённого человека. Это в Закатном Мысе тебя учили так поступать с пленными?! ─ строго спросил граф, но тут глаза девочки вспыхнули яростью. ─ Пленного?! ─ почти задохнулась она от негодования ─ Это был враг, дядя Володя! Враг! Когда же вы русские наконец поймёте, что с врагами нельзя мириться, договариваться или вести переговоры. Врагов нужно уничтожать! И если ты не хочешь получить внезапный удар в спину лучше всего уничтожать их на месте! ─ И это говорит представительница великой древней расы чья культура насчитывает уже несколько десятков тысячелетий! ─ возмутился Воронов. ─ А где же тогда твоё благородство, милосердие?! Ты говоришь чепуху, девочка! Лет так пятнадцать назад Рэндольф тоже был моим врагом. Тогда, под Севастополем он сражался на другой стороне, а сегодня чуть не погиб прикрывая меня от пуль тех бандитов! ─ Нет, это ты говоришь чепуху, дядя Володя! ─ вновь вспыхнула девочка. ─ Сэр Рэндольф никогда не был твоим врагом, как впрочем и Боулдер с Сеймуром. Да, они сражались на другой стороне но только потому, что как и ты выполняли свой долг. Они были __________________________________________________________ 1. Именно такую мечту вынашивал и диктатор Польши маршал Юзеф Пилсудский (1867-1935). __________________________________________________________ для тебя не врагами а противниками. И шведский король Карл XII и оба Наполеона тоже были всего лишь противниками. Противниками и не больше! ─ Так в чём же разница, чёрт возьми?! ─ потерял терпение Воронов. ─ Враг, противник, неприятель ─ всё это слова синонимы и обозначают одно и тоже! ─ Нет не одно и тоже! Противник может стать другом, а враг никогда! С противником ты сегодня воюешь, а завтра, возможно, он станет тебе верным другом. И лучший пример этому ─ тот же сэр Рэндольф которому я желаю скорейшего выздоровления. А это был враг! Враг! ─ Солнышко указала мечом на обезглавленное, лежавшее в луже крови тело. ─ Сколько бы ты ни пытался с ним помириться он всегда будет ненавидеть тебя! Ненавидеть только за то, что ты есть! За то, что ты русский! За то, что живёшь в этом мире под солнцем, ходишь в другую церковь и говоришь на другом языке. Пусть даже очень похожем языке. Его ненависть иррациональна и имеет абсолютно сатанинский характер. Она неистребима как тьма и существует на уровне инстинкта. На уровне его мерзкой физиологии! Примерно так, как старый кривоногий карлик с безобразным носом и зловонным дыханием ненавидит высокого, атлетически сложенного прекрасного юношу. Враг никогда не откажется от мести и всю свою жизнь будет копить ненависть которую как священное фамильное сокровище передаст потомкам. При первом же подходящем случае он отомстит и месть его будет ужасающе подлой. Если ты, дядя Володя, этого не понимаешь…то даже не знаю… То на этот случай у тебя есть я! ─ Всё равно его надо было судить, ─ упрямо произнёс Воронов отступая в сторону так-как растекающаяся лужа крови уже достигла его ног. ─ На суде непременно открылись бы все его ужасные преступления и польский народ воочую увидел бы всю мерзость и гниль этой шайки. ─ Возможно, если бы его судили в Санкт-Петербурге. Но скорее всего это произошло бы в Варшаве. А там он несомненно предстал бы как пламенный патриот и борец с царской деспотией. На его стороне оказалось бы и симпатии обывателей и лучшие адвокаты, а у вашего правительства есть только косвенные, малоубедительные доказательства его вины. Кто-то там что-то видел, кто-то что-то слышал… А обвинения в сатанизме и ритуальных убийствах вообще вызвало бы повальный, гомерический смех. Разве в девятнадцатом веке в такое хоть кто-нибудь поверит? Вас самих ославили бы на всю Европу как мракобесов и новых инквизиторов пытающихся возрадить процессы ведьм. Скажи-ка, дядя Володя, разве это такая редкость когда в ваших судах побеждают не косноязычные обвинители отстаивающие истинную правду а ловкие и говорливые лжецы. Кажется они у вас называются адвокатами? ─ Тут ты права, ─ вынужден был согласиться молодой граф. ─ Увы, но правда очень часто не обладает красноречием. ─ Вот видишь! На суде он вполне мог избежать заслуженного наказания. Возможно, что твоим властям он и нужен был живым, но нам нет. Если бы ты только мог прочитать его мысли! Это же сплошная животная ненависть, дядя Володя! Он возненавидел нас до исступлённого бешенства, до белого каления! И не зря, ─ ведь мы разрушили все его мерзкие планы! Сумей он избежать смертного приговора, то я даже не знаю… Наверно всю оставшуюся жизнь этот негодяй искал бы случая убить нас. И кто знает… За себя я конечно не боюсь, но вот на тебе, мой граф, в следующий раз может и не оказаться непробиваемой кольчуги. Всё, о чём он мечтал в последние минуты своей жизни ─ это убить нас и наших детей. ─ Каких ещё детей? ─ не понял граф. ─ О чём ты? ─ Ну… в смысле… будут же у тебя когда-нибудь дети, ─ смутилась и опустила глаза девочка. ─ Зато сейчас всё в порядке? ─ иронично спросил Воронов кивнув на безголовый труп поляка. ─ Он мёртв и больше нам не опасен?! Ради этого ты нарушила моё распоряжение?! ─ Ага! ─ кивнула девочка. ─ Извини, дядя Володя, но я тебе не дочь, не жена и даже не любовница, а значит не обязана во всём тебя слушаться. Кстати, скажи ─ похожа я сейчас на эту вашу Юдифь? ─ спросила она игриво сверкнув глазами. Для пущего театрального эффекта Солнышко подняла вверх свой меч и наступила шнурованным сапогом на отсечённую кудрявую голову Модзелевского. ─ О Боже!.. Эльфи, ты сейчас ведёшь себя как ребёнок. Ну зачем все эти ужасы анатомического театра? ─ нахмурился граф и невольно отвернулся. ─ Ну скажи ─ похожа? ─ Не очень. Та была смуглая и черноволосая, а ты скорее уж напоминаешь какую-нибудь воинственную Брюнхильду из скандинавского эпоса. ─ А, ты говоришь про ту, что была влюблена в Сигурда и покончила с собой после его смерти? Я тоже про это читала… А знаешь, дядя Володя, если бы ты вдруг погиб, то я наверно поступила как и она, ─ вдруг совершенно серьёзно заявила девочка подняв на графа свои льдисто-голубые глазища. ─ Пронзила бы себя мечом на твоём погребальном костре. ─ Тебе бы не позволили судейские чиновники, ─ улыбнулся Воронов. ─ Сначала пришлось бы распорядиться доставшимся наследством и отписать кому-нибудь всё наше движимое и недвижимое имущество. ─ Фу, дядя Володя, какой ты бываешь бестактный и грубый! ─ наморщила свой носик Солнышко, а в её огромных глазах блеснули слёзы. ─ Прямо чурбан бесчувственный! Настоящий медведь! А твой юмор просто ужасен! Прямо как у последнего солдафона! Внезапно на лестнице послышались шаги и граф тутже схватился за револьвер. Но тревога оказалась ложной. В дверях показались фигуры Боулдера и Сеймура. Друзья-ветераны были до зубов вооружены и их антивампирский арсенал как всегда состоял из заряженных серебряными пулями револьверов и потайных, упрятанных в трости клинков. ─ А вот и бывшие противники появились, ─ усмехнулся Воронов убирая своё оружие. ─ Бывшие противники? ─ удивился Боулдер пригладив двумя пальцами свои пышные рыжие усы. ─ Вы вообще о чём, сэр? ─ Да о Севастополе конечно. О чём же ещё! ─ проворчал Сеймур. ─ Их Сиятельство до сих пор не может забыть, что мы тогда хорошенько напподдали им по одному месту. ─ Ну это ещё вопрос кто кому напподдал… однако, рад вас видеть, друзья! ─ приветствовал граф бывалых вояк. ─ Но каким ветром вас занесло в Лондон, ведь вы оба должны быть в Ноттингеме? ─ Так отозвали, сэр. Сказали, что без нас здесь совсем дела плохи и вампиры вам вот-вот окончательно на шею сядут. А едва мы прибыли на Пелл-Мелл господин фон Хагендорф отправил нас на этот адрес, в ваше полное распоряжение, сэр, ─ ответил рыжеусый здоровяк-ветеран. Затем оглядев залитый кровью пол и валявшиеся трупы присвиснул. ─ А я смотрю, господа, вы здесь совсем неплохо порезвились! Вот, тот парень даже голову потерял, и ещё один труп внизу валяется. Только ведь эт