ыни. В пустом пыльном помещении гулким, раскатистым эхом отлетали от стен зловещие слова средневековой формулы вызова духов. «Да он действительно обезумел» ― подумал Адам Болеслав и сделал попытку приподняться. Это ему почти удалось, но юноша тут же получил болезненный удар сапогом по почкам. ― Даже не думай, щенок! Лежи и не рыпайся! ─ процедил сквозь зубы Числинский. Он стоял позади капитана Тадеуша и с благоговением внимал словам заклинания. На нём, как на Трынкевиче и привратнике Якубе тоже были надеты длинные, средневекового вида плащи, но только чёрного цвета. « Да они тут похоже все спятили, ― поморщился от боли пан Адам. ― но что же делать? Как выбраться из этой дьявольской ловушки?» Увы, но выбраться ему уже было не суждено. Между тем пан Тадеуш продолжал творить своё дьявольское таинство. Теперь, торжественным и каким-то замогильным голосом он принялся взывать к своему дальнему предку: ― Пан Балтазар Симон Борута, слышишь ли ты меня?! Зришь ли, великий воин Речи Посполитой, страдания несчастных твоих потомков?! Я, потомственный шляхтич Тадеуш Иоахим Модзелевский волею судьбы твой дальний родич взываю к тебе. Узнаёшь ли ты свой плащ и свой кинжал, пан Борута? Все прошедшие века мой род хранил их как величайшие святыни! Слышишь ли ты меня бесстрашный витязь?! Снова чёрный двуглавый орёл терзает нашего белого. Снова опрокинут польский трон и поруганы бело-красные боевые знамёна! Разбиты полки наши и любимая Отчизна в который уже раз обесчещена! Снова варвары схизматики надругаются над польским народом и святой католической церковью! О, как велики наши обиды и страдания! Услышь нас, великий воин Балтазар Борута! Восстань из своей могилы! Отряхни тлен с костей своих и облекись в плоть и сияющие доспехи! Воссядь на коня! Воссядь на коня и возьми свой меч! Пусть снова засвистит ветер в сверкающих крыльях твоей гусарской кирасы! Приди к нам на помощь, пан Борута! На мгновение пламя расставленных на полу чёрных свечей затрепетало и взметнулось вверх. Почувствовалось лёгкое дуновение воздуха. Освещённое пространство напротив словно бы сжалось, и окружающая тьма сгустившись надвинулась со всех сторон. ___________________________________________________ 1. Полностью изречение одного из отцов-основателей США и 3-его президента Томаса Джефферсона (1743-1826) звучит так: « Дерево свободы нужно поливать время от времени кровью патриотов и тиранов. Это для него естественное удобрение». ____________________________________________________ Числинский,Трынкевич и бородатый Якуб стояли с бледными как полотно лицами и слегка дрожали от проникшего глубоко вовнутрь тела непонятного холода. Но пан Модзелевский, словно не замечая ничего вокруг возвысив голос продолжал: ― Восстань и приди к нам на помощь, великий рыцарь. Укрепи нас, научи как сбросить иго московитов и тевтонов! Заклинаю тебя именами Великих Неизвестных, а также именами великих духов тьмы, что есть бессмертные стихии! Заклинаю именем Люцефера! Именем Астарота! Вельзевула! Аббадона! Самаэля! Абигора! Азазеля! Аластора! И Асмодея! Приди на наш зов, пан Бальтазар Борута! Откликнись и прими нашу жертву! Произнеся эти страшные слова капитан Тадеуш ухватил за волосы связанного юношу и приподняв его голову полоснул по горлу кинжалом. Пребывающий в бессознательном состоянии Адам Болеслав почувствовал резкую боль и содрогнулся всем телом. Хлынувшая из ужасной раны кровь юноши быстро растеклась по полу и оросила рогатый череп. Отшвырнув бьющееся в предсмертной агонии тело пан Тадеуш поднял окровавленный череп и провозгласил: ― Пусть же горячая кровь этого пылкого юноши подтвердит наше соглашение, пан Борута! Восстань же от смертного сна! Веди и направляй нас, доблестный рыцарь! Да восстанет свободной наша Отчизна! Пусть сгинут московиты с тевтонами! ― При последних словах невесть откуда налетевший ветер захлопал на первом этаже дверями, затем в одно мгновение задул горящие свечи и погрузил зал в почти полную темноту. Лишь проникающий через мутное оконное стекло бледно-серебристый лунный свет играл на стенах синеватыми бликами. Вдруг за окном послышался тоскливый собачий вой и все услышали как громко хлопнула входная дверь. Числинский, и без того едва державшийся на ногах резко вздрогнул и будучи бледным как смерть опёрся спиной о стену. ― К-к-к-то э-т-т-о т-т-там? ― Н-н-не зн-н-н-аю, ― замотал головой Якуб. ― Я зап-п-п-ер д-д-дверь на зас-с-сов. А под тяжёлой поступью неизвестного ночного гостя уже скрипели деревянные ступени лестницы. Затем шаги приблизились к двери… С мерзким наводящим ужас и способным остановить сердце скрипом дверь отварилась и нечто зашло внутрь. Однако никто из замерших в страхе негодяев ничего не увидел. За открывшейся дверью чернел выход на лестницу и больше ничего. Но в комнате кто-то был! Сильно заскрипел рассохшийся паркет и некто невидимый не спеша двинулся в их сторону. ― Иисус, Мария! ― прошептал Числинский почувствовав, что его сердце вот-вот выскочит из груди. Всё то, что происходило дальше иначе как чертовщиной и не назовёшь. Потухшие чёрные свечи вдруг сами собой начали перемещаться по полу с умопомрачительной скоростью, а прямо из-под потолка послышался громкий хриплый смех. Наверно все присутствующие ощутили, как волосы поднимаются дыбом, а в жилах будто тронутая морозом застывает кровь. Отсмеявшись неведомая тварь произнесла вкрадчивым, шипящим голосом: ― Тому, кто собрался подружиться с Дьяволом не стоит поминать имя Божье. ― Затем пустые глазницы измазанного в крови черепа вдруг вспыхнули кроваво-красным, словно вырвавшимся из самых глубин ада, светом. « Погубил… Я навеки погубил свою душу» ― проваливаясь в пустоту успел подумать Числинский после чего его ноги подкосились и он растянулся на залитом кровью полу. Все остальные тоже были близки к обмороку. Спустя несколько секунд всё прекратилось. Презрительно взглянув на лежавшего на полу Числинского и дрожавшего как осиновый лист Трынкевича пан Тадеуш произнёс: ─ Ничего не получилось. Он услышал нас, но не принял подношения. Видимо, чтобы призвать великого воина крови одного Загорского не достаточно. Глава 3 Лондонский туман и мечты о солнечной Италии. Пролитая кровь и незванные гости. Лондон. август 1870 года. Эта потонувшая во мраке грязная и совершенно пустынная улица Лондонского Ист-Энда прямо-таки дышала сокрытой до времени угрозой. Казалось, что затаившийся здесь страх разлит прямо в воздухе. Наглухо закрытые ставни домов с кое-где начертанными на них мелом крестами да развешанные над дверями головки чеснока красноречиво свидетельствовали о природе этого страха. Три закутанные в тёмные плащи фигуры словно ночные тени осторожно пробирались по этой улицы внимательно осматривая каждый закоулок. Двое высоких, плотного телосложения мужчин и маленькая девочка, лет наверно одиннадцати-двенадцати, не больше. За спиной девочки между прочем виднелся предмет, который ну никак не должен был принадлежать ребёнку. Рукоять самого настоящего самурайского меча. Остальная часть смертоносного оружия покоилась в специальных потайных ножнах прикрытых чёрным плащом. ― Такое ощущение, Рэндольф, что сюда пришла Румыния, ― произнёс один из мужчин обращаясь к своему спутнику. ― Просто удивительно с какой быстротой древние страхи перемещаются по земле. Ещё вчера они боялись привидений, неупокоенных духов, да разве что каких-нибудь брауни с банши. А теперь вот вампиры. Притом, они освоили даже средства защиты от них. ― И правильно делают, ― пискнула девочка. ― Чеснок и начертанные освящённым мелом кресты действительно могут остановить вампира. Правда самого низшего разряда. Того, что обычно называют вурдалаком. ― Увы, мисс Эльфианна, мы разыскиваем вовсе не вурдалаков а самых настоящих носферату. Истинных вампиров-служителей. Правда залётных, ― сказал другой мужчина по имени Рэндольф. ― Кстати, Владимир, брауни ― это персонаж из шотландского фольклора, а банши из ирландского. Английская мифология в этом отношении весьма убога. ― Знаю. Банши, между прочем существуют на самом деле. С