еля Лондонского отделения «Священного братства Святого Георгия» сгустилась напряжённая и очень тревожная тишина. Она витала здесь абсолютно в каждом углу и, казалось, даже таилась среди раззолоченных книжных томов, которые словно гвардейцы в парадной форме выстроились на многочисленных полках. Все приглашённые члены ордена конечно что-то слышали и что-то знали но никто из них не обладал полной картиной произошедшего. И это угнетало ещё больше. Видимо не зря средневековый иранский поэт Хагани сравнивал неизвестность с чёрным вороном. Слишком часто за ней, словно на чёрных вороньих крыльях прилетали беды и суровые испытания. А нападение на одну из тайных квартир ордена могло означать всё что угодно. Вплоть до открытой войны с носферату. ― Да, господа, даже не знаю с чего начать, ― наконец произнёс фон Хагендорф оглядев всех присутствующих своими серо-голубыми внимательными глазами. ― Все вы уже слышали, что на квартиру ордена было совершено нападение и один из наших братьев погиб. Кроме того, пропал очень важный магический предмет ― Жезл короля Конна. Впервые за всю историю нашего ордена мы лишились артефакта такой силы. Перед нами большая проблема, господа. ― Проблема? ― насмешливо переспросил Фергюсон. Неподвижно застыв в своём кожаном кресле он исподлобья смотрел на нынешнего хозяина кабинета. ― По-вашему это всего лишь проблема? Как бы не так, господин барон, в данный момент это уже настоящая катастрофа. Вы хоть понимаете, что можно натворить обладая подобным артефактом?! Как же не вовремя заболел О’Коннелл! ― Перестаньте, Шон, ― недовольно поморщился фон Хагендорф. ― Мне надоели ваши мелочные подколки. Я занимаю этот пост по решению Большого Конклава и не моя вина, что они сходу и единогласно отмели вашу кандидатуру. Но сейчас не время для склок, господа. О деле надо думать. ― Но что это за артефакт? ― задал вопрос Воронов стремясь хоть немного разрядить обстановку. ― Неужели его выкрали из хранилища? ― Нет, Владимир, из наших хранилищ, слава Богу, ничего украсть невозможно, ― пояснил Фергюсон продолжая сверлить фон Хагендорфа осуждающим взглядом. ― Они надёжно защищены очень сильной охранной магией и это не считая обычных средств, таких как самые надёжные на сегодняшнее время сейфы. Жезл короля Конна был похищен благодаря обычному недосмотру, а также преступному разгильдяйству и пренебрежением инструкциями. ― Не мелите вздор, Шон! ― выкрикнул со своего места архивариус Сэмюель Паркер и взгляды всех присутствующих немедленно устремились на него. Трудно было не заметить как посерел и осунулся этот, и без того очень немолодой человек. ― Если разгильдяйство и имело здесь место, то не оно стало причиной произошедшего! Это предательство, господа! Самое настоящее предательство и заговор! Почти двести семьдесят лет этот артефакт находился в одном из наших хранилищ и лишь стоило его всего на одни сутки извлечь оттуда как он был тут же украден! По-моему любые объяснения здесь излишни. ― А не могло это быть работой ваших мёртвых друзей ― носферату? ― поинтересовался Лантеор придирчиво разглядывая свои идеально отполированные ногти. ― Может быть, ― вздохнул фон Хагендорф. ― Но в этом случае они действовали не напрямую. Нападение на нашу секретную квартиру на Итон-сквер произошло в «золотое время охотников», всего пять часов назад. В эти часы всем носферату полагается крепко спать в своих гробах. ― Значит действовали их человеческие прислужники из Дневной Стражи, ― предположил Воронов. ― Зачарованные мертвецами люди всё равно оставили бы астральные следы наложенной на них магии. Сильнейшей магии вампиров. А их то как раз и нет. Так что пока у нас нет никаких указывающих на носферату улик. Впрочем, господа, давайте сначала выслушаем мистера Паркера. Ведь не все из вас представляют о чём идёт речь. Как вы себя чувствуете, брат Сэмюель? ― участливо обратился он к архивариусу. ― Спасибо, господин барон, но не дождётесь, ― противно захихикал старикашка. И несмотря на гнетущую, напряжённую обстановку царившую в кабинете в ответ послышалось несколько неуверенных смешков. ― Что за вульгарные шутки, мистер Паркер, ― поморщился фон Хагендорф. ― Я просто хочу знать ─ в состоянии ли вы присутствовать на нашем совещании, или, может быть вас заменит мистер де Ферлэнд? ― А вот этого вы точно не дождётесь, господа! ― прокаркал своим неприятным старческим голосом архивариус. ― Сэмюель Райан Паркер ещё способен исполнять возложенные на него «Братством» обязанности и ещё не скоро оставит свой пост. ― Вот же вздорный старикан, ― шепнула Солнышко Воронову, ― только бы не вздумал закурить здесь свою мерзкую трубку. ― Между тем архивариус раскрыл толстую, переплетённую в красный бархат книгу и не спеша начал своё повествование. ― Итак, господа: Жезл короля Конна находился в хранилище «Братства» с 1603 года. До этого он много веков пребывал в частной коллекции старинного ирландского семейства Фитцджеральдов, графов Десмонда и Килдейра. А ещё раньше являлся собственностью рода О’Нейлов, графов Тиронских. Некоторое время этим жезлом владел Лоркан О’Тул ― архиепископ Дублинский, который служил на этом посту с 1162-го по 1180-й год. О’Тулу же его преподнёс воинственный нормандский барон Ричард Фитцгилберт Клэр из Пембрука более известный как Стронгбоу. Тот, в свою очередь захватил его как часть военной добычи в графстве Уэксфорд. Самыми же ранними из достоверно известных владельцев жезла была древняя королевская династия Эоганахтов. Так, что история этого артефакта уходит вглубь тёмных веков. На Эоганахтах собственно говоря и заканчиваются реальные о нём сведения и начинаются всевозможные легенды. Похоже, что никто из последних владельцев жезла даже не догадывался о его магической силе. В легендах говориться, что некогда им владел древний ирландский король Конн Кетхатах иначе Конн Ста Битв. Тот правил, по одним сведениям, со сто шестнадцатого по сто тридцать шестой годы, по другим со сто двадцать третьего по сто пятьдесят седьмой и был сыном Федлимида Рехтмара, внуком Туатала Техтмара и правнуком Фиахи Финдолайда. Все перечисленные мной его предки были очень воинственными королями. По крайней мере так говорится в древней саге «Безумие Конна». Естественно я говорю о изначальной и полной её версии доступной только для посвящённых. ― Просто удивительно, господа, как вашему ордену и католической церкви удаётся скрывать от широкой общественности огромный пласт их же собственной истории, ― не удержался от едкого замечания Лантеор. Но насупившийся архивариус не удостоил надменного эльфа ответом. ― Легенда повествует, что некая девушка из рода сидов полюбила старшего сына Конна Кетхатаха, принца Конлу Красного, а полюбив увела в свой закрытый для обычных людей мир. Королю Конну же, в качестве возмещения за сына и как дружеский дар был преподнесён упомянутый жезл. Согласно той же легенде этот магический артефакт обладал одним чудодейственным свойством ─ если им прикасались к телу недавно погибшего воина, то он неминуемо оживал и на следующий день мог сражаться с удвоенной а то и утроенной яростью. К тому же он был неутомим и совершенно неуязвим для вражеского оружия. ― Ещё одна легенда об абсолютном оружии и непобедимых солдатах, ― пожал плечами Лантеор. ─ Пока не вижу ничего интересного. ― Не всё так просто, ― прошамкал архивариус, потрясая своим длинным указательным пальцем. ― Во-первых: погибших воинов жезл мог оживлять только в день их смерти и непременно до захода солнца. А во-вторых: оживлённые им воины могли жить и сражаться только до следующего заката. То есть, всего лишь сутки или чуть дольше. Как только солнце следующего дня скрывалось за горизонтом все поднятые при помощи магии жезла воины падали бездыханными трупами. Но и это давало войску Конна Кетхатаха огромное преимущество перед противником. К тому же он мог оживлять не только своих павших, но и воинов враждебных кланов. ― И они тоже сражались на его стороне? ― спросил Воронов. ― Конечно. Ещё целые сутки и с удвоенной яростью. Вот почему враги Конна узнав о чудодейственной способности его жезла, при отступлении вынуждены были отсекать головы своим павшим воинам. Как бы там ни было, но благодаря этому волшебному подарку сидов король Конн выиграл множество сражений за что и получил почётное прозвище Конн Ста Битв. В результате долгой войны с королём Мунстера по имени Муг Нуадат Ирландия была поделена на две части и Конн воцарился на её севере. Кста