омнате. Это я, наш нынешний глава отделения фон Хагендорф и вы ─ Фергюсон. Ну… про себя я точно знаю, что ни при чём. Подозревать господина барона по меньшей мере глупо… ─ Значит остаюсь я? – подвёл итог ирландец. ─ Только зачем мне это нужно? ─ Да. хотя бы из-за ваших непомерных амбиций, ─ предположил архивариус. – Таким образом вы бы выставили в самом дурном свете нынешнее руководство Лондонского приоратства и возможно вернули себе прежнюю должность. Ведь потеря магического артефакта такого уровня ─ это совсем не шутка. Такие проступки не прощают. ─ Вы просто старый безумец! – поджав губы ответил Фергюсон. – Старый, сварливый … А лучшим ответом безумцу всегда было молчание. ─ Остановитесь, господа! – повысил голос фон Хагендорф. – Так мы бог весть до чего договоримся. Ещё не хватало нам начать подозревать друг друга. Расследование дела о пропавшем артефакте я поручаю графу Воронову. Займитесь этим, Владимир, ─ ободряюще кивнул он своему русскому другу. ─ Я верю, что вы лучше чем кто-либо справитесь с данной задачей и найдёте предателя. Если конечно он действительно существует. На сегодня совещание закончено, господа. ─ Как?! ─ немедленно встрепенулся Фергюсон. ─ Что это значит, господин барон?! Вы поручаете столь щекотливое дело человеку который даже не является членом «Братства»? Конечно никто не сомневается в аналитических способностях господина Воронова, но если вопрос стоит о наличие предателя в наших рядах, то это исключительно внутреннее дело нашего ордена. Немыслимо допускать к его расследованию человека со стороны! ─ И тем не менее таково моё решение, ─ холодно ответил ирландцу фон Хагендорф. ─ Я не собираюсь продолжать с вами спор, Фергюсон, но если вы чем-то недовольны, то можете подать протест в вышестоящие инстанции. Полагаю, что сэр Эдмонд уже завёл специальную мусорную корзину для ваших протестов. ─ В ответ, бывший глава Лондонского отделения лишь окинул барона своим тяжёлым взглядом но промолчал. Перед тем как разойтись Воронов поинтересовался у Лантеора: ─ А скажите, принц, отчего вы отправляетесь воевать именно на стороне пруссаков? Вы поклонник Вильгельма или французы вам чем-то не симпатичны? ─ Это же очевидно, граф, ─ иронично улыбнулся эре Лантеор. ─ Французы несомненно проиграют, так зачем мне сражаться на стороне неудачников. * * * Вокруг стояла кромешная, непроницаемая ни единым отблеском света темнота. А тишина… Такой тишины в мире живых просто не существует. Это была тишина абсолютного небытия. Но стоило её лишь немного нарушить, как эхо даже от самых тихих и осторожных шагов гулко разносилось по всему древнему подземелью. Многократно отскакивая от стен и сводов оно замирало где-то высоко-высоко. Однако уже через секунду ты словно собственной кожей начинал ощущать как неестественная темнота и тишина со всех сторон тянули к тебе свои липкие щупальца. Извиваясь словно невидимые змеи, они опутывали и оплетали тебя как будто намереваясь высосать всю жизненную энергию, а то и саму душу. Всё здесь дышало зловещей обречённостью и ненавистью к живому. Ненавистью ко всему в чём ещё теплилась жизнь и текла тёплая красная кровь. Здесь было самое настоящее царство смерти. Дом мёртвых где безраздельно царил Тактус Дисвите1. Но закутанный в грязный серый плащ человек упорно шёл вперёд. Он уже не испытывал страха. Весь свой страх он давно изжил, выжиг в себе и уничтожил. Пожрал его точно так, как организм голодающего человека пожирает собственные жировые накопления. Освещая себе путь масляным фонарём и завесив лицо капюшоном человек шёл всё дальше и дальше по лабиринту туннелей углубляясь в царство смерти. Иногда ему попадались пустые и полусгнившие гробы, предметы очень старой, поломанной мебели или какие-то древние, грубо вырубленные из камня языческие изваяния. Темнота сделалась почти что удушающей. Кроме зловещего эха собственных шагов человек мог слышать лишь как где-то, с большой высоты капала вода. Он знал, что за ним следят. Как минимум несколько пар очень зорких и внимательных глаз наблюдали за каждым его шагом. Глаз холодных как зимний лёд, как ночные могильные камни или обратная сторона Луны, чьи хозяева не нуждались ни в воздухе, ни в обычной человеческой пище. Человек шёл уже долго, наверное не меньше часа пока наконец свет его фонаря не выхватил из темноты по-настоящему ужасную картину: Гладкие и отлично выровненные по обе стороны коридора стены точно пчелиные соты были источены бесчисленным количеством маленьких ниш. Маленьких выдолбленных в камне углублений из которых зловеще скалились человеческие черепа. Сотни, тысячи изъеденных тленом и высушенных временем черепов. «Видимо здесь и находилось древнее святилище кельтов которое наши люди обнаружили в прошлом году, ─ подумал человек. ─ А эти головы – подношение их страшной богине войны. Жёлоди Бадб – как поэтически называли они свои трофеи. Встреча должна состояться именно в этом месте». Внезапно, за его спиной послышался лёгкий мелодичный смех. ─ А он явился вовремя, ─ произнёс звонкий, невероятно мелодичный голос который мог принадлежать только молодой девушке. ─ И не испугался. ─ Непроницаемая темнота вдруг зарябилась как озёрная гладь и слегка прояснилась тусклым серебристо-серым светом. Затем, из образовавшегося призрачного пятна появилось несколько человеческих фигур. Все мужчины и одеты они были как подобает истинным джентльменам: Сверкающие цилиндры, длинные чёрные плащи из-под которых виднелись ослепительно белые манишки и манжеты. А их затянутые в тонкие перчатки руки сжимали такой непременный для членов высшего общества атрибут статуса, как изящная трость. ─ Страх, о княгиня, это извечный спутник живой души, ─ произнёс один из этих джентльменов своим наполненным молодой твёрдостью и привычкой повелевать голосом. – А у этого смертного душа уже умерла. Умерла в ещё живом теле. ─ Со всех сторон и даже откуда-то сверху вновь послышался девичий смех. ─ Ну зачем же вы так, лорд Эмбер. Ведь этот человек всё таки помог нам. Он хорошо выполнил свою работу и сейчас явился за обещанной наградой. ─ Пусть душа у него и мертва, но кровь то по-прежнему живая и тёплая. Не пропадать же добру, ─ произнёс стоявший рядом довольно пожилой вампир. ____________________________________________________ 1. Прикосновение смерти (не жизни) (лат.) ____________________________________________________ ─ Неужели вы так голодны, Эдвард? К чему пугать такого милого и преданного нам человека? Это так недостойно, мой друг. ─ Элегантные джентльмены как по команде расступились и вперёд вышла обладательница ангельского голоса. Ею оказалась совсем юная, ослепительно красивая девушка. ─ Не забывайте, господа, что Княгиня Ночи и ваша повелительница здесь я. А Алисия Найтингейл, как впрочем и принцесса Итцоко никогда не нарушает своего слова. ─ Густые, очень светлые волосы вампирши были распущены по плечам, а её юное, ещё носящее следы детской невинности лицо просто поражало своей красотой и неземным совершенством. Наверное, если бы эту девушку увидел великий древнегреческий скульптор Фидий то он тут же загорелся бы идеей изваять её в виде какой-нибудь богини-подростка. Скажем, совсем юной Афродиты или Венеры. Только теперь её прекрасное лицо выглядело совершенно бесстрастным и почти неподвижным. Вместо платья на этой девушке был обтягивающий брючный костюм из красной лакированной кожи и узкие чёрные сопоги со шнуровкой до колена. При появлении Красной Вампирши все мужчины-носферату застыли в каких-то одинаковых и абсолютно симметричных позах напоминая выстроенных в линию оловянных солдатиков. Стоявший перед вурдалаками человек покорно склонил голову. Длинный грязный плащ с надвинутым капюшоном полностью скрывал его тело, так, что совершенно не представлялось возможным определить его возраст. Был ли он стар, или молод оставалось только гадать, но судя по тому как он тяжело дышал пройденный путь дался ему совсем нелегко. А может это был запоздалый страх? ─ Ты хорошо потрудился и заслужил щедрую награду, ─ вновь зазвучал мелодичный похожий на россыпь серебряных колокольчиков голос девушки. ─ А награда твоя ─ это лишние годы жизни. ─ Вы обещали десятилетия, Божественная, ─ глухо произнёс голос из-под капюшона. ─ Годы… десятилетия… какая ничтожная разница. Только вы смертные способны различать подобные крохотные отличия, ─ усмехнулась Красная Вампирша. ─ Этот ничтожный человечишка так боится смерти, что прежде