евьев? А ещё в пещерах и старых могилах? Невесёлое это дело, о великий король! А сейчас ты явился во всеоружии чтобы убить меня. ─ Ты уже мёртв, о Файоннбарр, сын Льялла, ─ ответил король. ─ Мой боевой друг и побратим умер, а ты всего лишь поселившийся в его теле злой, неведомый дух. И явился я не для того чтобы убить тебя, ибо невозможно убить то, что уже мертво, а с целью подарить моему почившему другу посмертный покой. И сделать я это могу лишь прекратить твоё противное богам и человеческой природе противоестественное существование. Ведь как король своего народа я обязан защищать его от всех возможных врагов. А будут эти враги живыми или мёртвыми не имеет никакого значения. Произнеся таким образом свои речи король Конмаэл мак Эбер и мёртвый воин Файоннбарр, сын Льялла начали битву друг с другом. Они бились всю ночь и только на рассвете, когда Файоннбарр начал терять силу король сразил его. Чтобы он больше никогда не вставал из земли Конмаэл вырезал ему сердце и сжёг на огне. Однако победив Файоннбарра король вернулся совершенно седым. С этого времени он навсегда лишился своей могучей силы, стал слабеть и дряхлеть. Говорили, что это его расплата за нарушение гейса и убийство побратима. Вскоре, в битве при Оэнах Маха он был убит своим врагом Тигернмасом. ─ Вот такая легенда, сэр, ─ закончил свой рассказ де Ферлэнд складывая исписанные листки в папку. ─ Я был совершенно уверен, что мистер Паркер уже рассказал вам её. ─ Нет… ─ задумчиво произнёс Воронов. ─ Мистер Паркер почему-то опустил эту часть истории нашего артефакта. Но может быть он просто забыл, а то и вовсе не знал об ________________________________________________ 1. Гейс ─ ритуальный запрет на что-то у древних ирландцев. ________________________________________________ этом манускрипте... как там его… ─ «Книге Пегой Коровы, сэр, ─ уточнил младший архивариус. Предположение высказанное русским графом вызвало бурное и неуместное веселье де Ферлэнда. Он совершенно по-мальчишески прыснул от смеха, впрочем, тут же прикрыв свой рот ладонью. ─ Извините, Ваше Сиятельство, но подобное я даже не могу предположить. Мистер Паркер знает абсолютно всё, а иногда даже немного больше. Он самая настоящая ходячая инциклопедия и как правило ничего не забывает. Он помнит всё, абсолютно всёь что когда-либо прочёл… включая самые ничтожные детали. Даже не знаю, хочу ли я иметь такую память, ─ наморщил лоб де Ферлэнд. ─ Ведь он просто не умеет забывать, а с подобным даром жить очень не легко. Недолго и с ума сойти. ─ Значит, старина Сэмюель знал о данной легенде, но почему-то ничего нам не сообщил? ─ нахмурился граф. ─ Но почему? Не посчитал нужным? Не счёл эту легенду заслуживающей внимание? ─ принялся он рассуждать вслух. В ответ младший архивариус просто пожал плечами. ─ Я сам удивлён этим фактом, сэр. ─ Значит вы, месье де Ферлэнд, считаете, что Жезл короля Конна по мимо прочих его возможностей способен делать вампиров нечувствительными к солнечному свету? ─ Получается, что так, сэр, ─ кивнул архивариус. ─ Ведь в нашем манускрипте об этом сказано совершенно ясно. Стоило упырю Файоннбарру лишиться своего жезла как солнечные лучи стали для него смертельно опасными. Думаю, что этот древний артефакт фоморов был заряжен сильнейшей магической энергией. Если мы считаем уже доказанным тот факт что фоморы ─ это уцелевшие после катастрофы атланты, то они вполне могли обладать подобными знаниями. Атланты очень широко использовали самые страшные и запретные виды чёрной, некротической магии, ─ продолжил цепь своих рассуждений де Ферлэн. ─ Возможно, что с помощью этого жезла их жрецы создавали целые армии непобедимых солдат. Сначала они поднимали павших воинов и превращали их в вампиров, а потом наделяли нечувствительностью к солнечному свету. В результате получались невероятно сильные и кровожадные солдаты наделённые сверхъестественными способностями. Солдаты, убить которых было не просто невероятно трудно но порой и просто невозможно. ─ Тогда понятно, зачем Жезл короля Конна мог понадобиться лондонским носферату. Но у нас нет ничего, что говорило бы о их причастности к похищению этого артефакта. ─ Но, как я понимаю, сэр, именно вам предстоит разрешить эту загадку, ─ улыбнулся де Ферлэнд. ─ Так может быть всё же возьмёте меня в свой отряд? ─ Я поговорю с фон Хагендорфом… Возможно что-нибудь мы и придумаем, но только не упрашивайте меня взять вас на охоту. Пусть даже и дневную. Упокоение носферату и прочей потусторонней нежити ─ это занятие не для вас, мой друг. Ваша голова слишком ценна для ордена, поэтому вы будете куда полезнее в нынешнем статусе исследователя и архивариуса. Мне потребуется от вас ещё много исторической информации, а беспокоить мистера Паркера сейчас как-то неудобно. Вы же сами сказали, что он сильно сдал. ─ Значит мне по-прежнему корпеть и глотать пыль в архиве! ─ разочарованно вздохнул де Ферлэнд. ─ Увы, мой друг, но кроме вас никто не сможет заменить старину Сэмюеля. ─ Заменить мистера Паркера вообще никто не сможет, ─ со всей серьёзностью произнёс француз. ─ Но старик действительно очень плох. Эта кража сильно сказалась на его здоровье. К тому же никто толком не знает сколько ему на самом деле лет. Говорят, что уже больше сотни... Но вот насколько больше?.. Вы, господин Воронов, что-нибудь слышали о Эликсире Парацельса? ─ внезапно спросил архивариус пристально взглянув в глаза молодого графа. ─ Да, кое-что слышал, ─ усмехнулся тот. ─ Я знаю, что это очень большая тайна, но поскольку вместо слова «Препарат» вы произнесли его секретное название, значит для вас это уже не тайна. Эликсир Парацельса получают из мозга и печени упокоенного вампира. Для этого подходят только молодые и недавно обращённые. Полученный таким образом эликсир способен излечивать достаточно тяжёлые болезни, омолаживать и значительно продлевать жизнь. Насколько мне известно, его регулярно принимают пожилые и высокопоставленные члены вашего «Братства». ─ Всё правильно, сэр. Почти, ─ кивнул де Ферлэнд. ─ Для получения эликсира действительно необходимы мозг и печень молодого вампира. То есть он должен умереть и быть обращённым ещё в молодом возрасте, а само обращение состояться не более полутора лет назад. А вот о регулярном его приёме не может быть и речи. Его можно принимать не чаще, чем раз в десять лет. Он способен конечно продлить молодость ещё не старого человека но у стариков омолаживающий эффект протекает исключительно внутри. Внешне они не молодеют, но после одного приёма способны продлить свою жизнь лет так от восьми до пятнадцати. ─ Ну и к чему вы всё это мне рассказываете? ─ спросил Воронов. ─ Дело в том, сэр, что мистер Паркер принимал этот эликсир уже раз пять. Три недели назад он принял его в шестой раз и в усиленной дозе. ─ И что же? ─ А ничего, сэр. Совсем ничего. Препарат не сработал. Не произошло никакого омолаживающего или лечебного эффекта. Эликсир Парацельса перестал действовать на организм мистера Паркера. ─ Да… это печально, ─ вздохнул Воронов, ─ но тут уж ничего не поделаешь. Люди, увы, смертны, месье Ферлэнд. ─ Вот и я о том же, сэр, ─ согласился французский виконт. ─ Возможно, что из-за плачевного состояния своего здоровья, а также вызванного этим обстоятельством психического расстройства мистер Паркер и забыл упомянуть о легенде описанной в «Книге Бурой Коровы». ─ Что ж, всё возможно, ─ пожал плечами молодой граф. ─ Только об этой легенде знали не только мы с мистером Паркером. О ней так же знали Их Экселенция брат Джеральд Падрейк О’Коннелл и бывший руководитель Лондонского отделения, господин Шон Менаган Фергюсон. Они ознакомились с манускриптом как только он был доставлен в наш закрытый книжный фонд. ─ Ну, да… ведь они оба ирландцы, ─ кивнул Воронов, ─ и конечно же не равнодушны к истории своей родины. ─ Кстати, сэр, я выполнил и другое ваше задание, ─ не без гордости произнёс младший архивариус. ─ Собрал всю имеющуюся у нас информацию на того польского аристократа… пана Боруту. ─ И со всем этим вы справились за столь короткое время? ─ удивился граф. ─ Что ж, отлично! Слушаю вас, месье де Ферлэнд.