, шляхтич, и на этот раз я тебя услышал! ─ гулко прозвучал под потолком хриплый голос зеркального призрака. ─ Ну а что касается возможных для тебя последствий, то ты сам пригласил меня вызвав из небытия! Пан Тадеуш зашатался и потеряв сознание рухнул в лужу ещё тёплой крови рядом с трупом юного Джека. После этого заливший зал мертвенно-бледный свет исчез, а все свечи снова запылали. Глава 10. Поиски изменника продолжаются. Маленькая ясновидящая. ─ Людвиг, у нас конечно нет прямых доказательств, но всё, что мы выяснили очень и очень тревожно, ─ сказал Воронов неспешно раскуривая сигару. ─ У мистера Паркера конечно отвратительный характер, но не спешите с выводами, Владимир, ─ отмахнулся фон Хагендорф. ─ Я понимаю ваше беспокойство за безопасность Солнышка, но… как у вас говорится ─ «не ставьте телегу впереди лошади». ─ Тогда почему он не рассказал нам всё о свойствах похищенного артефакта? Ведь если Жезл короля Конна способен делать вампиров нечувствительными к лучам солнца ─ то это важнейшая, первостепенная для нас информация. Это первое и самое важное о чём старикан должен был нам сообщить. Однако он ни словом не упоминул, а может и намерено утаил эти сведения зато прочитал нудную лекцию о кельтских древностях и всех этих королях с труднопроизносимыми именами. По крайней мере теперь понятно зачем жезл понадобился носферату. Так почему же, чёрт возьми, Паркер умолчал об этом?! Не знал? Или может быль забыл? Но ведь это полнейший абсурд! Да его памяти позавидует даже наш феномен ─ Даванцати младший. ─ Согласен с вами, Владимир, ─ улыбнулся временный глава Лондонского отделения «Братства». ─ Старина Сэмюель ничего не забывает и найдётся ничтожно мало вещей о которых он бы не знал. ─ Тогда это тем более подозрительно! Кроме того, вспомните рассказ старшего послушника Питера. Он вспомнил что архивариуса буквально скрючило когда он проходил через центральный вход. ─ Питер говорил лишь о приступе кашля, ─ поправил Воронова фон Хагендорф. ─ Не цепляйтесь к деталям, ─ нахмурился молодой граф. ─ Вы же прекрасно знаете, что могло явиться причиной этого приступа. Находящиеся в дверях частицы святых мощей делают невозможным проникновение через них потусторонних сущностей. Что же касается живых людей отмеченных печатью тёмного мира, то они непременно испытают сильную боль или какие-либо иные недомогания. ─ Так вы, Владимир, считаете, что на мистере Паркере лежит печать наших недругов? ─ А почему бы и нет? Ведь ваш архивариус ─ глубокий старик. Ему уже больше ста лет и притом он очень, боится смерти. Что если этот страх перерос в некую непреодолимую манию? ─ Я знаю, ─ кивнул австриец. ─ Сэмюель известный зануда и сквернослов, к тому же весьма любит пропустить стаканчик. А уж о том, какой он заядлый курильщик известно абсолютно всем и во всех отделениях нашего ордена. Ещё он большой гурман, эпикуреец и библиофил, поэтому совсем не стремится на тот свет. ─ Вот-вот, в стремлении продлить свою жизнь он уже несколько раз принимал «Эликсир Парацельса» и последний раз это снадобье не сработало. Виной ли тому слишком частые его приёмы или запредельно преклонный возраст Паркера ─ неизвестно, но эликсир не сработал. А стало быть ваш архивариус больше не сможет обманывать природу и похищать у неё время. ─ И об этом я тоже знаю, ─ с непонятным равнодушием ответил фон Хагендорф неспеша потушив в пепельнице свою сигару. ─ Тогда, логично предположить, что страх смерти мог толкнуть его на предательство. Ведь именно носферату способны предложить ему то, чего он более всего жаждет. А именно ─ дар бессмертия. Весьма условного конечно, как мы все знаем, но всё же… ─ И каким же образом, друг мой? Превратив его в подобного себе? Но это будет возможно только после смерти Паркера, а смерти то он как раз больше всего и боится. Став вампиром он навсегда должен будет отказаться от присущих ему гастрономических изысков, крепкого алкоголя и своей ужасной трубки с этим чёртовым табаком. Полагаю, что подобное для него равносильно смерти. ─ Но они могут инициировать его ещё при жизни. Испив их крови и поклявшись в верности миру тьмы, миру Холодного Солнца Паркер смог бы получить ещё десяток лет земной жизни… или даже пару десятков. Правда, через несколько месяцев станут заметны изменения и ему придётся серьёзно поменять образ жизни. ─ Что ж, ваше предположение весьма разумно, ─ вынужден был признать австриец. ─ Но… ─ А взамен он мог рассказать своим новым друзьям-носферату о Жезле короля Конна и о его скрытых магических возможностях. Хотя… скорее всего они и так об этом знали. Ведь, как говорится ─ мёртвыем известно многое. Знать то, знали, но завладеть жезлом без помощи Паркера никогда бы не смогли. Именно ваш архивариус непонятно зачем вдруг решил отправить его в Ватикан и для этого извлёк из хранилища где тот был недоступен для нежити. Якобы он собирался отправить его на какое-то исследование. Подумайте, Людвиг, несколько столетий этот артефакт пылился всеми забытый и вдруг его срочно понадобилось исследовать. А всё дело в том, что Паркер не мог прямо передать жезл вампирам ─ ведь все перемещения артефактов строжайше фиксируются и это сразу бы стало известно. Оставался лишь один путь ─ жезл должен был исчезнуть, так сказать, на нейтральной территории. Что и произошло. Его изымают из хранилища, а через час похищают. ─ А ещё через несколько дней на вас, мой друг, среди бела дня наподают вурдалаки, ─ закончил за него фон Хагендорф. ─ Так вы полагаете, что Паркер, пойдя на сговор с носферату был помечен печатью тьмы и потому испытывает муки проходя через наш центральный вход? ─ Очень похоже на то, Людвиг. А про историю с котом Паркера вы уже забыли? С чего бы это жирному, ленивому добряку Фаусту царапать своего хозяина, а потом ещё и сбегать от него прочь? Я не знаю, легенда это или нет но говорят, что кот Паркера безошибочно чует любую нечисть и любое присутствие потусторонних энергий. Может быть и недуг вашего архивариуса вызван не больным сердцем, а проникновением в его тело некротической энергии. Вы же прекрасно знаете, что произойдёт с живым человеком если он выпьет крови вампира. Это будет сравнимо с сильным отравлением, и пусть на некоторое время но он обязательно почувствует недомогание во всём теле. ─ Возможно, Владимир, но всё это, так сказать, улики косвенные, ─ невесело усмехнулся австриец. ─ Мистер Сэмюель Паркер один из старейших членов нашего «Братства» и самый старый в Лондонском отделении. ─ Так это единственный ваш аргумент в его защиту?! ─ начал терять терпение молодой граф. ─ И конечно он случайно вертелся сегодня на кухне когда кто-то подлил мёртвую воду в графин Эльфианны?! А ведь Паркер неоднократно посещал её комнату когда приносил разные книги и конечно же знал, что у моей воспитанницы особенный графин для воды. ─ Как и многие другие, мой друг, включая повара, его помощников, всех младших братьев-прислужников да и почти всех старших братьев из руководства нашего отделения. ─ Я и не собирался подозревать грандов вашего «Братства», Людвиг, ─ воскликнул Воронов и от возбуждения хлопнул ладонью по подлокотнику кресла. ─ Но если мы предполагаем, что предатель пытавшийся убить Солнышко и тот, кто способствовал похищению Жезла короля Конна ─ один и тот же человек, то круг подозреваемых существенно сужается. О древнем манускрипте под названием «Книга пегой коровы» знали всего несколько человек: сам Сэмюель Паркер, его помощник Артур де Ферлэнд, Фергюсон и Джеральд О'Коннелл. ─ Вот как? ─ удивился фон Хагендорф. ─ Я надеюсь, Владимир, что вы хотя бы исключите из числа подозреваемых О’Коннелла. Он всё же заслуженный гранд нашего «Братства», чьё место я занимаю лишь временно. ─ Из всех вышеперечисленных персон лишь Паркер вызывает наибольшее подозрение. Как-никак но именно он решил отправить Жезл короля Конна в Ватикан после чего заварилось всё это дело. Зачем ему вдруг понадобилось убедится в его магических свойствах? ─ Ну и что? При папском прес