Валек старательно запоминал все приметы убийцы. Он понимал, что от точности его передачи будет зависеть многое. А ликовать и праздновать победу можно будет и потом… Главное — без оркских кушаний!
— Интересный расклад получается… — задумчиво проговорил Сержи, выслушав отчет от сияющего Валека. — Выходит, знаменитый паритет убийц и магов — не что иное, как элементарное нежелание охотиться на самих себя… Ай–яй–яй, как непрофессионально… — Темный эльф сокрушенно покачал головой. — Зато назвали‑то как!…
— Думаешь, там и вправду одни маги? — Валеку трудно было поверить в такое положение вещей.
— Не одни, разумеется, но их достаточно, чтобы играть весомую роль… А учитывая плачевное положение дел гильдии, напрашивается вывод, что их членство сродни членству в каком‑то клубе… Престижном, закрытом… Опасном… Пощекотать нервишки и подчеркнуть статус, но уж никак не выполнять ту работу, за которую боятся гильдию убийц… Во всяком случае, я что‑то не помню ни одного громкого убийства с применением серьезной магии. Ни за последнее время, ни за когда‑либо еще.
— Получается, под грозной маской убийц таятся все те же интриганы?
— Да… Просто методы у них более прямолинейны…
— А как же эльфы?
— А что эльфы? Эльфы не меньше других любят власть, статус и деньги. А учитывая общий уровень квалификации выпускников Академии, затесаться в маги им не так уж и сложно… И тогда совсем уж неудивительно, если кто‑то из них сохранил тесные связи с правящим домом и выполняет для них время от времени кое–какие поручения… Разумеется, эльфы более ценят власть и статус среди эльфов. Так же как и люди среди людей. Так что желающих сотрудничать с правящим домом и вернуться на родину в лучах славы и богатства наверняка более, чем достаточно, и уж всяко больше, чем в них есть нужда.
— Жалко… — Вздохнул Валек, не скрывая грусти.
— А ты уже поверил в сказку, да? — Сочувственно спросил Сержи. — В то, что есть таинственные и могущественные организации, опутавшие столицу сетью интриг? Не верь плащам и маскам, Валек. Смотри на дела. Они куда информативнее… И куда примитивнее, чем те витиеватые узоры, что покрывают их знамена.
— Эх… — Валек погрузился в тяжкие раздумья. Как, впрочем, и Сержи…
— Я вот думаю, а сообщать ли новые сведения убийцам?… Актуальной пользы от них было не много, но их помощь вполне может понадобиться, притом неожиданно… Пожалуй, все‑таки стоит сообщить — лично мне очень будет на руку, если позиции эльфов в гильдии пошатнутся, а учитывая превосходство самомнения убийц над интеллектом, сами они могут с этим делом и не совладать…
— А это не пошатнет позиции магов? — Уточнил Валек. — Тебе‑то, может, и на руку, а вот в целом…
— В целом, думаю, вновь сыграет свою роль национальный вопрос. Так что маги–люди быстро отмежуются от своих остроухих коллег. То же произойдет и с любителями более близкого, холодного и острого подхода. Нам ведь не обязательно передавать все слова этого убийцы, правда? Достаточно задать верное направление ходу мысли. Все остальное, я надеюсь, убийцы в состоянии сделать и сами… Очень надеюсь…
— Ты совсем перестал в них верить?
— Там, где начинаются интриги, кончается работа. Потому что и то и другое требует времени и сил. Если они заняты собой, то они не занимаются делом. Третьего не дано. Я не беру слова нашего убийцы на веру — они более чем предвзяты… Но очень уж органично сплетаются эти косвенные данные с нынешним положением дел.
— А я уж думал, ты к ним решил податься… — Сказал Валек разочарованно.
— Зачем? Чтобы мной кто‑то командовал? Или, по–твоему, я всю жизнь мечтал выполнять за кого‑то грязную работу? Спасибо, премного благодарен… — Эльф произнес это почти раздраженно. — Но визит вежливости я им все же нанесу…
Сержи сходил в кладовую и достал из схрона монету.