Слепо озираясь, она с трудом пришла в себя – это не она взорвалась, это московская гроза…
– Девушка, сюда! – кричали ей от метро.
«Пластит! – сообразила она. – Контакты промокли!»
Телефонный звонок. Второй. Третий.
Зара с недоумением достала из кармана звенящий мобильник. Номер, который высветился на экранчике, был ей не знаком. 789-43-42. Нет, такой номер она не знает.
– Алло, – сказала она осторожно.
И услышала голос Ахмеда:
– Это я. Ты где?
– О! – Она облегченно вздохнула. – Слава Аллаху! Ахмед, у меня все промокло! Все промокло, понимаете? Не работает…
– Я понял, сестра, я понял. Без паники, – прервал он ее. – Ты где?
– На месте. Возле Большого…
– Ясно! А ты мне звонила?
– Конечно, звонила. А попала…
– Стоп! Я знаю, куда ты попала. Но это ничего. Просто выброси этот телефон, прямо сейчас выброси. И сделай свое дело. Это приказ Мусы – он видит тебя и ждет. Он верит в тебя! Аллах акбар!
– Подождите, Ахмед! Я должна помолиться. Где тут мечеть?
Но гудки отбоя опередили эти слова. Зара посмотрела на свой телефон. Ладно, она выполнит приказ – выбросит его. Но перед этим…
Слава Аллаху, дождь кончается. И сразу солнце вышло. Как только она подумала о мечети, так солнце вышло. Это хороший знак. Это Муса постарался. Конечно, у нее потому и промокли контакты, что она перед восхождением не очистила душу.
Направляясь к метро, Зара набирала на телефоне «0633». Телефон тут же откликнулся:
– Справочная «Би Лайн». Звонок платный. Валерия слушает.
– А где в Москве мечеть? – спросила Зара.
– Мусульманская мечеть? – уточняет Валерия.
– А что? Бывает русская? – разозлилась Зара.
– Секундочку… В центре только одна мечеть, остальные шесть на Поклонной горе, в Отрадном, в Кунцеве… Вам какую?
– В центре.
– Пожалуйста. Главная мусульманская мечеть. Метро «Новокузнецкая», улица Большая Татарская, 28. Телефон 951-8448. С праздником вас.
– С каким праздником?
– С Днем России.
– А-а…
Зара дала отбой, бросила свой мобильный в мусорную урну и зашла в метро.
Там стоял милицейско-армейский патруль, проверял документы у двух брюнеток кавказской наружности, а блондинка Зара прошла мимо них без проблем.
И, спускаясь по эскалатору, услыхала объявление по радио:
– Граждане пассажиры! Во избежание террористических актов просьба при обнаружении подозрительных предметов или бесхозных вещей немедленно сообщать о них дежурному механику, а при наличии таких вещей в вагонах метрополитена – сотрудникам милиции или машинисту поезда…
Между тем в АТЦ, в штабе «Перехват шахидки» напряжение продолжало нарастать, поскольку:
по плану «Невод» десятки машин наружного наблюдения уже негласно барражировали по московским улицам…
десятки мобильных установок, пеленгующих телефонные разговоры, патрулировали во всех районах…
все информаторы во всех мусульманских общинах, крупных бизнесах и местах проживания чеченской диаспоры были оповещены о повышенной бдительности…
любой телефонный разговор подозрительного содержания и любой сигнал информаторов подвергались глубокой проверке по базе данных на этих абонентов, а затем срывали с места очередную дежурную бригаду оперов, которые на предельной скорости неслись по адресам подозрительных объектов, бесцеремонно врывались, производили допросы и обыски…
сотрудники оперативной службы при поддержке СОБРа и других «тяжелых» спецподразделений уже произвели десятки захватов и задержаний криминальных личностей, которые могли бы иметь контакты с чеченскими боевиками…
а патрульными службами «наружки» были задержаны и подвергнуты проверке сотни молодых кавказских женщин и мужчин…
И – никакого улова!
И впервые у руководства АТЦ возникает подозрение: а может быть, и нет никакой шахидки? Может быть, это дезинформация? Может быть, боевики отслеживают и проверяют нашу систему поиска террористов, чтобы ударить в другой раз? Или они надеялись, что мы объявим тревогу, и весь город опустеет, вся столица России попрячется по домам только потому, что, может быть, где-то по улице идет шахидка?
А Зара вышла из метро «Новокузнецкая» и остановилась в нерешительности – слева и справа, словно лучами-радиусами, расходились сразу три улицы. Зара спросила у прохожих Большую Татарскую, девушка с наушником в ухе и «Вокмэном», пристегнутым к поясу, махнула ей в сторону Пятницкой, и Зара двинулась вперед.
По случаю праздника Пятницкая была немноголюдна, и машин было негусто.
И на фоне этой Пятницкой, солнечной и умытой летним дождем, Зара – блондинка, туфли на каблуке, стройная фигурка и модный прикид – смотрелась совсем как героиня культового «Июльского дождя» Марлена Хуциева, когда та в такой же летний день шла по Кузнецкому Мосту…