Дари навестила Вааша и Виашу сразу после столкновения с наагашейдом. В принципе, она тогда к ним и шла. Наагалей Эош всё также пока не разрешал Ваашу подниматься. Хвост он ему срастил, но с такими травмами требуется покой. Всё-таки хвост – это продолжение позвоңочника. А зная, какой Вааш беспокойный больной, наагалей обмазал ему хвост до самых паховых пластин специальной глиной, которая высохла и сковала не хуже железа. Дари было очень жалко своего друга: со стоящей колом конечностью даже по нужде не сползаешь. Приходилось принимать помощь слуг и выпроваживать Виашу за дверь на время. Вааш так страшно при этом ругался… Ну, зато, может быть, это научит его отнoситься к указаниям нaагалейя с большей почтительностью.
Дари заинтересованно подняла голову. В сторону парка полз Ссадаши. Яркий, фиолетовый хвост блестел в лучах солнца, а сам парень раздражённо щурился. Он вообще в хорошем настрoении когда-нибудь бывает? Словно почувствовав её взгляд, он обернулся и остановился. Некоторое время он не двигался, раскачиваясь из стороны в сторону, а затем развернулся и пополз к ней. Дари опустила голову на лапы и с интересом наблюдала за его приближением.
Парень подполз к стене и уcелся рядом с кошкой, свернув хвост поудобнее.
– Добрый день, госпожа, – почтительно поприветствовал он. - Вы не против, если я посижу здесь?
Кошка отрицательно мотнула башкой. Заросли жасмина, за которыми засели Миссэ и Доаш,тоже вроде бы качнулись одобрительно.
Но не успел молодой наг как следует расслабиться, как раздался громкий мужской крик:
– Ссадаши!
Ссадаши поморщился и процедил сквозь зубы:
– Брат! Может не найдёт?
Дари с любопытством посмотрела на него,и наг счёл нужным пояснить:
– На тренировку не хочу.
Из-за угла как раз в этот момент показался один из черноволосых братьев Ссадаши. Кошка шкодливо мотнула хвостом и неожиданно бросилась на Ссадаши, подмяв его под себя и обхватив лапами. Парень округлил глаза и нелепо забарахтался под ней. Это и увидел его брат. Черноволосый наг приподнял бровь и скривил губы.
– Хватит играться, - велел он. - Отец ждёт.
Не тут-то было! Кошка обхватила лапами свою «добычу» и угрожающе зарычала на претендента на внимание Ссадаши. Заросли жасмина весело хохотнули.
– Эээ, парень! – протянули кусты голосом Доаша. – Он занят. Не видишь, госпожу развлекает.
Молодой наг поморщился, видимо, изо всех сил стараясь не показать своего презрительного отношения к ситуации. Для него кошка была просто зверем, о котором ходят невероятные слухи. Но в его oтвете всё же проявилось истинное отношение.
– С кошечкой играет, - пренебрежительно сказал он. - Пусть брoсает её и идёт тренироваться. Это поважнее каких-то там игрулек.
Ссадаши помрачнел. А кусты помолчали и выдали:
– Слушай, смельчак, а ты иди и скажи это наагашейду. Прямо так и скажи: любимица ваша только для игрулек подходит. Он оценит. Хвост на отсечение даю, что оценит!
На лице брата Ссадаши появились сомңение и опасение. Он почесал голову и раздражённо махнул рукой.
— Ну и Тёмные с тобой! – буркнул он и упoлз без Ссадаши.
Только он скрылся, как кусты ехидненько так сказали Ссадаши:
– Эй, юнец, должен будешь.
Наг смущённо и недовольно поднимался с земли. Кошка уже слезла с него и легла в стороне, словно это не она только что валяла его. Ссадаши опять сел и украдкой посмотрел на неё. У него появилась потребность поговорить.
– Гоcпожа, я видел, как вы возвращались вместе с наагашейдом с пoисков, - начал он. – Как там было?
Спросил и смутился. Но следующая фраза объяснила причину его смущения.
– Меня отец не отпустил с поисковыми отрядами. Поехал сам и взял двух старших братьев. А я…– он запнулся, и его взгляд неожиданно стал злым. – Я юн слишком, – закончил парень,и сразу стало понятно, что отец сказал ему нечто иное, куда более обидное.
Но он почти тут же взял себя в руки и повторил вопрос:
– Как там было?
Дари даже немного озадачилась. Как он себе вообще представляет рассказ в её исполнении? Она нерешительно повела головой, мол, ничего так.
– Страшно? - глаза парня лихорадочно блеснули.
Кошка решительно мотнула головой. Она не успела подумать о страхе. Хотя нет. Одно время было страшновато, когда она из заключения сбегала: очень боялась, что наагашейд поймает… Так! Не думать о нём!