Но, видимо, все её попытки просто прогуляться теперь обречены на то, что она будет сталкиваться с членами королевской семьи в коридорах. Когда из-за угла вывернула королева Арония в сопровождении двух охранников и одной своей дамы, Тейсдариласа замерла от неожиданности. Королева тоже остановилась, удивлённо смотря на неё, Роаша и Миссэ с Доашем. Последние вызвали у неё оторопь своей буйной расцветкой.
Дариласа быстро пришла в себя и отвесила короткий поклон вежливости. Невежливость его заключалась в том, что такое приветствие мог позволить себе только равный по статусу королеве. Но её величество не обратила внимание на это лёгкое отступление от этикета, рассматривая девушку перед собой.
— Доброе утро, дитя, — на её губах возникла улыбка.
— Доброе, — помедлив, ответила та.
А что? Утро действительно доброе. Наагашейд постарался, чтобы оно удалось во всех смыслах. Дариласа даже не могла после всего этого испытывать негативные эмоции к женщине перед собой.
Ответив на приветствие, Дариласа хотела было уже пойти дальше, но её остановил голос королевы.
— Может, поговорим? — предложила её величество.
Дариласа вопросительно вскинула брови. О чём? Рядом напрягся Роаш. Он не вступал в разговор, позволяя Дариласе разобраться самой. Но язык так и чесался попрощаться с королевой и утащить девочку дальше.
— Тейсдариласа, давай поговорим как взрослые, забыв на время детские обиды. Ты же понимаешь, что твоё возвращение важно для страны и её народа. Это твоя страна, у тебя есть долг перед ней…
Королева испуганно умолкла, услышав возмущённое шипение Роаша. Наг подался вперёд, но Дариласа положила ему руку на локоть и удержала. После этого она посмотрела на королеву и улыбнулась. Губы её шевельнулись.
— Моя страна, — Дариласа обвела рукой вокруг себя. — Мой отец, — она посмотрела на Роаша.
Пройдя вперёд, она положила ладони на локти Миссэ и Доаша.
— Мой народ, — сказала она.
Снаружи раздался гневный звериный рык. Девушка улыбнулась и ткнула пальцем в сторону, откуда он пришёл.
— Подданные. Мои.
Подавшись вперёд, к королеве, Дариласа спокойно произнесла:
— Я связана с этой страной.
Девушка протянула руку, взяла белую, нежную ладонь королевы и, склонившись, прижалась к ней губами. Не разгибаясь, она подарила королеве прямой взгляд, от которого та вздрогнула.
— Спасибо, — искренне произнесла Дариласа и, отпустив её ладонь, продолжила свой путь.
Наги последовали за ней, оползая застывшую посреди коридора королеву, её охрану и испуганную даму. Королева судорожно вздохнула и вцепилась пальцами в платье, ощущая, как этот проникающий в душу взгляд намертво врезается в её память, чтобы преследовать до конца жизни. Так же, как и воспоминание о той единственной встрече с её матерью.
Дейширолеш в очередной раз отложил документы в сторону и, заложив руки за голову, широко улыбнулся. Наверное, впервые в жизни он был готов доверить разобрать все эти отчёты и письма своему помощнику, чтобы уползти к Тейс. Как она там? Как отреагировала на его слова? Испугана? Ошарашена? Растеряна? Ему хотелось знать это. А может быть, она решит сбежать от него? Что ж, он не против чуть-чуть поиграть в догонялки. Из княжества она всё равно никуда не сбежит. Тут у неё «папаши», стая… А от него в его же стране никто не спрячется.
Широкая улыбка всё ещё блуждала по его лицу, когда в кабинет без стука вполз Делилонис. Друг окинул его радостную физиономию мрачным взглядом и медленно произнёс:
— Дейш, ты у нас в опале.
Дейширолеш, не прекращая улыбаться, вопросительно вскинул брови.
— Ни Ρоаш, ни Вааш тебя не одобрили.
Дейш насмешливо фыркнул. Кому нужно их одобрение? Делилонис тяжело вздохнул, правильно оценив настрой друга, и опустился на подушку перед его столом.
— И зачем нужно было делать это так? — спросил он.
— Как так? — Дейш сделал вид, что не понял вопрос.
— Громко и неожиданно, — пояснил Дел. — Ты напугал девочку, заставил Роаша нервничать, а весь дворец — гудеть как разворошённый улей.
— М-м-м… Нервничает только Ρоаш? — слегка удивился Дейш.
— Ну, не знаю, — протянул Делилонис. — Возможно, короля Дорина ты тоже заставил волноваться.
Дейш поморщился. Ρеакция короля Нордаса его мало интересовала.